Лауреаты Демидовских премий Петербургской Академии наук - Николай Александрович Мезенин

опубликовал первую часть своего учебника «Фортификация» с атласом, отмеченного половинной Демидовской премией 1840 г. В 1846 г. вышла вторая часть труда «Долговременная фортификация». Выход в свет этого сочинения составил целую эпоху в науке об устройстве и применении укреплений на полях сражений. Этот учебник стал наиболее известным в мире. Он был переведен почти на все европейские языки, получил восторженные отзывы за границей и был принят на вооружение многими военными школами Запада. В России в течение полутора десятков лет первая часть выдержала четыре издания, вторая — три, что представляется редким явлением для узкоспециальных изданий того времени. Работу деятеля фортификационного искусства высоко оценила русская общественность.

Учебник А. З. Теляковского прокладывал новые пути в военно-инженерной науке. Он впервые в военной теории рассматривал полевую и долговременную фортификацию с позиций стратегии и тактики. Профессор В. В. Данилевский писал об авторе: «На основе критического изучения истории он обобщил и развил идеи и опыт передовых русских фортификаторов, разработал новую теорию фортификации. Он ввел новое понимание форта как активного элемента обороны. Исходя из русской практики, он доказал необходимость покончить с рабским соблюдением геометрической правильности форм укреплений, считавшихся законом на Западе» [79, с. 509].

Работами по фортификации занимался также специалист по инженерным сооружениям В. А. Половцев, в 1830 г. командированный за границу для изучения крепостных сооружений в разных государствах. Посетив Германию, Нидерланды и Францию, он отразил зарубежный опыт в «Полевой фортификации», которая получила половинную Демидовскую премию (1834 г.).

Наряду с работами по военной истории, во второй трети XIX в. появляются специальные работы по истории русского флота.

Историограф военно-морского флота Ф. Ф. Веселаго представлял официальную военную историографию. Он немало трудился над публикацией источников, составлявших базу для систематического освещения военно-исторических явлений, ввел в научный оборот огромное количество фактов, освещавших передовой характер военно-морского дела в России. Историк стремился доказать самостоятельность путей развития русского военно-морского искусства.

Особенности его работ отмечает историк Л. Г. Бескровный: «В своих трудах Веселаго придерживается источников. Осторожно и критически обращаясь с ними, он добился большой степени достоверности приводимых фактов. Однако идеалистический подход к историческим явлениям, стремление объяснить развитие военно-морского дела лишь деятельностью отдельных лиц не позволили ему правильно осветить приведенные им факты и раскрыть подлинные движущие силы развития военно-морского искусства» [77, с. 295].

Список основных трудов Ф. Ф. Веселаго возглавляет «Очерк истории Морского кадетского корпуса» (1852 г., половинная Демидовская премия 1853 г.). Автор напоминает читателю, что для «приучения русского юношества к морскому делу» Петр Великий в 1701 г. основал в Москве училище математических и навигацких наук. Вначале Навигацкая школа помещалась в Сухаревской башне. В 1715 г. в Петербурге на ее основе в особо построенном здании на Васильевском острове была создана Морская академия, которая позже называлась Морским кадетским корпусом.

Н. Г. Устрялов, представлявший труд Веселаго к награждению, характеризовал его следующим образом: «Сочинение г. Веселаго, как верная, беспристрастная и хорошо составленная история Морского корпуса от первого его основания до настоящего времени, тем более заслуживает поощрения императорской Академии наук, что автор весьма удачно, со многими любопытными подробностями, не выходя, однако ж, из пределов своего сочинения, изложил начало и успехи того заведения, которому Россия обязана своими победами на море… Сочинение г. Веселаго пополняет многие пробелы истории нашего флота и, как драгоценный подарок морякам, заслуживает поощрительной Демидовской премии» [7, с. 40, 41].

Одним из выдающихся историков русского морского флота был и А. П. Соколов. По окончании Морского кадетского корпуса он служил на флоте в Морском ведомстве, в 1853 г. был командирован в черноморские архивы для сбора материала по истории флота. Через два года Соколов просил направить его в Севастополь: «Мне всегда казалось, — писал он, — что историографу флота необходимо понюхать пороху, чтобы он не писал карикатуры вместо настоящих битв» [77, с. 147].

Автор многих работ по истории флота, А. П. Соколов более известен своим капитальным трудом «Летопись крушений и пожаров судов русского флота от начала его по 1854 год». В результате сделанного им анализа автор невольно раскрыл многие недостатки в строительстве и эксплуатации кораблей. Он установил, что большая часть крушений была следствием постройки судов из сырого леса, без медной обшивки, а также того, что во главе флота нередко стояли несведущие люди. Соколов не только собрал архивные материалы, но и привел свидетельства оставшихся в живых участников крушений и пожаров. Всего он собрал описания более 200 случаев, многие из которых могли стать обвинительным актом против существовавших на флоте порядков. По этим причинам историк долгое время не мог опубликовать свою работу. В 1855 г. книга все-таки вышла в свет, но не получила официального одобрения Военно-Морского ведомства.

Однако Академия наук отметила эту работу половинной Демидовской премией 1857 г. Рецензент Ф. Ф. Веселаго дал высокую оценку труду историографа русского флота. Общему собранию Академии наук о сочинении докладывал К. С. Веселовский: «Общая форма, принятая автором при описании крушений, следующая: год гибели судна, ранг его и число орудий, название судна, имя командира, море, на котором случилось несчастье, и описание самого события. Степень подробности описания зависела как от количества материалов, так и от важности и назидательности для моряков частностей самого крушения. Поэтому о иных случаях дано 2–3 строки, а описания других доходят до 20 страниц.

Весьма любопытен вывод автора из общего обзора крушений на разных морях и в разное время. Из него видно, что крушения судов наиболее [часто] происходят на Балтийском море от неизвестных течений, которые имеют пагубное влияние в этих тесных и усеянных мелями и камнями водах; на Черном — от жестокостей бурь; на Охотском — от непрочности постройки и недостаточности снабжения и управления судов. По окончательному приговору рецензента обширность и польза трудов г. Соколова по всем отраслям истории русского флота и несомненные достоинства и важное значение в ученой морской литературе составленной им летописи крушений вполне достойны обратить на себя внимание Академии и заслуживают Демидовской премии» [46, с. 22, 23].

Одним из первых, кто занимался в России теорией пароходов, был Р. К. Скаловский. Его «Руководство для служащих на военных морских пароходах» было отмечено: первые две части почетным отзывом (1846 г.), а третья часть — половинной Демидовской премией (1847 г.). Автор был деятельным членом Морского ученого комитета, управлял Ижорскими адмиралтейскими заводами, с 1849 г. редактировал «Морской сборник».

Адмирал и участник плавания на фрегате «Паллада», К. Н. Посьет явился автором сочинения «О вооружении военных судов» (1850 г.), отмеченного половинной Демидовской премией 1851 г.

Военно-морской теоретик Г. И. Бутаков стал создателем тактики парового флота. Будущий адмирал происходил из семьи моряков, успешно обучался в Морском кадетском корпусе. Он служил на многих флотах и получил богатую практику руководства действиями пароходов. В 1860 г., будучи флагманом эскадры кораблей с винтовыми двигателями, Бутаков имел возможность проверить