Древняя история казачества - Евграф Савельев

Древнегерманское «кёниг» и скандинавское «кинг» есть не что иное, как «конник». Литовский «кунигас» — конный «ас», то же, что князь.

Сопоставляя все эти исторические данные, приходится прийти к выводу, что на восточной стороне Черного моря, у самой северной отлогости Кавказских гор, находится местность, в которой с самых древнейших времен встречаются следы, напоминающие собою имя Азии. До сих пор на эту местность не обращали должного внимания. Народов, живших там в I веке нашей эры, Страбон описывает так: Роксоланы (Рос-аланы) населяют равнины между Танаисом (Доном) и Борисфеном (Днепром) (VII, 3,17). За Танаисом начинается Азия, первую часть ее населяют от северных стран и океана некоторые из скифов — кочевники и живущие в повозках; ниже их сарматы, они же и скифы, а также Аорсы и Сираки, тянущиеся на юг до Кавказских гор: некоторые кочевники, иные живут в шатрах и земледельцы; вокруг болота — Меоты (около Азовского моря). У моря на азиатской стороне Босфора (Керченского пролива) — Синдика. За нею Ахен (Ахап), Зиги и Гениохи, Керкеты (Чер-геты) и Макропогоны (длиннобородые); над ними теснины Фтирофагов (вшеедов). За Гениохами — Колхида, лежащая под Кавказскими и Мосхийскими (Менгрельскими) горами (XI, 2,1).

Плиний (I в. по Р.Х.) говорит, что в Кавказском крае жили под именем Сарматов Меоты, Валы или Балы, Сербы, «Цинги» и др. Тот же историк упоминает Великую Скифию, идущую от Нижнего Дона на север и восток, и Малую — от Дона к Днепру и далее на запад. Он же говорит, что Аланы — соплеменники Роксоланам.

Географ Птолемей (II в. по Р.Х.) пишет, что по всему прибрежью Азовского моря живут Яциги и Аланорси (Алано-Россы), по Дону Танаиты (Танагеты).

Константин Багрянородный (X в. по Р.Х.) в 42-й главе своего сочинения «Об управлении Империей» говорит, что за Босфором находится устье Меотийского озера, которое по его величине все называют морем. С восточной стороны море это принимает многие реки, каковы: Танаис, который идет от Саркела, и Харакуль (вероятно северный рукав Кубани — Кара-Ингул (Черная протока), в котором ловится рыба «берзетике»; кроме того, реки: Бал, Бурлик, Хадырь и многие другие (тоже рукава Кубани). Устье Меотиды, изливающееся в Понт, также называется Бурлик: здесь есть город Боспор, а напротив его лежит город, называющийся Таматарха. Это устье простирается на 18 миль, и посреди его находится большой низменный остров, называемый «Атех». От Таматархи на расстоянии 15–20 миль есть река, именуемая Укруг (Кубань), которая отделяет Зихию от Таматархи (области). Зихия простирается на расстоянии 300 миль от Укруха до р. Никопсис, на которой находится город того же имени. Выше Зихии лежит страна Папагия, выше Папагии Казахия, над Казахией Кавказские горы; позади Кавказа Алания. Морской берег Зихии имеет острова, один большой и три малых, между которыми есть и другие острова, населенные и возделанные Зихами, т. е. Турганерх и Чарбагани; кроме того, есть остров при устьях реки и еще около Птелеев; на последний спасаются Зихи во время нападения Алан. От Зихии по морскому побережью лежит Авазгия на протяжении 300 миль (Абхазия).

Иосиф Флавий в своем сочинении «Иудейская война» (VII, 7) говорит, что народ аланы есть скифское племя, живущее у Танаиса и Меотийского моря… Намереваясь вторгнуться в Мидию и более отдаленные страны с целью грабежа, они вели переговоры с царем Гирканом (грузинским), так как в его руках был проход, который царь Александр Македонский закрепил железными воротами. (Проход Дарьяльский или Дербентский.) Когда тот позволил им пройти, то они вторглись в Мидию и Армению во время царя Тиридата.

Светоний об аланах говорит: «Когда царь пареян Вологез просил римлян выслать ему на помощь против аланов войска под предводительством одного из сыновей Веспасиана, то Домициан употребил все усилия, чтобы его туда послали (XII, «Vitae imperatorum», VIII, 2)».

У Диона Кассия читаем: «Фарасман II, царь Иберии, подучив масагетов и аланов напасть на владения пареян, пропустил их через свои земли. Набеги эти главным образом были направлены на Мидию, и только боязнь римского могущества, по-видимому, спасла Армению и Каппадокию от их вторжения. Они возвратились в свою землю, испугавшись угроз Флавия Арриана, правителя Каппадокии, и удовлетворившись дарами, которыми их осыпал Вологез II, царь пареянский».

Аммиан Марцеллин, современник и соратник Юлиана, прозванного Отступником, говорит (17, 12–21, 35), что аланы размещены в обеих частях света (т. е. в Европе и Азии, считая границею между этими частями света р. Танаис). Они занимаются скотоводством, переходя с своими стадами с места на место, где есть хорошие пастбища. Но преимущественно заботятся о лошадях. Молодые люди с детства привыкают к верховой езде; ходить пешком считается позором. Вследствие разнообразных упражнений, они все хорошие воины. Аланы почти все стройны и красивы; волосы их темно-русые. Они страшны своими грозными очами и очень подвижны, вследствие легкости своего вооружения. Рабство им неизвестно, так как они все благородного происхождения. На охоту и за военной добычей они доходят до Меотийского моря (Азовского) и Босфора Каммерийского (Керченского пролива), также до Армении и Мидии.

Рассмотрим и поясним сказанное другими историческими данными. Между Доном и Кавказом во времена Геродота (V в. до Р.Х.) жили Синды или Инды — Индусы, имевшие много городов и высокую культуру. Гавань Синдов славилась торговлей. Синды были земледельцы и рыболовы. По Николаю Дамасскому (V в. по Р.Х.) Синды клали в могилы умерших столько штук рыбы, сколько они убили врагов. Подобные обряды погребения часто встречаются при раскопках могил в южнорусских степях и по берегам Аму-Дарьи. При исследовании Кобякова городища, близ Аксайской станицы, В. В. Богачевым в 1901 г. в нижних культурных слоях было открыто много скелетов крупной рыбы (осетров, сомов, сазанов, судаков и других), часто совершенно целых, вместе с костями млекопитающих и черепками грубо обожженной посуды из черной глины. Выше Синдов жили Меоты — собирательное имя нескольких племен (дандары, аспургиане и др.), занимавшиеся земледелием, по словам Страбона, но воинственные, как кочевники. «Аспургиане» от ас, азы и «пургос» башня по-гречески. Этот сильный народ имел много укрепленных городов с башнями. Страбон именует их азийскими городскими жителями.

В I в. до Р.Х. понтийский царь Пелемон, ставленник Рима, покорил Босфорское царство и распространил владения свои от Дона до Колхиды. За возмущение Танаитов, пытавшихся отложиться, он разрушил цветущий и торговый их город Танаис, в устьях Дона, близ Елизаветовской станицы. В защиту Танаитов восстали азы, или аспурги, и после кровопролитной битвы, в 1 или 2 году по Р.Х., Пелемон был разбит и попал в плен, где и убит (Страбон). Азы овладели всем Босфорским царством и основали там свою династию царей, владычествовавшую до 337 г. по Р.Х. Эта аспургианская династия положила конец греческому и понтийскому периоду истории Босфора (на Азовском море), хотя культурным слоем населения этого царства по-прежнему остались греки, о чем можно судить по надписям на монетах и камнях. Владения азов в этот период времени простирались от устьев Дона до Кавказского хребта. Босфорские цари дружили с Римом и находились как бы в вассальной зависимости от него. Из династии этой известны цари, судя по найденным монетам: Асандр, сын его Аспург, Котис I (46–63), четыре Савромата, Рескупорисов 6 или 7, Чиг (III в.) и друг. Юлий Савромат II (175–211), по смыслу одной надписи, имел очень сильный флот и очистил от пиратов Черное море.

Босфорским царством вскоре овладели Гунны. Самым же распространенным названием народа, жившего между Доном и Кавказом, было, со временем Геродота, савроматы. Имя это было нарицательным и относилось ко многим южнорусским племенам, занимавшимся скотоводством и поставлявшим на греческие рынки хорошо выделанные сыромятные кожи. По Диодору Сицилийскому (I в. до Р.Х.) савроматы были будто бы колонией, выведенной скифскими царями из Мидии на Танаис. Помпоний Мела говорит, что сарматы народ весьма близкий к парфянам и по наружности, и по вооружению, но суровее их по нравам, как и по климату занимаемой ими страны (III, 4), а Тацит в своем трактате о Германии (XVII) делает замечания, что сарматы и парфяне носили широкие одежды. О сарматских, вернее — массагетских, женщинах ходило в древности много баснословных рассказов. Позднейшие писатели постоянно смешивали сарматских женщин с амазонками: даже говорили, что они всегда господствовали над мужчинами и управляли ими. Язык сарматов, по Геродоту и Овидию, был сходен с скифским, хотя по выговору несколько отличался от него. Ахеи или Ахай Страбона и Авазги Константина Багрянородного суть Абхазцы, живущие и ныне на восточном побережье Черного моря. Heniochi — уздодержатели, вожаки колесниц, по-нашему — конюхи. Почему это сословие людей Страбон выделил в особый народ, трудно сказать. Далее Страбон говорит (XI, 2. 12), что Ахай, Зиги и Гениохи жили пиратством, от которого терпели и греки, но Босфоритяне, стремясь к наживе, «иногда помогали им, предоставляя стоянки для кораблей и предлагая рынки для продажи награбленного».