Личная красавица босса. Свадьбы не будет! - Вероника Лесневская

Отец Алены не торопится что-то говорить, зато мне удается растопить сердце матери. Все-таки я прав: теща у меня сговорчивая и мягкая.

– Аленушка ведь правда с детства наряды создавала, – с тоской вспоминает Майя. – И такие оригинальные. А сколько тканей мы с Лерочкой для нее купили! Все ателье в округе опустошили, пока она росла. Я даже помню первую юбку, которую дочь мне подарила. На запах, с высокой талией и необычной контрастно-синей оборкой. Малышка была очень горда своей работой. Так радовалась, когда я на ужин в ресторан ее надела, – подпирает подбородок рукой, погружаясь в теплые воспоминания.

– А мне эта мелкая заноза постоянно кружевные пеньюары шила, – краснеет Лера. – И говорила, что для братишки старается. Чтобы у него была самая красивая жена. И очень крепкая любовь, – строго зыркает на мужа, а тот опускает голову, задумавшись.

Илья окидывает всех нас непроницаемым взглядом, задерживается на мне, хмурит брови. И в момент, когда я думаю, что все потеряно, он вдруг выдает:

– Наверное, я был не совсем прав, когда настаивал, чтобы дочка влилась в мой бизнес в Италии. И когда выбирал ВУЗ и специальность, не спрашивая ее мнения. Видимо, пора отпустить нашу малышку и позволить ей самостоятельно прокладывать свой путь. Пусть даже методом проб и ошибок. Мы ведь не сможем оберегать ее вечно, сын, – кладет руку на плечо Альберту.

– Отец, мы хотели как лучше. В Италии у нее перспективы. Готовый бизнес, – брат и дальше отстаивает свою точку зрения, но сейчас его слова звучат как оправдание. Он больше не лает, словно сорвавшийся с цепи пес, а, скорее, размышляет. – В сфере моды Аленушке придется начинать все с нуля. И первый же опыт показал, насколько ей сложно бороться с циничными акулами.

– Не ошибается тот, кто ничего не делает, – парирую я. – Алена справится. Она сильная девочка. Ей всего лишь нужно не мешать, – вспоминаю ее же просьбу. – И тайком, ненавязчиво прикрывать ее хрупкую спинку. В конце концов, разве не для этого существует семья? – добавляю от себя. – Прекращай строить из себя тирана, Туманов. Я предлагаю перемирие. Ради нее, – протягиваю руку.

Рискую. Ведь дракон выглядит так, будто сейчас отгрызет мне ладонь, а после – и голову. Однако он делает глубокий вдох, словно остужая себя изнутри, и выпаливает на одном выдохе:

– Хорошо. Я в деле. Давай сотрем фамилию Валевского из модного мира, – пожимает мне кисть, резко сдавливая. А я даже не морщусь. Наоборот, ухмыляюсь: моя взяла. – Но, как я понял, ты еще не все сказал. У тебя осталось «во-вторых»? – прищуривается с подозрением.

Все, братец-кролик, подписался. Теперь никуда не денешься.

– О да! У меня есть «во-вторых», – широко и лукаво улыбаюсь, не отпуская его руки. – Оно гораздо сложнее, чем «во-первых», но интереснее. И тебе эта идея сто процентов не понравится. По себе знаю, – уточняю загадочно. – Однако Алена будет в восторге, и ради нее я готов на все. Ну, а ты согласился, назад пути нет, – цокаю, предупреждая его сопротивление. – В общем, слушай…

Глава 43

Полтора часа спустя мы с Альбертом шагаем через холл Дома моды. Недалеко от входа нас суматошно догоняет охранник, чтобы остановить и проверить пропуск, но стоит мне повернуться, как он мгновенно узнает меня и, любезно поприветствовав, тут же отступает.

– Ты здесь завсегдатай? – бросает Туманов с сарказмом.

– Спонсор, – нажимаю на кнопку лифта.

– Хм-м. Знал, с какой стороны к Алене подкатить, – становится рядом и вместе со мной гипнотизирует закрытые створки.

Друг на друга не смотрим, чтобы не провоцировать скандал. Мы даже ехали сюда в разных машинах. Я за рулем своего мазерати, а Туманов с водителем – тем самым Васей, который однажды чуть не стал трупом из-за маленькой лжи хитрой Рапунцель. Как же легко она выводит меня на ревность, по щелчку превращая в зверя. И так же просто ей меня приручить.

– Это не связано, – прислушиваюсь к шуму кабины. – Да и Алена никогда бы не приняла помощь такого плана.

– Я в курсе, – прячет руки в карманы брюк. Нервно перекатывается с пятки на носок в ожидании лифта. – Поэтому удивлен и огорчен тем, что она выбрала именно тебя. Могла бы найти более достойного… парня, – акцентирует на последнем слове, опять напоминая о нашей с принцессой разнице в возрасте. Как по мне, вполне терпимой. Да и не Туманову нас судить.

– Слушай, Алик, я уважаю твою сестру и не хотел бы с тобой ссориться, – метаю в него косой взгляд. – Но если продолжишь лезть в наши отношения, я за себя не ручаюсь, – произношу с налетом угрозы.

– Я, может, только этого и жду, а ты все никак мне повода не даешь, – хмыкает довольно. Он словно прощупывает меня, препарирует, исследуя внутренности.

– Не дождешься, – расслабившись, жестом приглашаю его в открывшуюся кабину. – Старшие вперед, – не выдержав, слегка подкусываю.

Переглядываемся многозначительно. Заходим одновременно под общий сдавленный смех. И поднимаемся на нужный этаж. За это короткое время накал эмоций немного снижается.

– Секунду, мне нужно заглянуть в мастерскую. Там… – осекаюсь, чтобы правильно сформулировать мысль, – там вещи Алены. Надо бы забрать, а то потеряются в суматохе. Подожди в коридоре.

Разумеется, Альберт делает с точностью до наоборот. И вслед за мной вваливается в кабинет Рапунцель. Замирает перед свадебным платьем на манекене. В то время как я улыбаюсь, как идиот, потому что… наряд невесты практически готов. Все те долгие, мучительные дни, пока Алена делала вид, будто размышляет над моим предложением, она шила его. И костюм жениха, испорченный Ромкой, тоже начала восстанавливать. Ведь все не зря?

Крепко, до боли стиснув зубы, пытаюсь стереть победное выражение со своего лица. И поглядываю на Туманова. Беспокоюсь, как бы его инфаркт не ударил от представшей картины. Но родственник на удивление спокоен. И погружен в себя.

– Моя девочка выросла, – слабо говорит, думая, что я не слышу. Откашлявшись, добавляет громче: – Я вызову Васю, он все аккуратно сложит и унесет в машину. Думаю, платье невесты должно находиться дома. Откуда ее в день свадьбы заберет жених, – тянет с тоской и безысходностью.

Так себе благословение, конечно, но от Альберта