Потерпевшие победу. Немцы в Корсуньском «котле» - Гельмут Фогель

16 (включая 2 командирские «Пантеры»)

6 февраля (20:00)

13

7 февраля

14

8 февраля

14

9 февраля

15

10 февраля (13:00)

17

10 февраля

15 (включая 0 командирских «Пантер»), а также 13 в краткосрочном ремонте и 33 в длительном ремонте

11 февраля (12:00)

15

12 февраля (12:15)

10

13 февраля (вечер)

6

14 февраля (вечер)

6

15 февраля

6

16 февраля

5

17 февраля

8

20 февраля

2 (включая 0 командирских «Пантер»), а также 11 в краткосрочном ремонте и 46 в длительном ремонте

1 марта

6 (включая 0 командирских «Пантер»), а также 23 в краткосрочном ремонте и 29 в длительном ремонте

Потери (безвозвратные) в январе и феврале 1944 года:

6 февраля — 1 «Пантера» из-за пожара в моторном отделении во время погрузки на поезд.

27 января — 1 «Пантера» из-за пожара в моторном отделении на марше.

28 января — 10 «Пантер» (одна из них из штаба батальона), в том числе: четыре уничтожены от огня противника, пять повреждены огнем противника и не подлежали восстановлению, судьба одной неизвестна.

29 января — 2 «Пантеры»: одна уничтожена огнем противника (была отремонтирована и поездом отправлена в Германию, но тем не менее ее двигатель был отнесен к списанным), одна в темноте сорвалась с крутого обрыва и не подлежала восстановлению.

1 февраля — 1 «Пантера» из-за пожара в моторном отделении на марше.

5 февраля — 1 «Пантера» уничтожена огнем противника.

12 февраля — 1 «Пантера» уничтожена огнем противника.

1 поврежденная «Пантера» была разобрана на запчасти и списана 23 февраля.

Гораздо большее число танков получили повреждения или из- за возгораний, или в результате механических поломок. Это хорошо иллюстрирует работа ремонтной службы батальона. В период с 27 по 31 января были отремонтированы восемь танков. Работы были ускорены в период с 1 по 11 февраля, за который были возвращены в строй не менее 57 «Пантер». С 12 по 20 февраля были отремонтированы еще 40 танков. Очевидно, танки попадали в ремонт и возвращались в строй очень часто.

Общая численность батальона на 21 января составляла 907 солдат и офицеров. В ходе битвы она несколько изменилась: на 1, 11 и 21 февраля численность батальона равнялась 1051, 1028 и 964 соответственно.

На 1 марта в батальоне имелось 58 «Пантер», 52 из которых находились в ремонте. Потери в личном составе за февраль 1944 года составили шесть убитых и четыре раненых.

54-й минометный полк

Полк прибыл в феврале для поддержки наступления III танкового корпуса навстречу группе Штеммермана. На 3 февраля, когда полк поступил в распоряжение III танкового корпуса, во 2-м дивизионе насчитывалось десять пусковых установок 15-см реактивных снарядов, во 1-ми 3-м — по двенадцать пусковых установок 15-см реактивных снарядов. Полк также имел в своем составе батарею реактивных минометов на шасси полугусеничного грузовика Maultier.

55-й минометный полк

Полк прибыл в XXXXVII танковый корпус 1 февраля и был направлен на совместные действия с 11-й танковой дивизией. По-видимому, 1-й дивизион в полку отсутствовал, но 21-я батарея (самоходных бронированных пусковых установок) в составе полка имелась. 5 февраля было принято решение послать этот полк в боевую группу Хаака. К этому времени 1-й дивизион был включен в состав полка.

57-й минометный полк

Полк прибыл в феврале для поддержки наступления III танкового корпуса. В полку было только два дивизиона. Когда полк поступил в распоряжение III танкового корпуса, во 1-м и 2-м дивизионах было по 18 пусковых установок 15-см реактивных снарядов.

2-й дивизион 62-го артиллерийского полка

2-й дивизион 62-го артиллерийского полка был подчинен VII армейскому корпусу в начале битвы. Он был укомплектован 10-см пушками. На 3 февраля в дивизионе имелось шесть боеспособных 10-см пушек. К этому моменту батальон был переподчинен III танковому корпусу.

2-й дивизион 67-го артиллерийского полка

В конце января дивизион сражался в составе III танкового корпуса и вместе с корпусом принял участие в операции по освобождению окруженной группировки. На 3 февраля в нем было две батареи с общей силой в шесть боеспособных 15-см гаубиц.

7 февраля дивизион был задействован для поддержки 34-й пехотной дивизии.

1-й дивизион 84-го артиллерийского полка

Дивизион был представлен только штабом и одной из своих батарей (2-й батареей). Он был вооружен 17-см пушками. В начале битвы он находился в подчинении у VII армейского корпуса, но 3 февраля он был передан в III танковый корпус, имея две боеспособные 17-см гаубицы.

1-й дивизион 108-го артиллерийского полка

24 января 1-й дивизион 108-го артиллерийского полка получил приказ немедленно отправляться в XI армейский корпус и прибыл туда как раз вовремя, чтобы оказаться в окружении. По всей видимости, в нем имелось девять 10,5-см гаубиц. Сколько людей из личного состава дивизиона сумели выйти из окружения, неизвестно.

127-й моторизованный саперный батальон

22 января батальон находился в пути в 1-ю танковую армию. Неделей позже он, очевидно, действовал вместе с XXXXVI танковым корпусом. Перед началом операции «Ванда» он был передан III танковому корпусу. 8 февраля батальон находился в подчинении у 1-й танковой дивизии.

3-й дивизион 140-го артиллерийского полка

Вечером 24 января этот дивизион получил приказ оставить дивизию «Великая Германия», которой он был временно подчинен, и сосредоточиться у Капитановки, чтобы перейти в подчинение XI армейского корпуса. По-видимому, немедленно это выполнить не удалось, так как 26 января 1944 года вышел приказ передать дивизион из LII армейского корпуса в XXXXVII танковый корпус. В XXXXVII танковый корпус дивизион прибыл вечером 27 января. Дивизион имел в своем составе две батареи 15-см гаубиц и одну батарею 10-см пушек. Одна из батарей, 7-я батарея 140-го артиллерийского полка, не участвовала в действиях дивизиона в Корсуньской битве. Вместо нее дивизиону была подчинена другая батарея, 3-я батарея 735-го тяжелого артиллерийского полка, имевшая на вооружении 21-см гаубицы.

6 февраля дивизион, включая приданную батарею, получил приказ присоединиться к боевой группе Хаака.

1-й батальон 168-го пехотного полка

См. раздел «Боевая группа Ренца».

2-й дивизион 182-го пехотного полка

См. раздел «Боевая группа Ренца».

202-й дивизион штурмовых орудий

25 января VII армейский корпус, в подчинении у которого находился 202-й дивизион штурмовых орудий, докладывал, что в нем имеется 15 боеготовых штурмовых орудий. 8 февраля дивизион действовал совместно с 34-й пехотной дивизией.

203-й дивизион штурмовых орудий

25 января дивизион входил в состав боевой группы Шмидта. Вечером он получил приказ выдвинуться в Панчево и поступить в распоряжение XXXXVII танкового корпуса. На 31 января в дивизионе было 6 штурмовых орудий в строю и еще 12 — в ремонте.

На 1 февраля дивизион располагал 8 боеготовыми StuG-III и, очевидно, находился в подчинении у 106-й пехотной дивизии. На 13 февраля в дивизионе оставался один боеспособный StuG-III. На 1 марта дивизион имел в строю четыре StuG-III и еще семь — в ремонте.

213-й саперный батальон (на конной тяге)

9 февраля батальон находился в Умани, на пути в III танковый корпус.

215-й саперный батальон

Когда началась битва, батальон был в подчинении у VII армейского корпуса. Вероятно, он оставался в VII армейском корпусе до конца битвы.

228-й дивизион штурмовых орудий

На утро 25 января 228-й дивизион штурмовых орудий был придан 389-й пехотной дивизии. Сколько орудий в нем было на 25 января, неизвестно. На 1 января дивизион располагал 19 боеспособными штурмовыми орудиями. На 31 января дивизион имел 6 самоходок в строю и 11 — в ремонте. Возможно, машины, требовавшие ремонта, находились вне «мешка» на момент его образования. В пользу этого также говорит тот факт, что часть дивизиона (с пятью боеспособными штурмовыми орудиями) 6 февраля находилась в составе боевой группы Хаака.

239-й дивизион штурмовых орудий

На 20 января в составе дивизиона имелось 17 StuG-III, но, по- видимому, эта цифра включала машины, находившиеся в ремонте. 25 января VII армейский корпус, в подчинении у которого находился 239-й дивизион штурмовых орудий, докладывал о наличии 8 боеготовых штурмовых орудий.

Когда началось советское наступление, дивизион был подчинен VII армейскому корпусу, но уже 26 января получил приказ перейти в распоряжение XXXXII, выйдя в его расположение через Моринцы. Кажется, он добрался до корпуса Лиеба, как раз когда кольцо окружения замкнулось. Таким образом, весьма вероятно, что его машины, находившиеся в ремонте, не попали в окружение.