Золото инков - Лиелайс Артур

После того, как де Бела был выслан в Испанию, судьи отправили Писарро послание, сообщая, что вице-король отрешен от должности, и требуя от Гонсало, чтобы тот распустил войска и вернулся в свои поместья.

На это Писарро ответил, что сам народ провозгласил его вице-королем Перу и, если аудиенсия не признает его прав, он отдаст Лиму на разграбление своим войскам. Ночью в город с небольшим отрядом прибыл старый капитан Карвахаль, чтобы ускорить переговоры. Его солдаты стали арестовывать противников Писарро, вытаскивая их прямо из постелей. Трех арестованных Карвахаль велел вывезти из города и повесить всех на одном дереве. Лично присутствуя при казни, он с жестокой любезностью предложил одной из жертв выбрать сук, на котором тот будет повешен.

Аудиенсия, увидев, как энергично действуют люди Писарро, попросила его самого прибыть в город и принять титул вице-короля во имя безопасности государства и благоденствия Новой Кастилии.

28 октября 1544 года войска Писарро – около тысячи двухсот испанцев и несколько тысяч индейцев, приветствуемые артиллерийским салютом, колокольным звоном и ликованием толпы – вступили в Лиму.

Гонсало Писарро был торжественно провозглашен вице-королем Перу и главнокомандующим. Он поселился во дворце своего убитого брата Франсиско и велел устроить блестящее празднество, турниры и бои быков. Одновременно он стал арестовывать своих противников. Некоторых из них новый аделантадо приказал казнить, других отправил в ссылку в Чили, конфисковал их имущество. Правда, он собирался послать в Испанию специального гонца, чтобы хоть как-то оправдать свои действия, но старый Карвахаль убедил его, что он, Писарро, зашел слишком далеко и теперь уже не приходится надеяться на милость и снисхождение короля. Свою правоту лучше всего доказывать пиками и мушкетами.

Тем временем из гавани исчез корабль, на котором содержался под стражей бывший наместник Вака де Кастро. Он уговорил капитана корабля отправиться в Панаму. Оттуда Кастро уехал в Испанию, но как только он ступил на берег, его арестовали и заключили в крепость, обвинив в самоуправстве и растрате общественных средств. И лишь после двенадцати лет заключения Кастро был признан невиновным и освобожден из-под стражи.

Итак, один из претендентов на власть в Перу добровольно покинул страну, зато другой – Бласко Нуньес де Вела – неожиданно вернулся.

Как только корабль со свергнутым вице-королем отплыл от берегов Перу, сопровождавшая де Велу охрана заявила, что не считает его своим пленником. Вела решил еще раз попытать счастья и направился в Кито, чтобы набрать там войско. Он высадился в Тумбесе и стал вербовать добровольцев из Сан-Мигеля, Пуэрто-Вьехо и других прибрежных городов, но когда ему стали угрожать войска Писарро, де Вела поспешно перебрался в Кито. Здесь, на окраине Перу, трудно было навербовать наемников, поэтому, заручившись обещанием помощи со стороны Беналькасара, де Вела вернулся в Сан-Мигель. Скоро под его знаменами собралось около пятисот человек, которые, даже будучи недостаточно вооруженными, стали нападать на отряды Писарро, причем не всегда безуспешно.

Гонсало Писарро, с тревогой наблюдавший за действиями своего противника, решил принять энергичные меры и в марте 1545 года с шестьюстами человек прибыл в Трухильо, а оттуда двинулся на Сан-Мигель.

Солдаты де Велы, узнав о приближении могущественного противника, покинули город и ушли в горы. Писарро шел буквально по пятам врагов, захватывая мулов, оружие и не давая возможности отряду де Велы запастись продовольствием. Дорога проходила через обширное бесплодное нагорье и отступавшим приходилось довольствоваться сушеными кукурузными зернами – обычной пищей путешествующих индейцев. Солдаты варили зерно вместе с травой, собранной на обочинах, в собственных шлемах, так как не хватало котлов. Спали они не разбивая палаток, под открытым небом, с оружием в руках и не расседлывая лошадей.

Особенно тяжело приходилось беглецам, когда дорогу пересекали обширные болота. Обессиленные люди часто падали и многие больше не поднимались. Пленникам, принадлежавшим раньше к лагерю Писарро, не приходилось рассчитывать на снисхождение. Капитан Карвахаль беспощадно расправлялся с перебежчиками.

Нелегко приходилось и преследователям, хотя несли поклажу и доставляли им продовольствие туземцы.

Наконец Бласко Нуньес де Вела достиг столицы северной провинции – города Кито. Жители встретили беглеца, преследуемого сильным противником, холодно, и вице-королю пришлось искать убежища в Попаяне у Беналькасара.

Скоро в Кито вступил Писарро, собиравшийся вначале преследовать де Велу до самого северного моря. Однако Беналькасар располагал хорошо вооруженным войском, и Писарро не решился вторгнуться в его владения.

В Попаяне де Вела дал отдых своему измученному отряду, от которого осталось только пятая часть, пополнил его за счет людей Беналькасара, хорошо вооружил, а затем снова двинулся на юг, горя желанием сразиться с врагом.

Армии противников встретились неподалеку от Кито 18 января 1546 года. У де Велы было около четырехсот солдат, в том числе сто сорок всадников, у Писарро – семьсот отлично вооруженных воинов, которыми командовали опытные офицеры. И все-таки де Вела отклонил предложение Беналькасара о переговорах с противником. На предателей, сказал он, нельзя полагаться и заключать с ними соглашение. Мы пришли сражаться и выполним свой долг, как истинные рыцари. Это будет битва за Испанию, бога и короля. Он, де Вела, первый скрестит свой меч с мечом изменника; в борьбе за правое дело, кастильцы никогда не боялись численно превосходящего врага.

Сражение началось под вечер с сильной перестрелки. Спустя несколько минут поле боя было окутано клубами порохового дыма. Под его прикрытием пехота де Белы с пиками наперевес бросилась вперед и вступила в рукопашную схватку с противником. Одна за другой следовали кавалерийские атаки. Но битва продолжалась недолго. Большинство офицеров де Велы было убито. Покрытый ранами, Беналькасар был придавлен павшим конем. Но сам де Вела, несмотря на раны, продолжал сражаться, пока один из солдат противника не свалил его с лошади ударом боевой секиры. Вице-короля опознали, и один из офицеров Писарро велел своему чернокожему рабу отрубить голову поверженному врагу. Минуту спустя она уже была насажена на пику. Некоторые наемники, обуреваемые жаждой мести, вырвали по клочку волос из седой бороды убитого вице-короля и украсили этим трофеем свои шлемы.

Пехота де Велы еще пыталась отражать пиками кавалерийские атаки, но мушкетеры Писарро нанесли ей такие потери, что в конце концов она обратилась в бегства.

Почти треть солдат де Велы осталась на поле боя, потери же Писарро были ничтожны – по его данным, семь человек.

Многие беглецы пытались укрыться в церквах Кито, надеясь на традиционное право убежища, но их силой вытащили оттуда. Некоторых повесили, других сослали в Чили, однако большинство все-таки было помиловано. Раненому Беналькасару разрешили вернуться в свои владения, а его солдатам предложили перейти на службу к Писарро. Тело бывшего вице-короля похоронили в одной из церквей Кито, и сам Гонсало Писарро, одетый в траур, присутствовал на этой церемонии. Историк Гомара говорит, что у всех Писарро было такое обыкновение – с почетом хоронить свои жертвы.

Весть о победе Гонсало Писарро была с радостью встречена во всех городах Перу – ведь это был удар по королевским «новым законам». По пути из Кито на юг победителю везде оказывали торжественную встречу и священники возносили молитвы всевышнему, чтобы тот даровал долгую жизнь новому наместнику.

Лимский магистрат собирался даже снести несколько зданий, чтобы проложить новую улицу, по которой Писарро мог бы вступить в город, и назвать ее его именем. Однако победитель отклонил это лестное предложение.

Но когда торжественная процессия проходила под триумфальными арками, коня Писарро вели под уздцы два высших офицера, а рядом с Гонсало ехали архиепископ Лимы и епископы Куско, Кито и Боготы. Солдаты и горожане замыкали шествие. Улицы были украшены цветочными гирляндами и зелеными ветвями, из окон свешивались богатые ковры, звонили колокола. Повсюду толпы горожан громким ликованием приветствовали Писарро, «защитника и освободителя народа».