Матрица Скалигера - Вячеслав Лопатин

Большинство научных открытий и шедевров искусства были созданы в сравнительно позднее время, но, сочинив длинную историю цивилизации, хронологи отправили их в прошлое. И придумали, естественно, для них соответствующих ученых, художников и прочих одаренных личностей. Поэтому ни Ферма, ни Микеланджело не существовали. Были другие люди, в другое время. Жившие под иными, а может, даже и под этими именами, но всё же позже, а значит — другие. И создавали они свои шедевры тогда, когда это стало возможно, когда для этого появились необходимые условия. Ну не высекал Микеланджело свою «Пьету» из глыбы мрамора, как это принято считать, а сотворил её более современными и прогрессивными способами изготовления скульптуры.

Эта скульптурная композиция представлена на помещенной здесь фотографии. Для сравнения ниже приводятся два других творения Микеланджело: «Пьета Ронданини» и «Бородатый раб». Рядом с ними первая «Пьета» — вещь из другого мира. И дело не только в потрясающей реалистичности произведения, — хотя это, возможно, и главное — но и в том, что мрамор является хрупким материалом, и сделать из него что–либо подобное просто невозможно. Напрашивается способ отливки из искусственного мрамора, но чтобы принять эту мысль, необходимо поменять даты жизни Микеланджело на более поздние.

Ситуация с этими скульптурами станет более туманной, если посмотреть на хронологию их появления. Дело в том, что первая «Пьета» является одним из самых ранних произведений Микеланджело. Он завершил над ней работу, когда ему было всего 24—25 лет.

«Бородатого раба» он создал уже будучи в зрелом возрасте, а вторую «Пьету», «Пьету Ронданини», вообще сотворил спустя более шестидесяти лет после первой, в конце своего творческого и жизненного пути.

Это кажется странным, ведь мастерство исполнения у раннего Микеланджело оказывается явно выше, чем у позднего. Однако, как нам поведают искусствоведы, такая точка зрения является дилетантской, и эти, как, казалось бы, хуже выполненные работы, на самом деле обладают высокохудожественной ценностью. В них можно проследить эволюцию мастерства, выражающуюся в более утонченной передаче эмоционального переживания, а также в различных глубинах и высотах, явленных гением скульптора. «Пьета Ронданини», получается, венчает скульптурное творчество Микеланджело, потому что выражает тенденцию «к нарастающей одухотворенности образов» (Ротенберг Е. И. Искусство Италии. Средняя Италия в период Высокого Возрождения. М., 1966).

Конечно же, ценность произведения искусства определяется не только его реалистичностью. Это бесспорно. Но не являются ли в данном случае искусствоведы заложниками традиционной хронологии в общем и принятых датировок творчества Микеланджело — в частности? И на основании чего вообще указанные скульптуры были отнесены к одному автору? Ведь более чем очевидно, что если экспертам представить рядовое произведение, снабдив его легендой о недавно раскопанной мастерской какого–нибудь признанного гения, то и результат их оценки будет соответствующим. Это не вина искусствоведов, а проблема человека вообще. Человеческая психология такова, что наше восприятие по большей части определяется интеллектуальными установками, то есть, немного утрируя эту теорию, можно сказать, мы видим в предмете то, что уже о нем знаем. И искусствоведение здесь — не исключение*.

* Субъективный характер анализа произведений искусства связан не только с психологическими установками, но и проявляется на более глубоком уровне восприятия, в его психофизиологической основе. Примером может служить известная картина К. Малевича «Черный квадрат». Эффект, который оказывает эта картина на зрителя, кроется в пропорциях изображенной фигуры. Дело в том, что квадратом она только кажется, на самом деле её стороны между собой неравны. А психофизиология восприятия устроена так, что в течение долей первой секунды происходит процесс идентификации геометрии объекта. Поскольку отличие от настоящего квадрата очень тонкое, то нейронная система не может сразу и точно сказать, квадрат это или что–то другое, и «зависает» в попытках решения этой задачи. Как следствие этого, «зависает» и личность перед картиной, в результате чего это абстрактное художество наделяется ею магическим свойством, а сам художник — гениальностью. Можно гадать, то ли Малевич случайно нарисовал квадрат не совсем правильно, то ли его талант намеренно исказил его правильные пропорции, но совершенно точно можно утверждать, что эффект необычности происходит от психофизиологии зрительного восприятия.

Однако вернемся к персонажам, населяющим пространство матричной истории.

В 347 году епископ и проповедник Ульфила начал свою евангелическую деятельность среди готов. Одним из главных достижений Ульфилы был перевод на готский язык Библии. Но через 1170 лет евангелическую деятельность начал другой религиозный деятель – немецкий богослов Мартин Лютер. Странное дело — предки немцев готы читать Библию могли, а немцы — нет. Поэтому Библию надо было перевести ещё раз, что Лютеру и пришлось сделать.

Ульфила не только перевел Библию, но и придумал сам готский алфавит. Лютер же известен тем, что утвердил нормы немецкого литературного языка. В связи с этим возникает вопрос, уж не является ли его имя производным от слова «литера» (лат. litera — буква)? Тем более что распространение лютеранства подозрительно совпало с развитием книгопечатания, основным элементом которого как раз и была типографская литера. И, кстати, не о процессе ли книгопечатания говорит Библия, говоря, что в начале было слово?

Почти что современником Ульфилы был раннехристианский проповедник святой Эразм. В 303 году он принял мученическую, но вместе с тем нелепейшую с точки зрения исторической правды смерть. Согласно легенде, палачи истязали его, наматывая внутренности на лебедку. Эту животрепещущую картину со всеми подробностями изобразил итальянский художник первой половины XVII века Никола Пуссен. Но жил Пуссен не только спустя более тысячелетия после главного героя своей картины, но и спустя всего век после другого Эразма — Роттердамского. Этот известный гуманист умер через 1233 года после своего святого тезки. Корни дурацкой истории с наматыванием кишок станут понятны, если допустить, что речь идет об извращенном в результате пересказов и переводов случае дизентерии. Второе же имя Эразма Роттердамского было Дезидерий.

Известный полководец Священной Римской империи Валленштейн, имевший странный набор имен — Альбрехт Венцеслав Евсевий, — был убит заговорщиками в 1634 году. За 1242 года до этого в результате заговора был убит римский император Валентиниан II. Свое самостоятельное правление Валентиниан начал также за 1242 года до того, как Валленштейн встал во главе имперских войск. За 7779 лет до убийства Валленштейна погиб от рук заговорщиков император Валентиниан III, а за 1260 (1259) лет умер император Валентиниан I. В итоге — три Валентиниана из трёх существующих.

Закончить обзор матричных персонажей хочется теми, кто встречается в этой книге чаще всего, — королями.

Вильгельм III Оранский и Вильгельм I Оранский. Между датами их рождения — 777 лет. Оба получили власть в Нидерландах с разницей в 99 лет. Оба с целью остановить дальнейшее вторжение противника пошли на то, чтобы открыть шлюзы морских плотин и затопить территорию. От одного потопа до другого — 99 лет. В их время французы разбили протестантов, сначала своих гугенотов при Монконтуре, а через 108 лет — голландских при Монкасселе. Вильгельм I стал правителем Голландии, а через 777 лет Вильгельм III короновался английским королем в Лондоне. Умерли они с разницей в 777(118) лет.

ЧУДЕСА МОРЕПЛАВАНИЯ

Искусство мореплавания представляет особый интерес. В отличие от других областей, в которых человек был озабочен проблемами своего передвижения, мореплавание требовало достижений в ряде точных и технических наук. По суше человек мог передвигаться пешком, верхом, в повозке, но все эти способы не требовали большого количества знаний. Конечно, подковать лошадь или смастерить телегу тоже, в общем–то, было не просто. Чтобы это сделать, общество должно было дорасти до определенного научно–технического уровня. Но этот уровень не идет ни в какое сравнение с тем, который должен был обеспечить выход человека в открытое море.

Для мореплавания необходимо было развитие двух направлений человеческого знания и опыта. Это кораблестроение и морская навигация. Для первого требовалось развитие наук, без которых сконструировать корабль было невозможно: геометрия, математика, физика. Необходимы были познания и опыт в теоретической и практической механике, материаловедении, инженерном деле и т. п. Никак нельзя было обойтись и без развитого деревообрабатывающего комплекса — топором доски не сделаешь.