Любовная связь напоказ - Люси Кинг

На секунду партнер по танцу обнял ее крепче, словно показывая, что он мачо и это его владения, но Дан пронзил его таким кинжальным взглядом, что лицо парня побелело и он скоренько разжал руки.

– Ни в коей мере, – сказал Вильсон, или Винстон, или, возможно, Вальтер. Как бы его ни звали, ему хватило ума сообразить, что в намечающемся сражении у него нет шансов, и он без промедления удалился.

Она осталась на танцполе одна-одинешенька, неизвестно зачем и почему, тогда как пары вокруг обнимались и покачивались под музыку.

Она медленно повернулась, увидела его, и у нее перехватило дыхание. Боже, он выглядел ужасно. Темные круги под глазами и впадины на щеках. Волос не меньше недели не касалась расческа, пятидневная щетина на подбородке. Угрюмый взгляд темных глаз устремлен на нее.

Ее сердце, и так изможденное нервотрепкой последних дней, защемило при виде Дана. Однако, несмотря на его потрепанность, она по инерции продолжала думать, что он не хотел больше ее видеть.

– Давай выпьем, – сказал он и протянул ей стопку чего-то холодного и прозрачного. – Хотя ты, похоже, уже приняла на грудь.

– Как и ты.

– Ну да, меня вдруг охватило неандертальское желание защитить то, что считаю моим. Вот и стараюсь это желание подавить. Что весьма непросто. – Он поднял свою стопку, осушил ее залпом, вздрогнул и тряхнул головой. – Боже, какая гадость.

– Считаешь своим? Что же? – переспросила его Зоя. Ее слегка качало, несмотря на решение твердо держаться на ногах.

Он кивнул:

– Да, считаю. Если точно – тебя.

– Не знала, что я – твоя.

– Я тоже не знал, а теперь знаю.

Зоя тряхнула головой перед тем, как тоже выпить, окинула его взглядом и понюхала напиток в стопке:

– Что это?

– Граппа.

Повергнутая в шок новой встречей с Даном и его заявлением о праве собственности на нее, она с легкостью влила в себя стопку граппы и выдохнула, когда эта итальянская самогонка обожгла ей горло.

– Ты и музыку здесь заказываешь?

– Ну, ты же в черном и облегающем, хотя это и не лыжный костюм.

Неужели он так хорошо помнит все детали их первой встречи? Ее охватила сладкая истома при этой мысли.

– Надеюсь, ты не ждешь, что и остаток вечера пройдет в таком ключе?

– Ты имеешь в виду, что мы оба будем здесь зажигать? Ну, это лучше у тебя получается. – Он взглянул на свою стопку. – Выпила? Вот и хорошо. – Дан взял ее стопку и вместе со своей шлепнул на стол, а потом шагнул назад. – Это наша песня. – Он взял ее за руку. – И мы под нее станцуем.

Не успела она и рта раскрыть для возражений, как оказалась в его руках. Одной ладонью он держал Зою за талию, прижимая к себе, и ей сразу сделалось так уютно, что протестовать она уже все равно не смогла бы.

– Как прошло Рождество? – спросил он, глядя на нее сверху вниз и прожигая взглядом.

Отвратно.

– Замечательно. Провела его с родителями и Лили в Шропшире. А ты как?

– Скверно. Хочешь знать почему?

– Если ты не против, расскажи, – бросила она с деланым безразличием, чтобы скрыть свое удивление и жадное любопытство.

– Моя родня свела меня с ума.

– Если ты ждешь от меня сочувствия, то обратился не по адресу.

Дан чуть заметно улыбнулся, и у нее все сжалось внутри.

– Мне нужно не сочувствие. Хотел бы попросить у тебя прощения, даже если его не заслуживаю.

Она подняла бровь и удивительно холодным, при ее-то состоянии, голосом промолвила:

– У меня – прощения?

– Да. Рождество было плохим, а последняя неделя просто невыносимой.

– Почему?

– Понял, что ты была права насчет моей трусости, и стало совсем худо.

Она пристально посмотрела на него, в ее сознание вошло значение его слов, и ее ноги сбились с ритма.

– Я была права?

– Попала в самую точку. – Он замолк на секунду, пока она согласовывала движение своих и его ног, а потом их танец продолжился. – Думаю, я запаниковал, еще когда ты в первый раз подошла ко мне в баре и поцеловала. Я чуть с ума не сошел и вмиг позабыл нормальный человеческий язык. Такого со мной еще не случалось.

– Я этого не хотела.

– Знаю. Но именно это у тебя получилось, и меня сразу охватила паника. – Он привлек ее к себе, и ей пришлось отстраниться, во избежание искушения прижаться к нему плотнее, ведь он был такой теплый и сильный, пахнул так восхитительно и с каждой секундой становился все притягательнее.

– Дело в том, – продолжил он, в то время как она млела от каждого его прикосновения, – что я немного привык командовать. Когда Натали призналась, что она и почему сделала, я немного тронулся рассудком. И даже не немного, – поправился он. – Настолько быстро терял нормальный облик, что только по счастливой случайности дело не кончилось криминалом.

Зоя немного отодвинулась и с удивлением на него посмотрела:

– Правда?

– Абсолютная. Напомни мне потом, чтобы рассказал тебе поподробнее. Так или иначе, в мою жизнь вошел постоянный страх, и я всеми силами старался защитить себя от повторения тех событий и страданий.

– Да, теперь я понимаю почему.

– А я вот до сих пор не вполне понимаю, почему вел себя после этой свадьбы как полный тупица. Понял только, что полюбил тебя, и это чертовски меня взбудоражило и сделало столь мнительным и вспыльчивым.

У нее замерло сердце, а потом начало судорожно биться о грудную клетку.

– Ты меня любишь?

– Безумно, всей душой и телом. Надеялся защититься от тебя, но тщетно, и с запозданием понял, что рядом с тобой сопротивление мое сразу гаснет.

Ничего более сладкого ее уши еще не слышали.

– И сейчас хочешь защититься?

– Больше нет. – Он заглянул в самую глубину ее глаз, и Зоя растаяла. – Ты не представляешь, как я сожалею о своем поведении.

– Наверное, так же, как я о той злополучной статье. – Комок в горле мешал ей говорить.

– У тебя не было такого опыта общения с прессой, как у меня, – честно признал он. – Надо было мне об этом подумать.

– А мне надо было быть осмотрительнее. – Она глубоко вздохнула. – Но у меня тогда была каша в голове из-за любви к тебе, которую я только что осознала. И эта Лиззи вцепилась в меня, когда все вокруг казались мне добрыми и хорошими.

Его лицо осветилось.

– Ты любишь меня?

– Безумно, всей душой и телом.

Он зарылся лицом в ее волосы и пробормотал:

– Боже, спасибо тебе за это.

Он поцеловал ее, как не целовал никогда, а она прильнула к нему и ответила столь же горячим поцелуем.

Когда у них восстановилось дыхание, она почувствовала стук его сердца рядом и прижалась к нему плотнее.

– Боже, как хочется повернуть время вспять, чтобы не совершать прежних ошибок, – прошептала она.

– Не надо ничего поворачивать, – удивил он ее. – Мы оба небезгрешны. Зря я так просто тебя отпустил после той встречи одноклассниц. Оставил тебя наедине с твоим дьяволом-искусителем, а ты оставила меня наедине с моим. Ты отважная женщина, Зоя Монтгомери.

– А ты совсем не трус.

– Знаю. – Дан слегка усмехнулся. – К твоему сведению, наше соглашение о конфиденциальности я разорвал. Это был достойный поступок?

– А ты уверен, что оно больше не нужно?

– На сто процентов. Вряд ли мы в будущем обойдемся без размолвок, чьих-то ошибок. Такова жизнь. Взлеты и падения. Хорошие времена и плохие. И не глупо ли просто ковылять по жизни, не зная ни безмерного счастья, ни мук и страданий, вкупе с другими мелкими радостями бытия?

Зоя вспомнила свою пресную жизнь до встречи с Даном. И как все изменилось после знакомства с ним!

– Думаю, ты совершенно прав.

– Рад это слышать, потому что наши отношения завязались с вроде бы несерьезного фарса, но потом вдруг оказалось, что я твой король, а ты моя королева. Что мы две половинки одного целого.

– А может, сначала я твоя королева, а потом ты мой король?

Он задумался на секунду и усмехнулся:

– Главное, что мы созданы друг для друга. Разве так важно, кто первый?

– Не очень важно, – согласилась она и глубоко вздохнула. – Значит, правда? То есть нам с тобой по пути?

– Дай Бог, чтобы так и было. – Он заглянул глубоко ей в глаза. – Потому что я обожаю тебя.

Он опустил голову и прикоснулся губами к ее губам. Она обвила его шею руками и ответила на его поцелуй со всей силой своего чувства к нему. Ее охватило безграничное счастье от этого поцелуя, от его близости. Она с трудом верила происходящему и не заметила, как часы пробили двенадцать. Она не слышала праздничных восклицаний и аплодисментов вокруг и вряд ли осознала, что развеселые голоса рядом поют шотландский новогодний гимн «Старое доброе время».

Только почувствовав какое-то движение рядом, она шагнула назад и открыла глаза.

Осмотревшись и увидев опускающиеся с потолка блестки, Зоя улыбнулась:

– У нас была наша песня и граппа, а теперь, смотри, у нас есть и снег.

– Точно.

Она еще раз поцеловала его и промурлыкала ему в губы:

– С Новым годом! С новым счастьем!