Племянница жены - Катя Лоренц

— И оставить тебя с ним?!

— Да хоть бы итак? Что он со мной сделает? Выебет? Ну и пусть! Он мне больше подходит, чем вы, — этого я никак не мог позволить.

— Что ты несёшь? Он… — не мог сказать трахнет, потому что тут же в красках представлял себе, как с губ Снежаны слетает стон, а мажор буравит нежную плоть своим стручком. — Попользуется тобой и бросит! — она усмехнулась, скрестила руки на груди.

— А вы значит отьебете и бросите? — как же, черт возьми меня заводили эти грязные словечки, слетевшие с непорочных губ.

— Вот видите. Так что он лучшая кандидатура. Мне просто нужен секс. А то я уже кидаюсь на всех подряд! — с этими словами она вылетела из каморки.

Я ударил по белой плитке, которая тут же покрылась трещинами.

— Всё так. Мне не должно быть дело до нее.

Она последняя, с кем я могу изменить жене. Это будет подло и мерзко. Но как невыносимо этого хочется. Здравствуй кризис среднего возраста.

А я ведь раньше смеялся над своими ровесниками, когда их колбасило от девушек младше их. Считал это смешным. Но когда это произошло со мной, мне совсем невесело.

Я вышел на улицу и сделал то, что давно бросил. Достал пачку сигарет, прикурил и горько затянулся, посматривая, как Снежана ловко справляется с Керхером, направляя струю на дорогое авто. Мойка то была так себе, явно не для мытья машин, которые стоят миллион долларов. Значит, мажор приехал к ней?

В одну затяжку докурил половину сигареты и выкинул. Посмотрел на Дениса, ошивавшегося на улице и озвучил свое предположение.

— Ты тут из-за нее? Обычно твой водитель возит машину на мойку.

— Ага. Хочу ее. Пиздец. Мозги все свернулись. А она кобенится.

Я подошёл к нему с желанием разбить смазливое личико.

— Только попробуй! — угрожающе прошипел.

— Осади, дядя Миша. Я видел, как ты ее целовал. И могу рассказать жене. Кстати, тебе тоже досталось от этой дикарки, — он заржал. — Старый ты уже для такой красотки.

— Охуел?

— Неа. Спасаю тебя от позора. У тебя хоть стоит?

— Не переживай, всё в порядке.

— Ну, тогда тебе только и остаётся, что облизываться на нее. Иди ты… К жене, — он похлопал меня по плечу и с лучезарной улыбкой пошел к Снежана.

Они долго разговаривали, а я купил вторую по счету сигарету, желая успокоится. Не помогло.

Потом мажор достал телефон и с довольной рожей тыкал по кнопке. Выехал с мойки. И помахал телефоном.

— Дала номер. На выходных идём в кино. Лекцию проводить не нужно, я знаю, как пользоваться гандоном, — и посигналив, уехал.

Разъяренный, как бык, пошел к Снежане.

— Он не врал? Ты собралась с ним спать?!

— Не ваше дело!

— Снежана. Не делай глупости, — протянул руки, чтобы обнять её отговорить. Но она предупреждающе выставила руки вперёд и отступила на шаг назад.

— Звонила тетя, просила позаботиться о вас. Она уехала на курорт с подругой. Анжеликой кажется, — меня меньше всего волновала сейчас жена. И даже то, что она не пришла домой этой ночью и умотала с этой проституткой, не вызвало ни толики беспокойства. В конце концов, она взрослая женщина. И у нее есть свои мозги, в отличие от этой малолетки.

Заботило только то, что Снежана и правда собирается трахаться с Денисом.

— Не стоит. Я постараюсь не попадаться вам на глаза и выполнить то, что обещала тете. А теперь уходите!

Я решил дать ей время остыть и все обдумать. И ушел.

Глава 2

Снежана

Я считала себя взрослым, разумным человеком. Мне пришлось рано повзрослеть. Заботилась о маме, в то время, как мои одноклассники отжигали в клубах, гуляли, встречались — я работала. Очень много. У меня не было времени на развлечения и парней. И я прекрасно без них обходилась.

И то что пробудил во мне Михаил — ненормально. Может это нехватка отцовской любви? Я только знаю, что он известный певец и актер. Моя комната была увешана его фотографиями, и он был моим кумиром. В живую мне так и не довелось его увидеть. Возможно, я проецировала на Михаила любовь к отцу.

Его губы такие властные, подчиняющие, ласки настойчивые, и мой мозг превратился в желе.

Это просто период взросления. Девочка созрела. И лучше я выберу своим первым партнером любого, только не мужа тети. Денис, которому от меня кроме секса ничего не нужно, вполне подходил на эту роль. Поэтому я решаюсь на встречу с ним, прекрасно понимаю, чем все закончиться.

Нужно только не попадаться на глаза Михаилу. И это нетрудно. После работы на мойке иду в клуб. Нога все еще побаливает, помогает мне отвлечься от порочных, запретных мыслей о нем. Прошу разрешения у администратора Беллы, работать в кроссовках. «Униформа» остается прежней. Короткие шорты, такие обтягивающие, что шов от них впивается промежность, а топик, такой короткий и маленький, что моя грудь торчит из нее двумя футбольными мячами.

— Эх, Снежана, — говорит Белла. — Была бы ты стриптизершей, отбоя от клиентов не было бы. А денег сколько бы заработала. Работа не пыльная, всё лучше, чем бегать с подносом по залу.

— Я лучше побегаю, чем натирать ляжками шест.

— Ну и дура!

— Дура, — согласно киваю я. — Но с принципами.

Сначала просто танец, потом стрип, приват и понеслась по наклонной. Потом богатые папики и секс за деньги. Не для меня.

Я лавировала между столиками, принимала заказы, разносила напитки, блюда. Все как обычно. За одним из столиков сидел золотой мальчик. Я видела его с компании Дениса. Видно места в ВИПе не хватило, что он был внизу со всеми смертными.

Пока ставила выпивку на стол, получила удар по попе. Что их всех, как магнитом притягивает моя пятая точка?

— Хороша, малышка, — больше всего на свете мне хотелось заехать подносом мажору по лицу, но вместо этого я игриво погрозила пальцем и нацепила на лицо притворную улыбку.

Зашла в подсобку. Нога невозможно болела. Только я решила устроить себе пятиминутный перерыв, как в комнату вошла Белла.

— У Верки, что обслуживала ВИП комнаты, скрутило живот. Придется тебе, Снежа, поработать там.

— А может кто-то другой?

Как чувствовала, что меня ничего хорошего не ждёт. Там одни богатеи гуляют, для них мы нелюди. Так, красивые куклы. А запреты писаны не для них.

— Не ерепенься. Там хорошие чаевые дают. Да любая официантка горло перегрызет за это место.