Слепые жернова - Кэтрин Куксон

– Я провожу его вниз, не то он того и гляди сломает шею. Там такая темнотища! А ты пока ступай в кухню и поставь чай. Я тебя знаю, ты предпочтешь чай.

Сестры улыбнулись друг другу. Все эти годы были не в счет. Филис вышла и закрыла за собой дверь, Сара пошла в кухню. Здесь тоже было много дорогих вещей: огромный холодильник, электрическая посудомоечная машина, электромиксер и так далее. Сара порадовалась за сестру, имущество которой свидетельствовало о ее достатке.

Прежде чем Филис возвратилась, она успела заварить чай и принести его в гостиную. Возникнув снова, Филис уже не выглядела такой радостной.

– Значит, ты появилась у них только в два часа дня? Майкл все мне рассказал. Ничего себе прием! – Она подошла к сестре и заглянула ей в лицо. – А вообще-то то же самое вышло бы и в среду, так что считай, что ты отбыла повинность. Вот стерва! Такой еще свет не видывал! Ты сядь, сядь, сейчас мы с тобой обмоем встречу… – Она насильно усадила Сару в кресло. – Добавить тебе что-нибудь в чай?

– Нет, Филис, благодарю. Чашка хорошего чая – это все, что мне требуется. – Сара улыбнулась. – Я соскучилась по настоящему чаю.

Филис отошла в угол гостиной, к буфету, и вернулась с бутылкой.

– Как бы мне хотелось оказаться там и растерзать эту старую мерзавку! Прямо сейчас готова вцепиться ей в физиономию. – Она щедро плеснула виски себе в чай, подняла чашку и произнесла: – За нас, сестренка. Выпьем за нас с тобой! Теперь нас уже ничто не разлучит. Я сделаю для этого все, что в моих силах. Можешь здесь жить до своего смертного часа. Если хочешь, можешь работать, а можешь и ничего не делать – как сама решишь. Теперь у тебя не будет никаких тревог и забот.

– О Филис!… – Доброта сестры причиняла ей не меньшую боль, чем нападки свекрови. – О Филис!

Филис отпила чаю с виски, поставила чашку на блюдце, вытерла рукой рот и, глядя мимо Сары, в окно, проговорила:

– Чего я не возьму в толк, так это известие насчет Дэна и Мэй. Майкл предупредил меня и об этом. Мне казалось, что у Дэна лучше варит котелок.

Она перевела взгляд на Сару, но та сидела, потупив голову и глядя в свою чашку. Потом она отхлебнула чай, словно горячая жидкость могла ослабить новую боль, поселившуюся у нее в душе. Дэн и Мэй? Почему бы и нет! Дэн заслужил счастье. Он был так добр к ней! Ни о чем подобном она не мечтала. Из-за его внимания и доброты она стала видеть в нем свою главную опору. Она рассчитывала на его поддержку на протяжении первых, самых тяжелых месяцев после освобождения. Она вспоминала, как услышала от Дэна о том, что Пол принял сан, а Кэтлин выходит замуж за Майкла. Тогда она потеряла волю к жизни, однако его рука страховала ее все самые тяжкие годы… Именно он вернул ее к жизни. Что бы ни происходило, Дэн всегда оказывался рядом. И всегда повторял одни и те же слова; всякий раз, прощаясь с ней после свидания, он говорил: «У тебя есть я. Я всегда останусь с тобой. Я всегда буду рядом, Сара».

Филис развивала свою мысль:

– Кажется, я начинаю понимать, в чем тут дело… Она много лет не давала Джону развода. Та женщина родила от Джона троих детей, и Мэй бы не поздоровилось, если бы Джон решился покончить с этим положением. Он способен выкинуть любой фокус. Но он хотя бы пытался развестись – надо отдать ему должное. Он неоднократно склонял Мэй к разводу, но она ни за что не соглашалась. И наконец, года полтора тому назад, она зажгла перед ним зеленый свет. В начале этого года развод состоялся, и Джон женился. Сара! – Филис закрыла ладонью рот и укоризненно покачала головой. – Тебе, наверное, неприятно обо всем этом слышать?

– Нет, ничего страшного. Не волнуйся, Филис, десять лет – достаточный срок, чтобы хорошенько обо всем поразмыслить. Когда не надо заботиться о еде, жилье, топливе, свете, то встает вопрос, чем занять голову. Я заняла ее тем, что училась правильно мыслить и не бояться страха.

Филис откинулась на спинку дивана и сузила глаза.

– Если хочешь знать, ты сильно изменилась, Сара.

– Надеюсь.

– А я надеюсь, что мне это показалось.

Филис наклонилась вперед и положила руку сестре на колено. Сара накрыла ее руку своей и сказала:

– Теперь твоя очередь. Рассказывай о своем семействе.

– Ну, ты все о них знаешь. Я же постоянно держала тебя в курсе дела. Все по-старому. Все мальчики работают в наших кафе. Мы подумывали, не открыть ли еще одно, но Али пока колеблется: дела теперь идут не так блестяще, как несколько лет тому назад. Кстати, в этот выходной Ронни выступает в Ньюкасле со своим ансамблем.

– Неужели? С удовольствием послушала бы, как он играет.

– Смешно, правда? Стать пианистом благодаря тому самому старому пианино за четыре фунта! Помнишь?

Сара все помнила. Это произошло в тот памятный день, когда она поцеловала Джона, уходившего с маршем на Лондон. За обедом, стараясь переключиться на что-нибудь другое, она сказала Дэвиду, что выбирает старое пианино, но он, к ее удивлению, поставил на этом проекте крест, заявив, что в их доме пианино не будет. «Как ты не понимаешь, что из-за этого станет только хуже?» Он кивком головы показал на стену. Тогда она написала Филис письмо о том, как обстоят дела. Филис ответила, что нет ничего страшного: Али уже купил пианино, полагая, что оно пригодится детям. Так и вышло. Ее третий сын стал первоклассным пианистом.

– Мне бы в голову не пришло заиметь пианино. К чему оно мне и остальным? – продолжала Филис. – Но, наверное, это судьба – пианино пришлось оставить, потому что Ронни только в нем и видит смысл жизни…

Они проговорили целый час, как было у них заведено еще со времен совместной жизни. Только когда стало темнеть, Филис поднялась со словами:

– Как насчет того, чтобы зажечь свет? Тут же снизу позвали:

– Мама, мама!

– В чем дело? – Филис открыла дверь и крикнула вниз: – Вы и пяти минут не можете обойтись без меня?

– Тут к тебе пришли. Мистер Блит.

– Дэн?

Сара вскочила, не зная, куда деваться от внезапно охватившего ее волнения. Впервые в жизни ей не хотелось видеться с Дэном.

Дэн немного постоял в дверях, а потом бросился к ней, схватил за обе руки и запальчиво спросил:

– Что случилось? Вот глупенькая! Надо было обо всем предупредить меня.

– Все в порядке, Дэн. Мне так лучше.

– Лучше? – Он отпустил ее руки. Его лицо стало хмурым, почти злым. – Уж не от скандала ли, о котором поведал мне по телефону Майкл? Эта женщина скоро совсем свихнется! Но, возможно, все оборачивается к лучшему. Я имею в виду то, что ты вернулась именно сегодня.

– Возможно, Дэн.

Теперь он стоял на некотором отдалении и поглядывал на нее с видимым смущением. Филис сразу уловила назревающую неловкость и, желая исправить положение, подчеркнуто громко произнесла: