Сокровища, омытые кровью: О кладах найденных и ненайденных - Сергей Демкин

…А вот другой «контрпример», относящийся к той же эпохе. В 1959 году житель города Загорска Московской области сажал картофель на своем участке возле Вифанских прудов неподалеку от Троице-Сергиевого монастыря. И подцепил лопатой горшок, в котором было более тысячи монет Ивана Грозного, Федора Иоанновича, Бориса Годунова, Лжедмитрия I, Василия Шуйского и Владислава Сигизмундовича, польского королевича, правившего в Москве в 1610–1612 годах. Причем 83 монеты, хотя на них значилось «царь и великий князь Федор», по весу были легче тех, что чеканились в его правление в конце XVI века.

Загадка появления этих необычных денег объясняется просто: их выпустили в обращение руководители народного ополчения Козьма Минин и князь Дмитрий Пожарский, поставив на новых монетах имя последнего законного царя династии Рюриковичей. Во время изгнания поляков они были призваны играть роль «массового пропагандиста и организатора» по современной терминологии. Собственные деньги организованного ими временного земского правительства преследовали как хозяйственные, так и политические цели: оно получало возможность платить жалованье служивым людям, закупать продовольствие и одновременно объявляло о себе как о единственно законной власти России.

СОКРОВИЩА СКИФСКИХ КУРГАНОВ

Степные районы Причерноморья усеяны тысячами холмов, насыпанных руками человека более двух с половиной тысячелетий назад. Большинство едва заметно возвышается над степным ковылем. Но встречаются и двадцатиметровые гиганты. Все они — могильные курганы древних скифов.

Об этих племенах, некогда населявших Северное Причерноморье, до нас дошло немало письменных источников, оставленных их современниками — античными историками. Например, грек Геродот, прозванный «отцом истории», посвятил скифам целый том, в котором подробно рассказал об их жизни, обычаях, легендах, верованиях, погребальных ритуалах. Он даже описал места захоронения царей Скифского государства, возникшего в IV веке до нашей эры и позднее разгромленного готами.

Время стерло названия рек и гор, которые служили Геродоту географическими ориентирами, и сегодня уже никто не знает, где именно жили скифы-земледельцы, скифы-кочевники или «царские скифы», по словам Геродота «считавшие всех прочих своими рабами». Но сохранились легенды о сказочных богатствах, захороненных в скифских курганах. Конечно, скифы знали, что найдутся алчные люди, которые, презрев возмездие богов, попытаются похитить драгоценные предметы из погребальных камер. И поэтому прятали их в хитроумные тайники под землей на глубине десяти — двенадцати метров.

Увы, они оказались не такими уж надежными. На протяжении веков было слишком много охотников за сокровищами, не устававших раскапывать скифские курганы. Один за другим они подвергались разграблению, так что нетронутых захоронений почти не осталось. Современным кладоискателям встречаются лишь грабительские лазы, разбросанные кости скелетов да осколки глиняной посуды.

И все же бывают счастливые исключения, которые дарят шедевры древнего искусства, имеющие мировое значение.

В 1967 году для изучения археологических памятников Северного Причерноморья Институт археологии АН Украинской ССР организовал комплексную экспедицию. По предварительным оценкам ей предстояло обследовать около тысячи курганов и среди них более десятка «великанов» 10 метров высотой и 80 метров в диаметре.

Весной следующего года начались раскопки. День за днем, месяц за месяцем археологи «перелопачивали» земляные «пирамиды». В палатках стало тесно от ящиков с так называемыми «массовыми» находками, в основном осколками керамики, обнаруженными в тринадцати курганах.

Четырнадцатый вознаградил их за упорство: захоронение в нем оказалось нетронутым. Грабитель просто не заметил погребения девушки-скифянки, хотя его лаз прошел буквально в считанных сантиметрах. Рядом с непотревоженными останками лежали разноцветные изящные бусы, бронзовое зеркало и золотое скульптурное украшение.

Очищенное от земли, оно поразило археологов своей красотой. На чеканном рельефе перед ними предстала женщина в длинном одеянии, с поднятыми руками, сидящая на спине какого-то животного. Голова животного была видна не совсем ясно — время сделало свое дело. На первый взгляд оно походило на барана. Но у него были лапы.

— Да нет, это же рога на голове, а не завитки шерсти. Женщина сидит на быке, — осенило кого-то из археологов.

Как повествует древнегреческий миф, всемогущий Зевс, покоренный красотой женщины по имени Европа, решил похитить ее. Он принял образ прекрасного быка, и Европа захотела прокатиться на нем. Бык Зевс бросился с женщиной в море и уплыл. Этот сюжет вдохновлял многих художников, начиная с эпохи Возрождения и до наших дней. И вот сенсация: в степи под Каховкой найдено одно из древнейших пластических отображений этого мифа, относящееся к IV веку до нашей эры!

Можно представить, с каким нетерпением ждали следующего полевого сезона участники экспедиции. И он не обманул их ожиданий. Они начали с раскопок семиметрового кургана в пяти километрах от села Архангельская Слобода. Объем земляных работ предстоял огромный, поскольку его диаметр равнялся 60 метрам. Одновременно «вскрывали» и рядом стоящие «малютки» высотой по три метра. А тут, как назло, пошли дожди. Да еще то и дело встречавшиеся грабительские лазы, словно бы предупреждавшие: «Зря стараетесь, до вас здесь уже побывали».

Но археологи продолжали копать. Действительно, центральное погребение одного из малых курганов оказалось начисто ограбленным. Начали расчистку боковой могилы. Вдруг в ее боковой стенке обнаружилось небольшое углубление. Осторожно стали удалять оттуда грунт. Через несколько минут в руках одного из «кладоискателей» были две золотые пластинки с изображением рыб.

Известие о находке тайника моментально собрало у раскопа всю экспедицию. Из него извлекли деревянную чашу, обитую золотыми пластинками и… Но больше ничего там не было. Зато рядом оказалась нетронутая могила. В просторной прямоугольной яме лежала деревянная колода, в которой был погребен знатный скифский воин. Рядом с ним положили два железных ножа, два копья, железный боевой пояс, три колчана со стрелами — всего археологи насчитали в них 470 бронзовых наконечников. Шею воина украшал массивный золотой обруч-гривна. Грудь была покрыта погребальной накидкой с нашитыми золотыми бляшками. Ткань, конечно, давно истлела, но бляшки располагались так близко друг к другу, что выглядели сплошным золотым панцирем.

Всего в этой могиле было найдено 500 золотых вещей. Это сделало ее самым богатым и хорошо сохранившимся скифским погребением конца V века до нашей эры.

Впрочем, ценность найденных предметов не только в том, что они золотые. Каждая из золотых пластин — подлинное произведение искусства. А золотые обкладки парадного колчана воина и наконечники гривны искусствоведы считают шедеврами античной скифской металлической пластики. Каждый наконечник гривны завершается львиной головой, исполненной с поразительной жизненной силой. Не менее удивительны по своей совершенной технике и утонченности обкладки парадного колчана, изображения на которых как бы дополняют друг друга: тяжелый, уткнувшийся тупым рылом в землю кабан и мчащаяся в стремительном беге собака, а рядом изящный благородный олень и свирепая, с оскаленной пастью пантера. Причем все образы, кроме оленя, еще ни разу не встречались за время изучения скифского искусства.

А вот в большом кургане после грабителей осталось лишь погребение коня, бронзовые наконечники стрел, обломки керамики да спекшиеся железные пластинки от боевого пояса и панциря.

Третий сезон также оказался удачным. В южной части одного из курганов, названного Гаймановой могилой, археологи обнаружили погребение скифской жрицы. Знатная скифянка покоилась в окружении своих слуг и телохранителей, убитых во время совершения погребального обряда. А совсем рядом находилась могила воина и его боевого коня. И вновь, затаив дыхание, археологи расчищали сантиметр за сантиметром и осторожно извлекали бесценные находки.

…Тончайшей работы золотая серьга с изображением бога любви Эроса. Размеры серьги всего около сантиметра, но мастерство древнего ювелира было таково, что изображение при увеличении смотрится как монументальная скульптура. Не менее удивительная золотая пластина с фигурой богини плодородия. Богиня стоит, опираясь одной рукой о ветвь символического «древа жизни», а другой нежно гладит крошечного ягненка. Даже в складках ее одежды, ниспадающей с плеч, чувствуется спокойствие и величие женщины, дарующей жизнь всему сущему на земле. Рядом — другая золотая пластинка: Менада, спутница веселого Вакха, взметнув вверх руки с извивающимися змеями и откинув голову, летит в безудержном хмельном танце…