Хождение в Москву - Лев Колодный

Там хранил собранную богатую коллекцию картин, книг, намереваясь завещать эти ценности вместе с родовой усадьбой наследнику – любимому племяннику Георгию Васильевичу Чичерину. Тому, кто стал народным комиссаром по иностранным делам в правительстве Ленина. От наследства пролетарский революционер отказался, пошел другим путем, не таким, каким хотелось дяде. На этом пути Россия потеряла сотни имений, усадеб, таких, как на Волхонке, где соратники Чичерина взорвали храм Христа Спасителя.

После закрытия музея весь дом сдавался квартирантам и учреждениям. Волхонка, 14, была адресом Московской консерватории, Русского хорового общества, пока они не перебрались на Большую Никитскую, в собственное здание.

«Княжий двор», квартира Сурикова. Последним хозяином владения до 1917 года было Московское художественное общество, купившее усадьбу Голицыных за миллион рублей, данных казной в кредит. Левый флигель перестроили под гостиницу «Княжий двор», где останавливались люди, известные всей России. Снимал здесь квартиру Максим Горький, принимавший в ней друга-миллионера Савву Морозова, ссужавшего деньгами большевиков. Их встреча произошла незадолго до отъезда Морозова за границу для лечения, которое закончилось загадочным самоубийством.

Последние годы жизни в «Княжем дворе» проживал Василий Суриков, рядом с квартирой была мастерская художника. В гости к дедушке приводили внучку Наташу. На нее надевали бармы, оплечье, кокошник, наряд царевны, взятый напрокат в Большом театре. Внучка позировала дедушке в образе, запечатленном в картине «Посещение царевны женского монастыря». Интерес к истории передался от деда к внучке, Наталье Кончаловской, жене поэта Сергея Михалкова, матери Андрона и Никиты Михалковых, известных кинорежиссеров. Она сочинила поэтическую книгу для детей, историю Москвы в стихах, «Наша древняя столица».

На Волхонку к Сурикову приходил поэт Максимилиан Волошин. Художник перед смертью рассказывал ему о своей жизни, а Волошин, как биограф, все записывал и на этой основе написал биографию великого живописца.

В усадьбе Голицыных был особый дом, где останавливались одни художники, в их числе академик Александр Михайлович Опекушин. Сын крестьянина Ярославской губернии окончил в Петербурге Академию живописи. По его проекту на Волхонке перед храмом Христа установили памятник Александру III. Ему же заказали статую Александра II, освободителя крестьян, убитого террористами. Этот опекушинский монумент стоял на бровке Боровицкого холма в Кремле. Оба памятника сброшены с пьедестала по декрету Ленина, объявившего войну не только царям, но и их изваяниям.

Коммунистическая академия. Мировая война и революция не дали Московскому художественному обществу обзавестись на Волхонке новым зданием Училища живописи, ваяния и зодчества. После 1917 года «у дома, как выразился советский историк, – появился новый хозяин – народ». Этот хозяин поломал окружавшие двор строения, задумав построить библиотеку, но ничего не построил. С тех пор образовался пустырь, где теперь бензоколонка. Библиотека предназначалась Коммунистической академии, созданной как некий «Госплан в области идеологии». Ее возглавил выпускник Московского университета Михаил Николаевич Покровский, ярый радикал в политике. В октябре 1917 года он первый призвал захватить власть в Москве силой оружия. Его избрали после восстания председателем Моссовета. Столь же радикально вел себя Покровский в науке. Этот марксист, будучи заместителем наркома народного просвещения, запретил в школах уроки истории, разогнал кафедры, закрыл в университетах историко-филологические и юридические факультеты, ставшие «факультетами общественных наук». В противовес академической научной школе им были созданы Институт красной профессуры, Коммунистическая академия со многими институтами.

В усадьбе Голицына разместились институты истории, философии, экономики и другие воинствующие идеологические структуры, апологеты партии в области гуманитарных наук. В императорской академии не было ученых, которые занимались бы обоснованием монархии.

(– Наша задача – защитить советскую власть, – заявил мне питомец Института красной профессуры, академик Исаак Минц, игравший роль Пимена «Великого Октября». Академик один работал за институт. Фолианты написанной им летописи 1917 года занимали полки всех библиотек СССР. Но ответить на простые вопросы не мог:

– Чем объяснить, что коммунисты Вьетнама и Китая воюют друг с другом? Почему по советским войскам стреляли солдаты коммуниста Мао Цзэдуна? Почему коммунист Пол Пот убивает народ?

Академик, бывший боец Конной армии Буденного, заговаривал мне зубы историческими анекдотами, которые хранил в памяти.)

Сотрудники институтов Волхонки, вылупившиеся из яиц Коммунистической академии, прославились борьбой с генетикой, кибернетикой, квантовой механикой, новейшими направлениями естествознания, объявив их буржуазными, лженаучными.

В академию Покровского вошел образованный в 1918 году институт по изучению мозга и психической деятельности, которым руководил Владимир Михайлович Бехтерев, ученый с мировым именем. Приезд в Москву закончился для него трагически. Нарком просвещения Луначарский поразился его «степенной красотой». Вскоре после встречи с наркомом профессор как психиатр обследовал Сталина, которому поставил диагноз, оказавшийся смертельным для него самого. Бехтерев, поражавший всех здоровьем, внезапно умер в мучениях, обычных при отравлениях.

Первая гимназия и ее питомцы. С усадьбой Голицына соседствует на Волхонке, 16, усадьба Дологоруких. Когда в 1775 году Екатерина II жила в Москве, она выкупила это владение и подарила графу Румянцеву-Задунайскому в знак признания его заслуг в победе над турками.

В этой усадьбе по соседству с матерью жил цесаревич Павел Петрович, будущий император Павел I, боготворивший военные прусские порядки. Гвардия его не любила, не потому, что в его жилах текла одна восьмая русской крови. Екатерина II, стопроцентная немка, была чтима русским дворянством и армией. Став императором, Павел делал все с точностью да наоборот тому, что делала мать. Екатерининский дворец, построенный Растрелли в Лефортово, обратил в казарму. «Указом столичного города Москвы» упразднил Городскую думу. В Москве закрылись частные типографии, перестали поступать из-за границы книги. Москва занимала Павла в одном – военном отношении. При нем построили Покровские казармы на собранные москвичами деньги, что высвободило домовладельцев от постоя солдат. В Лефортово строился Главный военный госпиталь. Павел повелел возобновить земляной вал вокруг Кремля и Китай-города, утративший оборонительное значение.

Усадьба на Волхонке, 16, выкуплена была для Первой московской гимназии, основанной в 1804 году Александром I. Для нее казна приобрела также соседний дом – на Волхонке, 18.

Москва гордилась Первой гимназией, и когда в город приехал знаменитый немецкий естествоиспытатель и путешественник Александр Гумбольдт, то в программу его пребывания включили посещение ее классов.

В зале гимназии устраивались концерты, выставки. Впервые в этом доме художник Александр Иванов показал москвичам «Явление Христа народу».

До 1918 года гимназия дала классическое образование трем тысячам воспитанников, проявивших себя на разных поприщах. Здесь учились драматург Островский, историки Погодин, Соловьев, педагоги Малинин и Буренин, написавшие выдержавший многие издания учебник математики, поэт Вячеслав Иванов, окончивший гимназию с золотой медалью в 1884 году.

Теоретик и практик символизма, знаток античности и Средневековья, энциклопедически образованный ученый и литератор жить в советской России при всем желании не смог. Он эмигрировал, умер в Риме в 1949 году, оставив родному городу стихотворение «Москва», написанное летом 1904 года:

...Зеленой тенью поздний светТекучим золотом играет;И Град горит и не сгорает,Червонный зыбля пересвет,И башен тесною толпоюМаячит, как волшебный стан,Меж мглой померкнувших полянИ далью тускло-голубою:Как бы, ключарь мирских чудес,Всей столпной крепостью заклятийЗамкнул от супротивных ратейОн некий талисман небес.

Никакие силы небесные, талисманы не уберегли Москву от огня, разгоревшегося ярким пламенем в октябре 1917 года, когда ударили по куполам и башням Кремля пушки. В этой катастрофе активно участвовали питомцы Первой московской гимназии, стоявшие с разных сторон баррикады – коммунисты, анархисты и либералы. Все вместе они столкнули народ с колеи на обочину истории.

Сразу во второй класс гимназии был принят за способности сын учителя математики Николай Бухарин, занимавшийся на пятерки, обладавший редкостной памятью. Она позволяла ему выполнять домашние задания за пять минут до звонка на урок, запомнить наизусть всего Козьму Пруткова, поэзию Гейне. Как все гимназисты, Бухарин увлекался радикальными статьями Писарева, от которого перешел к Марксу и Ленину. Вождь умер в Горках на его руках...