Внутренний враг - И Шишкин

У людей, так воспринимающих характер общественного развития и историю своей нации, постепенно самой силой вещей рождается ощущение собственной избранности, ощущение себя особым народом среди косной массы. Раз жизнь развивается по планам, то решающую роль в истории играют те, кто способен их выработать, а затем и воплотить в реальность. Все же остальные - лишь материал для исторического творчества. "Очевидно, - пишет И.Р. Шафаревич, - что при таком взгляде между "материалом" и "творцами" лежит пропасть,, "творцы" не могут воспринимать "материал" как таких же людей (это помешало бы его обработке)" [4, с.111]. Более того, в остальном народе начинают видеть угрозу своим светлым идеалам, самому смыслу своей жизни. Так отчуждение перерастает в неприятие и ненависть к своему этносу: "они создали нынешнюю, столь дурно устроенную жизнь", "они цепляются за гнусные традиции прошлого", "они сопротивляются разумному переустройству общества". Поэтому нет ничего парадоксального или неискреннего в том, что один и тот же теоретик провозглашает принцип "все во имя человека" и одновременно предлагает воспитывать нового человека с помощью расстрелов (Бухарин). Использование массового террора в тех или иных формах - закономерное следствие деятельности "малого народа", достигшего политической власти. Так было везде и всегда. Во Франции - гильотина, у большевиков - ЧК. Или возьмем наше время. Реформаторы, жаждущие после тысячелетия ошибок наконец направить нашу жизнь в правильное русло и столь много говорившие о народных страданиях, о слезинке ребенка, совершенно спокойно заявляют, что в новом обществе пожилые люди не найдут себе места и им нужно побыстрее вымереть, да и люди среднего возраста (30-50 лет) тоже к новой жизни не приспособлены. Этими поколениями придется пожертвовать ради переустройства общества на правильных началах. То, что речь идет о миллионах живых людей и их судьбах, розовощеким реформаторам даже в голову не приходит. "Материал" вызывает у них лишь чувство раздражения и ненависти: реакционная, тупая масса не понимает их научных программ и устраивает какие-то там митинги и демонстрации. Итак, ощущение себя особым народом среди человеческой массы, раздражение и ненависть, по отношению к ней - третье неизменное свойство общественно-политической антисистемы.

Необходимо отметить и еще одну очень распространенную, хотя и не обязательную черту "малого народа". Так как изобрести совершенно новую и невиданную схему лучшей жизни сложно, то часто в идеологии "малого народа" появляется требование, уничтожив свои исторические традиции, заимствовать нормы жизни со стороны. Французам предлагалось копировать англичан, немцам французов, а русским то англичан, то немцев, а теперь американцев.

Таким образом, распространение отрицательного мироощущения в этносе в форме неприятия органического многообразия общественного развитая неизбежно ведет к выделению из него "малого народа" - особой, изолированной группы или антинарода. Деятельность же его всегда носит разрушительный характер. Эти люди искренне убеждены в возможности и даже необходимости переустройства жизни на совершенно новых началах, кажущихся им единственно правильными, что естественно предполагает полный слом существующих систем ценностей, традиций и основанных на них общественных форм. Опасность "малого народа" для этноса определяется не только направленностью действий, но и его реальной разрушительной силой. Духовные корни нации, традиционное государственное устройство и уклад жизни ему враждебны и даже ненавистны; народ - лишь "материал", причем всегда плохой материал, а раз нечего и некого жалеть, то ради достижения светлой цели все позволено. Отсюда - ложь как принцип, а при возможности и массовый террор. Поэтому "малый народ" всегда оказывает разрушительное воздействие на этнос. Степень такого воздействия зависит от многих причин, в том числе от "малого народа" не зависящих, но безболезненным оно не бывает никогда.

Для того чтобы рассмотренные выше свойства общественно-политических антисистем ("малого народа"), направленность и характер их действий можно было лучше представить, приведу конкретный пример. Прекрасное описание французской общественно-политической антисистемы дал историк Огюстен Кошен в книге "Смысл якобинства" (он же и ввел термин "малый народ"). По мнению О. Кошена, решающую роль в Великой французской революции сыграл круг людей, сложившийся в философских школах и масонских ложах. Специфика его состояла в том, что он жил в своем особом изолированном мире: "малый народ" среди "большого народа". Общества, объединявшие его представителей, создали для своих членов как бы особый искусственный мир, в котором и протекала их жизнь. Не случайно в литературе эпохи Просвещения столь распространенным был образ "дикаря": "гурон" Вольтера, "таитянин" Дидро.

Обычно это человек, обладающий всеми формальными знаниями, предоставляемыми французской Цивилизацией, но абсолютно лишенный понимания духа, который ее оживляет. Поэтому все в окружающей жизни его шокирует, кажется глупым и нелогичным. О.Кошен считал этот образ вполне реалистичным, но водились такие "дикари" не в лесах, а в масонских ложах. Именно таких людей, начисто отрезанных от корней нации, воспитывали там, людей, для которых было враждебно и отвратительно все то, что составляло ее духовную основу: католическая вера, дворянская честь, верность королю, привязанность к особенностям и привилегиям своей провинции и своего сословия. Они воспринимали историю Франции как сплошную дикость и неудачу, были убеждены в необходимости полного переустройства жизни на разумных началах, по законам "свободы", "равенства" и "братства", стремились порвать все, даже внешние связи с исторической традицией (отсюда последующее переименование городов и изменение календаря). Одним словом, сложился антинарод среди народа, - все их жизненные установки были противоположны. Поэтому "большой народ" стал угрозой самого существования "малого народа", в его мире он жить не мог. И неизбежно началась борьба. Перипетии этой борьбы, когда, используя ложь как принцип, "малый народ" разъедал общественный организм и вовлекал в свои ряды обманутых красивыми лозунгами дураков, можно опустить. Годы революции 1789 - 1794 О.Кошен считал годами господства "малого народа" над большим. Только себя "малый народ" тогда называл народом, только свои права формулировал в "Декларациях". Этим и объясняется то, что "победивший" народ оказался в меньшинстве, а "враги народа", как говорили революционеры, в большинстве (взгляды О. Кошена изложены по: 4, с.114-116).

Пример французской революции вовсе не уникален. Рассмотренные выше свойства, характер и направленность действий "малого народа", как убедительно показал И.Р. Шафаревич, остаются неизменными независимо от времени и места его проявления: будь то Англия начала XVII в. или Россия конца XIX - начала XX в. и конца XX в. Поэтому, несмотря на все, казалось бы, разительные внешние отличия антисистемы всегда легко опознаваемы и отличимы от обычных народных восстаний, политических переворотов и реформаторских движений

Говоря о теории "малого народа", нельзя обойти вниманием один очень распространенный довод ее противников - опять "теория заговора". Мол, кучка негодяев (англофобов, русофобов, французофобов) составляет заговор и ввергает народ в катаклизмы. Далее следует перечень, во многом верный, объективных и субъективных причин еретических движений, английской и французской революций, революции и перестройки в России, и вывод: теория научно несостоятельная, это реакционный бред, очередной поиск врагов народа. Поэтому необходимо особо отметить, что теория "малого народа" не имеет ничего общего с "теорией заговора", как ее трактуют оппоненты. Она вовсе не пытается объяснить всю сложность общественных процессов действиями группы заговорщиков. Если бы "малый народ" был просто тайной, даже идеально законспирированной организацией, то не стоило бы и огород городить. Однако механизм его воздействия на общество отнюдь не сводится только к политической деятельности, тем более тайной - все гораздо сложнее и опаснее. Попытаюсь в самых общих чертах этот механизм раскрыть.

Распространение отрицательного мироощущения в этносе приводит к появлению людей, неприемлющих и ненавидящих все, что составляет духовную суть народа и его истории. Конечно же, во имя светлых идеалов, т.к. почти каждый нормальный человек нуждается во внутреннем самооправдании. Их чувства прекрасно передают следующие строки:

Как сладостно отчизну ненавидеть,

И жадно ждать ее уничтоженья.

(Печорин)

Ненависть к "гнусной" и "пошлой" окружающей жизни, желание ее разрушить до основания не могут не проявляться в поступках таких людей. Конкретный характер и масштаб действий определяется множеством как внешних, так и внутренних причин (уровнем пассионарности, темпераментом, образованием, социальным положением). Но во всех случаях они неизбежно, сознательно или безсознательно, впрыскивают яд нигилизма в окружающую их этническую среду. Один это делает на бытовом уровне, среди знакомых и сослуживцев: "Сидоров взяточник? Так в этой свинской стране извечно, то ли дело..." Другие через средства массовой информации, школьные и студенческие аудитории распространяют скептицизм по отношению к национальной системе ценностей. Третьи создают порой очень талантливые художественные произведения, очерняющие настоящее и прошлое народа, внушающие ему отрицательное мироощущение. Четвертые вступают в различные политические движения левой реформаторской направленности, выступающие против тех или иных сторон современной жизни: их заряд ненависти, последовательная, бескомпромиссная критика всех общественных недостатков позволяют им существенно влиять на радикализацию действий таких партий.