Древняя история казачества - Евграф Савельев

Руссы и торговый город Руса на берегах Балтийского моря упоминаются еще в IV в. до Р.Х. Об этом пишет грек Пифей, посетивший эти места в 320 г. на корабле вместе с торговцами греками. После этого о Руссах прибалтийских говорят, на основании древних летописей, историки скандинавские: Торфей (норвежский), Иоганнес Магнус (шведский) и Саксон Грамматик (датский).

Саксон Грамматик (ум. 1208) говорит, что в I в. по Р.Х. датский король Фротон 1-й в морской битве победил русского царя Траннора и взял его город Роталу, в Ливонии, и Пельтиск (Полоцк), столицу Веспазия, другого русского царя, завоевал страну еще какого-то царя Гондувана и женился на его дочери.

В III в. при Фротоне 3-м Руссы и Гунны напали на Данию: царь руссов Олимер начальствовал флотом, а царь гуннов — сухопутным войском.

В I в. норвежский владетель Гальфдан воевал в землях востока России и Ливонии, убил на поединке славяно-русского царя Сигтрига и женился на дочери другого русского царя Эймунда{44}.

Во II в. Готер, сын шведского короля Готброда, погиб в сражении с Боем, сыном русской княжны Рынды. Сын Готера и его преемники имели многие войны с Руссами в течение всего II в. (Саксон Грамматик).

Шведский король Готеброд за несколько лет до Р.Х., вспомнив о насилиях, совершенных руссами в Швеции, и собрав значительное войско из шведов и готов, вступил в Русь, избил великое множество русских и заставил их платить себе дань. Преемник его снова начал войну с Руссами. (Иоганнес Магнус).

Король Готский Велимир около нашей эры объявил русскому царю Гервифу войну, победил его и наложил на Русь дань. Но вскорости Гервиф выгнал готов (Магнус).

В VI в. шведский король Ингварь покорил Эстляндию и двинулся на Россию, но был там убит (Саксон Грамматик).

Классен говорит, что в имении Ф. Н. Глинки, в Тверской губернии, есть древние камни с надписями; снимок с одной из них был отправлен в Копенгагенское общество древностей; там прочли надпись так: «Здесь Ингварь поднят на щиты», что значит: признан королем.

Летописцы также говорят о русском поморском князе Ратиборе, давшем свой флот в помощь датскому королю Гильдестанду для истребления морских пиратов.

В исландских сагах упоминается о знаменитом русском владетеле Зигурламе или Чигурламе, который, по мнению Торфея, жил в III в.

Приведенными данными ясно доказывается, что в нынешней северо-западной России и по берегам Балтийского моря издревле обитали Руссы, составлявшие несколько самостоятельных и сильных государств, что они не были ни датчане, ни норвежцы, ни шведы, так как имели постоянную вражду с ними. О том же говорят и названные выше историки.

Готы также не причисляются ни к шведам, ни к датчанам, так как они всегда воевали то в союзе с Руссами против шведов, то в союзе с последними против Руссов. Саксон Грамматик далее говорит, что Ивор (славянин-венед) в VII в. покорил Данию и Швецию, потом убил зятя своего Рерика (также венеда), царствовавшего в Зеландии, которая в то время была населена славянами. Дочь Ивора Овда с сыном Гаральдом бежала к русскому князю Радибрату и вышла за него замуж. Гаральд с помощью русского флота вступил на датский престол. Следовательно, Руссы имели на Балтийском море весьма сильный флот и владели, как увидим ниже, обоими берегами этого моря. т. е. западным и южным. Руссы были славяне: они занимали как раз все те земли, которые населены были этим народом. В их землях были города: Старая Русса, Новая Русса между рукавами Немана, из которых правый называется и доныне Руссою, а прилегающая приморская местность носила название Пороси, по Пифею — Руснеи; Русислава — нынешний Рослау на Эльбе (Лабе). По всему южному Балтийскому побережью и доныне множество городов и сел носят славяно-русские названия. Следы Руссов видны и на северных и западных берегах этого моря; так, например, Рескильд, местечко, в котором жил историк Саксон Грамматик, в переводе названия этого местечка значит: «кол для Руссов», т. е. там было место казни для руссов; Рослаген, т. е. кочевье Руссов, местность на Упландском берегу в Швеции. Что Руссы-славяне владели западными берегами Балтийского моря, об этом свидетельствует историк XI в. Адам Бременский; он пишет, что в г. Упсале стоял золотой славянский кумир бога Радегаста, т. е. Радигостя, покровителя торговли и торговых людей (гостей). Радегаст — рад гостям. В другом месте он уверяет, что упсальский храм был сделан из золота. Другой храм этому богу был в г. Ретре, на южном берегу. На острове Рюгене, населенном славянским племенем ранов, славившихся богатством, мореходством и торговлей, в г. Орекунда или Ореконда, на полуострове Битов, находился храм широко прославляемого и почитаемого бога Святовита или Свентовита. Храм Свентовита в г. Святограде или Свентограде был разрушен в 1168 г. датским королем Вальдемаром I. Многие сокровища этого храма и до сих пор находятся в Копенгагенском музее северных древностей. Развалины Кремля Святограда и теперь видны близ г. Арконы. На о. Рюгене, по-славянски — Руяне, в г. Стопень-камень (ныне Штубенкаммер) также было три чтимых храма: Сварогу, Волосу и Перуну{45}. В храме Волоса хранилась золотая сошка, упавшая с неба Микуле Селяниновичу. Другая в Микуль-боре, нынешнем Мекленбурге. Тацит говорит (Германия, гл. XL) о поклонении славянами на острове Рюгене богине земли — Матказеме (Герте). Драгоценную статую этой богини с серпом в правой руке и со снопом из золотых прутьев с янтарными колосьями в левой возили в колеснице по селам с весны до Купалы. Остатки этого храма у немцев теперь называются Гертабург{46}.

Шлецерианцы возражают, что приведенные исторические данные из Дитмара, Торфея, Саксона Грамматика и Иоганнеса Магнуса о древних славяно-Руссах мало проверены исторической критикой и, таким образом, являются как бы пустыми сказками. За чем же дело стало? Почему же до сего времени молчат критики? Видимо опровергнуть эти данные им не по плечу. Авторитеты же названных историков говорят сами за себя: Дитмар был мерзебургским епископом (род. 975 г.), Саксон Грамматик пробстом в Рескильде (ум. 1208 г.), а Магнус архиепископом в Упсале (род. 1488 г.); притом они писали историю не России, а Скандинавии, следовательно, в пристрастии их заподозрить нельзя. Под руками у них были сказания, саги и летописи о жизни древних народов, населявших берега Балтийского моря. Исторические повествования их подтверждаются и археологическими раскопками.

Главным занятием новгородских и приморских Руссов была торговля с соседними странами. Азиатские товары туда доставлялись Волгой и реками, впадающими в Финский залив. Для охраны торговых караванов от нападения разбойников Руссы имели многочисленную и хорошо вооруженную речную и морскую наемную стражу, называемую «варягами», от славянского глагола варити — предварять, предупреждать и варяю (по-кирилловски) — разъезжаю; варять — плавать по водам. Дитмар (Chronicon) говорит, что у славян-бодричей были особые вооруженные стражи, наблюдавшие за целостью товара; что товар у них назывался вара, охранять — гаичь или ветити, отсюда стража — варагайче и вараветниче. У вендов оберегатель товаров назывался воорагай. Следовательно, варяги не составляли какой-либо отдельной народности, а просто это была особая каста военных людей, на обязанности которых лежала охрана торговых судов от нападения морских пиратов, называемых на Балтийском море викингами, а на русских реках слывших под названием «поляницы». В варяги принимались люди испытанной храбрости и честности. Предводители варяжских дружин именовались князьями, каковое звание встречается только у народов славянских, но не германских.

В Тамбовской губ. «варять» означает заниматься развозною торговлей. В Москве «варягами» называли торговцев-ходебщиков. Поговорка «полно варяжничать» — перестать выторговывать.

Нестор говорит (древнейший Лаврентьевский список), что варяги были: Русь, Свее (шведы), Аньгляне, Оурмане (нордманы) и Гьте (Геты или Готы), т. е. что у славян-Руссов охранители торговых караванов были варяги — Русь, а у других народов стража была своя, носившая (по Нестору) тоже славянское название, по господству славян на Балтийском море, а быть может и какое-либо другое, которого Нестор не знал, а потому и назвал сословие это общим славянским именем. Это последнее мнение более вероятно, так как ни скандинавские, ни датские историки варягов как военное сословие совсем не знают, по крайней мере, не говорят о них ни слова.

Варяги-руссы в IX в. еще господствовали на западном и южном берегах Балтийского моря, главный же прибой имели в Новой Руссе, в дельте Немана. Из этого-то сословия новгородцы с соседними народами в 862 г. и избрали себе князя. Следовательно, откуда бы ни пришел Рюрик с братьями, с шведского ли Упландского берега, принадлежавшего Руссам, с южного ли, для нас безразлично, но что он и дружина его были славяне — это несомненно. Шведы никогда себя не называли Руссами, а тем более «варягами-Руссами»{47}. Скандинавские историки о призвании князей ничего не говорят и Рюрика совсем не знают. О них говорит лишь один наш летописец Нестор. Для нас это очень важно, так как событие это касается только русских, а никого другого.