Потерпевшие победу. Немцы в Корсуньском «котле» - Гельмут Фогель

Однако в связи тем, что немцы отступали, стало ясно, что гораздо большее число танков, зачастую не имевших серьезных повреждений, придется взорвать из-за невозможности своевременно их эвакуировать. Таким образом, общие потери в танках выросли до 32 машин.

Танкисты 16-й танковой дивизии заявляли о впечатляющем количестве уничтоженных танков противника в период боев под Корсунем и в районе «мешка» у Балабановки. Дивизия докладывала о 559 вражеских танках и САУ, уничтоженных и захваченных за этот период. Более 250 из них были уничтожены батальоном «Пантер». Как обычно, к подобным заявкам следует относиться с осторожностью, но, во всяком случае, можно сделать вывод, что 16-я танковая дивизия участвовала в больших танковых сражениях.

После Корсуньской битвы боевой потенциал дивизии сильно уменьшился, хотя и сохранилась высокая численность личного состава.

Часть / Количество активных штыков / Общая численность

2-й танковый полк

31 /1950

64-й моторизованный полк

141 / 1740

79-й моторизованный полк

332 / 1500

16-й разведывательный батальон

210 / 900

16-й саперный батальон

140 / 1000

16-й артиллерийский полк

511 / 1350

16-й зенитно-артиллерийский дивизион

43 / 560

Естественно предположить, что такая большая разница между количеством активных штыков (не включавшим больных, страдающих от «окопной стопы», истощенных настолько, что не могли сражаться, и т. д.) и общей численностью (включавшей весь личный состав части, кроме эвакуированных в тыл) была обусловлена трудностями и лишениями, выпавшими на долю солдат в ходе битвы.

17-я танковая дивизия

Командир — генерал-майор фон дер Меден

16-я танковая дивизия была сформирована на базе Баварской 27-й пехотной дивизии осенью 1940 года. Дивизия находилась на Восточном фронте с лета 1941 года.

29 января 17-я танковая дивизия начала сосредотачиваться в районе нахождения VII армейского корпуса. К этому времени дивизия была довольно слабой. В ней имелся лишь один танковый батальон. На 29 января дивизия имела в строю 11 Pz-IV и 1 Pz-III. Спустя два дня в ней насчитывалось 13 боеспособных Pz-IV и ни одного Pz-III, при этом в ремонте находилось 11 Pz-IV и 5 Pz-III, которые должны были вернуться в строй в течение трех недель. На 2 февраля дивизия имела 15 боеспособных Pz-IV.

Номинально два пехотных полка дивизии имели по два батальона каждый. Один пехотный батальон оценивался как истощенный, два — как слабые, а еще один — как умеренно сильный. Однако к боям операции «Ванда» пехота была слита в два батальона: 1-й батальон 40-го моторизованного полка и 2-й батальон 63-го моторизованного полка, которые были объединены в боевую группу Финка. Разведывательный батальон считался средним по силе, а саперный батальон — слабым.

1 февраля дивизия располагала 28 артиллерийскими стволами, готовыми к бою, и еще 8 — в ремонте. Они включали 5 боеготовых 15-см пехотных гаубиц и 6 — в ремонте. Из 8,8-см зенитных орудий имелось два в строю и два в ремонте.

На 3 февраля артиллерийский полк дивизии имел 10 10,5-см гаубиц, 6 15-см гаубиц, 3 10-см пушки, 6 «Веспе» и 4 «Хуммеля». Кроме того, дивизии был придан 34-й артиллерийский полк (без 3-го дивизиона), имевший 15 10,5-см гаубиц, 3 15-см гаубицы и 1 7,62-см пушку.

При штатной численности дивизии 14 474 человека имелся недокомплект 4376 солдат и офицеров. Январские потери составляли 188 убитых, 559 раненых и 304 пропавших без вести. Таким образом, дивизия долгое время действовала в существенно неполном составе.

Количество боеспособных танков в ходе операции

2 февраля

15 Pz-IV, 1 Pz-III

5 февраля (утро)

5 Pz-IV, 1 Pz-III

6 февраля (утро)

5 Pz-IV, 1 Pz-III

7 февраля (утро)

5 Pz-IV, 1 Pz-III

8 февраля

3 Pz-IV, 1 Pz-III

9 февраля (утро)

3 Pz-IV, 1 Pz-III

10 февраля

4 Pz-IV, 1 Pz-III

12 февраля

1 Pz-IV

13 февраля

1 Pz-IV

15 февраля

1 Pz-IV

В ходе наступления навстречу группе Штеммермана дивизия не понесла больших потерь. В период с 1 по 20 февраля она потеряла 77 убитыми, 225 ранеными и 25 пропавшими без вести.

Отчеты показывают, что в ходе операции дивизия потеряла один Pz-IV и один StuG-III (оба взорваны немцами), а также два «Хуммеля» и одну самоходную противотанковую пушку. На 15 февраля в дивизии оставался в строю один Pz-IV, а еще 23 Pz-IV находились в ремонте.

Однако последовавшее затем отступление вынудило немцев взорвать несколько танков, которые не удалось вовремя эвакуировать. При этом общее число безвозвратных потерь составило 16 танков.

34-я пехотная дивизия

Ожидалось, что эта дивизия примет на себя главный удар советского наступления, в связи с чем она была усилена 677-й полковой группой из состава корпусной группы «Б». К сожалению, доступные донесения не дают информации о состоянии 677-й полковой группы. Корпусная группа «Б» также передала в VII армейский корпус одну батарею 10,5-см гаубиц, одну батарею 15-см гаубиц и четыре тяжелых противотанковых орудия. Вероятно, все они использовались в полосе 34-й пехотной дивизии.

Артиллейрийский полк 34-й дивизии располагал десятью батареями 10,5-см гаубиц и одной батареей 15-см гаубиц. Противотанковая оборона дивизии опиралась на 14 тяжелых противотанковых пушек, из них пять буксируемых и пять на самоходном шасси. В дивизии имелись фузилерский батальон (слабый) и саперный батальон (средний по силе).

57-я пехотная дивизия

Командир — генерал-майор Адольф Тровитц

В состав дивизии входили три пехотных полка: 199-й, 217-й и 676-й. 676-й пехотный полк утром 25 января направлялся на усиление 389-й пехотной дивизии. Остальная часть дивизии занимала позиции между Смелой и Будой Орловецкой. В дивизии отсутствовал истребительно-противотанковый дивизион, вместо этого была истребительно-противотанковая рота, имевшая на вооружении буксируемые пушки. Остальные составляющие: артиллерийский полк, фузилерский батальон, саперный батальон, по всей видимости, имели обычную организацию по штатам пехотной дивизии. Однако их реальное состояние неясно. Известно, что на 1 февраля в дивизии имелось 29 10,5-см гаубиц, 3 15-см гаубицы, 15 трофейных советских 76,2-мм пушек, 6 7,5-см противотанковых пушек и 2 трофейных советских 76,2-мм противотанковых пушек.

По-видимому, из корсуньского «мешка» сумели выйти 2697 солдат и офицеров 57-й пехотной дивизии, а также 253 «хиви». Кроме того, в Новоукраинке и Новоархангельске собралось 1851 вернувшихся из отпусков. К тому же значительная часть тыловых служб дивизии оказалась вне кольца окружения, когда 28 февраля войска 1-го и 2-го Украинских фронтов встретились в Звенигородке. В основном тыловые подразделения располагались в районе Новоархангельска.

72-я пехотная дивизия

По-видимому, дивизия имела стандартную организацию и состояла из трех пехотных полков (105-го, 124-го и 266-го), фузилерского батальона, батальона истребителей танков, саперного батальона и артиллерийского полка. Артиллерийский полк имел номер 172, а все батальоны дивизионного подчинения — номер 72. На 1 февраля в дивизии насчитывалось 29 10,5-см гаубиц, 4 15-см гаубицы, 12 7,5-см противотанковых пушек и две трофейные французские 7,5-см противотанковые пушки.

Из «мешка» выбрались 3615 солдат и офицеров 72-й пехотной дивизии, а также 200 «хиви». 984 человека, вернувшихся из отпусков, были собраны в Новоукраинке. Помимо этого, значительная часть тыловых подразделений дивизии не попала в корсуньский «мешок». Главным образом они были сосредоточены в районе Липняшки.

75-я пехотная дивизия

В связи с тем, что Красная армия действовала на участке обороны этой дивизии не слишком активно, в ходе битвы дивизия участвовала в немногих боях. В основном она обеспечивала оборону фланга немецкой группировки. На самом деле можно поставить под вопрос участие дивизии в Корсуньской битве. Ответ на него зависит от того, как определять эту битву. Поскольку в период с 1 по 20 февраля дивизия потеряла всего 93 человека, ясно, что она практически не вела боев в ходе немецкого наступления, а когда в январе наступали войска Ватутина, они продвигались севернее расположения 75-й пехотной дивизии. Тем не менее она присутствует в нашем списке, чтобы и о ней читатель имел некоторое представление. На 22 января в ее составе было лишь три пехотных батальона, все они оценивались по силе как средние. Как упоминалось выше, один ее батальон был передан 34-й дивизии. Кроме того, один ее батальон находился в подчинении XIII армейского корпуса, организационно входившего в состав 4-й танковой армии.

Фузилерский батальон оценивался как истощенный, саперный батальон — как средний. В дивизии было 9 батарей легких полевых гаубиц и две батареи тяжелых гаубиц. В дивизии насчитывалось всего семь тяжелых противотанковых пушек на автомобильной тяге.