Матрица Скалигера - Вячеслав Лопатин

Человек в первую очередь стремится туда, где «сухо и тепло», где легче и удобнее жить, и происходит все это потому, что такова биологическая программа, доставшаяся ему в наследство от его животных предков. Инстинкты самосохранения, продолжения рода, поисковой активности — вот что лежит в основе выживания человеческого вида. Но, описывая человека, чаще говорят не об инстинктах, а о связанных с ними потребностях.

Американский психолог А. Маслоу первым обосновал иерархическую структуру потребностей человека:

1) физиологические потребности (в еде, питье, сне);

2) потребность в безопасности (физической и психологической);

3) потребность включения в положительную социальную среду (в общении, любви, причастности к группе…);

4) потребность в уважении и самоуважении;

5) самореализация.

Смысл иерархии состоит в том, что потребность актуализируется только тогда, когда удовлетворена предыдущая. Ничто невозможно, когда не удовлетворены физиологические потребности. Когда они удовлетворены, на первый план выступает потребность в защищенности (избежать опасности, укрыться в убежище, обеспечить завтрашний день и т. п.). Когда с этим все нормально, развивается следующий уровень потребностей: быть любимым, иметь хорошие отношения, быть принятым в определенном обществе и т. п.

Иерархия потребностей как раз и объясняет, почему Пушкин или Рафаэль не создали бы своих шедевров, если бы находились в бедственном положении. Применительно к обществу этот закон проявляется, например, в том, что пока это общество борется за элементарное выживание, никакие науки и искусства развиваться не будут. С этой точки зрения рисунки первобытного человека на стенах пещер выглядят не так, как их трактует традиционная история. Действительно ли у пещерного обитателя не было более важных проблем, чем воспитание у себя и других эстетического чувства? Не появились ли эти рисунки намного позже, когда люди уже жили в домах и вели привычное хозяйство, а пещеры использовались как культовые места?

Когда существует потребность, то появляется и цель. Соединившись вместе, они рождают мотив — то, что лежит в основе любой человеческой деятельности. Мотивы может иметь как отдельный человек, так и группа людей, объединенных для достижения какой–либо цели. Немотивированных поступков не бывает.

Любые исторические персонажи, сообщества и даже государства можно рассматривать сквозь призму потребностей, целей и мотивов. Вся история, откуда бы она ни велась, хоть от Адама, хоть от Христа, — это все цепочки и переплетения мотивов. Войны, великие открытия, дворцовые перевороты, прекрасные творения — всегда и везде должен присутствовать мотив. Иногда мотивы понятны, иногда не совсем ясны, а зачастую они отсутствуют напрочь, что одним этим ставит под сомнение то, что рассматриваемое событие происходило в действительности. И чем дальше от нас в прошлое, тем труднее объяснить мотивацию живших тогда людей.

Традиционная история гласит, что в древности в разное время, в разных местах существовали довольно развитые государства. Египетское царство, Вавилон, Рим и другие. Все они выделяются двумя особенностями: во–первых, это локальный характер цивилизованности, а во–вторых, упадок, исчезновение самого государства. Действительно, однажды в какой–то момент возникает цивилизация, на основе которой складывается мощное государство. За его пределами живут отсталые народы, никаких других государств нет. Так продолжается несколько веков, а то и тысячелетий. Цивилизация остается локальным явлением, никоим образом не распространяется вовне. Государство, несмотря на высокий научно–технический уровень, не осуществляет экспансию, а окружающие народы ничего у него не перенимают, предпочитая жить в культурном мраке. Со временем государство по непонятным причинам зачахнет и исчезнет, но в другом месте возникнет новое, и вся история повторится.

С точки зрения психологии эта картина нелепа. Правильным можно считать лишь факт возникновения и формирования государства, поскольку людям с ним жить легче, чем без него. Оно лучше удовлетворяет их потребности в пище, в жилье, в предметах быта, необходимых для работы и отдыха. Государство защищает и дает уверенность в завтрашнем дне.

Но человек хочет жить лучше, а для этого государство должно обеспечить себя новыми ресурсами: сырьем, территориями, рабочей силой и т. д. Оно закономерно расширяется, и этот процесс может быть остановлен лишь в двух случаях: когда его новые территории достигли границ другого государства, способного остановить экспансию, или когда на этих территориях из–за дальности расстояний способность государства к осуществлению своей власти доходит до критического минимума. Никаких других причин остановки территориального расширения государства нет и быть не может. Моря, горы, пустыни и даже океаны — все это лишь вопрос времени.

Одна из основных потребностей живого существа — потребность в получении информации об окружающем мире. У животных она выражается в исследовательской активности, у человека — в любознательности. Что там за теми горами, за лесом, кто там и как живет? Целей для удовлетворения природного любопытства предостаточно. В любом государстве, на любой стадии его формирования таких людей много. Возвращаясь, они несут с собой массу информации о новых землях и их обитателях. Вслед за первопроходцами устремляются основные силы колонизации. Совершенствуются географические карты, средства коммуникации. В основе всей этой деятельности лежат мотивы, появление которых обусловлено природой человека, то есть их появление в обществе закономерно. А потому и описанный процесс развития государства является таким же закономерным и естественным.

Почему же мы часто не видим подобных процессов в прошлом? Почему, например, античные греки не колонизировали Европу? Ведь за несколько веков своего могущества они могли бы и должны были захватить не только ее, но и всю Африку с Азией в придачу. В Европе тогда шумели девственные леса, цвели ромашки на нетронутых плугом лугах. Редкие люди (так и хочется сказать — первобытные) объединятся в так называемые племенные союзы позже, а превратятся в грозную силу, сокрушившую Рим, вообще через тысячу лет. Вот они — ресурсы. Приходи и бери.

Вместо этого греки ведут бесконечные войны друг с другом за первенство на достаточно скромной по своим размерам территории. События мировой значимости разворачиваются на земле площадью всего в две Московские области. Ну, плюс еще разбросанные в море острова. Сотни лет вокруг этого района живут отсталые народы, которые с безразличием взирают на очаг цивилизации, на её технологические и гуманитарные достижения. И у греков, и у их соседей достаточно мотивов для сближения: одним нужны новые территории и их ресурсы, другим — продукты цивилизации, явно облегчающие жизнь и дающие преимущества перед другими соседями. Но обе стороны остаются равнодушными друг к другу, словно между ними выстроена стена. Не стена отчуждения, поскольку никакого отчуждения быть не может, а реальная каменная стена, препятствующая общению и культурному обмену.

Мотивы, проистекающие из системы основных потребностей, являются основополагающими для любого индивида или общества. По сути, они есть закон общественного развития. История же Древней Греции — это пример нарушения этого закона, что в реальности, конечно, быть не может, а потому свидетельствует о том, что нарушили его не античные греки в жизни, а историки на бумаге.

На излете своего существования греки наконец решили исправить ошибку и устремились покорять новые земли. Однако великий поход Александра Македонского лишь добавляет новые сомнения в достоверности античной истории.

Во–первых, поражает масштаб восточных завоеваний. Откуда у такой крошечной страны взялись такие ресурсы? И опять же — мотивация. Что толкнуло греков на такую грандиозную экспансию? Ведь сотни лет у них не было в ней никакой надобности. Во–вторых, удивляет однонаправленность этого мероприятия. С какой–то маниакальностью завоевание распространялось только на восток. В результате родина греков оказалась на самой периферии нового государства. В–третьих, остается непонятной та легкость, с которой были завоеваны фантастические по размерам территории. Ведь если все так просто, почему так долго ждали?

Все эти вопросы можно объединить в один: какова была цель этого похода? Это трудный вопрос. Считается, что здесь сыграла роль личность Александра. Однако какими бы ни были его способности, амбиции и мотивы, он не мог быть двигателем свершившихся завоеваний. И не потому, что нельзя было выступить в средствах массовой информации, устроить пропаганду своих идей и вовлечь народ в крупнейшую авантюру тысячелетия, хотя это тоже весомая причина, а потому, что двигателем истории является не личность, а общество. То есть у греческого государства должна была быть причина, но её не было. У французов и Франции времен Наполеона мотивация к завоеваниям была. И у немцев и Германии времен Гитлера тоже была. А у античных греков её не было. Это показывает как сама их история, так и результат восточных приобретений.