Племянница жены - Катя Лоренц

— Я не твоя! — предусмотрительно встала и обошла стол.

— Я хотел извиниться. — неожиданно. — Понравилась ты мне. Очень. Вот и не сдержался.

— Проехали. Это уже не важно. Ты машину привез на мойку? Так у меня обед.

— Я спешу. Сможешь отложить обед? Плачу по двойному тарифу. — волшебные слова сработали.

— О'кей. Договорились.

— Ты только поаккуратнее с моим новым Аston Мartin, — я закатила глаза. Мажор, одним словом. Кичится шмотками, тачками. Не знает слова: нет. И простые официантки для него нелюди.

Пока я пылесосила салон и полировала панели дорогого авто, Денис стоял сзади меня и тщательно смотрел, чтобы я не поцарапала его «ласточку». Как он говорил. По факту, просто пялился на мой зад.

— Ты чертовски хороша, что в шортах, что в рабочем комбинезоне, — он опустил руку на ягодицы и погладил. Такого обращения я не могла стерпеть. Вылезла из салона и недолго думая, направила струю баллончика полироли прямо в смазливой лицо.

— Ааа! Сука! — вопил представитель золотой молодежи. — Охренела? — я открыла рот, чтобы послать золотого мальчика в эротический пеший, как меня прервал голос, который вызвал во мне табун мурашек.

— Сейчас ты пойдешь, Дениска, — повернув голову, увидела Михаила. Он быстрым шагом подошёл к мажору, схватил его за грудки и тряхнул.

— Какого хрена ты ее трогал?

— Вам то какое дело, Михаил Владимирович? Может я жениться на ней хочу.

— Женилка еще не отросла! — мужчина выглядел очень взбудораженным и злым.

Надо же, как он печется о чести племянницы жены.

— А теперь, свалил отсюда!

— Я клиент! И она обязана меня обслужить.

— Что бессмертный что-ли? Ну-ка, брысь отсюда, «клиент»! Не то я папке твоему расскажу и он лишит тебя машины. — Михаил проводил его взглядом, сжимая кулаки, потом перевел гневный взгляд на меня.

— Ты почему не дома?

— Я работаю.

— С больной ногой?

— Мне нужны деньги.

— Нет, — он приподнял бровь. — Тебе мало той работы, что дала Виктория?

— Мало. Квартира в Москве, знаете ли дорого стоит.

— Так дело в деньгах? — он достал портмоне из кармана.

— Я дам тебе. Сколько надо?

— С чего вы взяли, что я возьму? Я может и бедная, но у меня тоже есть гордость, — он окинул меня тем самым взглядом, что и в ванной. Даже в антисексуальном комбинезоне, чувствовала себя голой.

Он сделала шаг, уперлась спиной в машину. Михаил поставил руки по обе стороны от меня и чуть приблизился. Я ощутила горячее дыхание на губах.

— Гордая значит, — пульс участился, сердце стучало где-то в груди. Да что за реакция на взрослого мужчину? Он же в отцы мне годится!

— Знала бы ты, как мне хочется тебя проучить. Забрать тебя отсюда. Из этой помойки, чтобы всякие спермотоксикозные мажористые малолетки, не смели тебя трогать.

— А кто смог бы? Вы? — он схватил меня за подбородок и приблизил к себе. Между нашими губами оставались считанные миллиметры.

— Не провоцируй меня, девочка.

— Вы ничем не лучше Дениса! Вы точно так же смотрите на меня. Разве что раза в два старше. Кроме того, вы женаты на моей тете! — глаза мужчины зло полыхнули. Я прикусила язык, но было уже поздно.

Михаил

Так хотелось набить рожу этому мажору, Дениске. Он сделал то, что так хотелось мне. Лапал Снежану.

И ведь понимаю, что она под большим запретом. Я старый для нее, она племянница моей жены. Но сука! Ничего не останавливало.

Когда увидел руку Дениса на упругой попке Снежи, зверь внутри меня поднял свою голову и вопил с пеной у рта: он посмел трогать мое!

Порадовало, что Снежана смогла за себя постоять. Другая бы визжала от радости, что такой смазливый, богатый мальчик снизошел до простой девушке, а она нет. Зубастая девочка. И мне грубит. Чего стоило это её: вы меня в два раза старше. Что я могу поделать, если хочу ее до скрежета зубов.

Сжать ее попу, впечатать в себя, чтобы она поняла, как ее хочу, чтобы осознала всё в полной мере.

Намотал волосы на руку и заставил смотреть прямо в глаза, навалился на нее. Она почувствовала, как стоит на нее, и зеленые глаза расширились. Нагнулся и прикусил нежную кожу на шее.

— Знала бы ты, как я хочу поставить тебя раком и отьебаать так, чтобы ходить не смогла, — и тут случилось то, отчего остатки моей выдержки разлетелись на мелкие осколки. С манящих губ, цвета спелой вишни слетел стон, вибрацией отдался в члене. От одного этого звука можно кончить.

Я посмотрел в колдовские глаза, их заволокла пелена похоти, та же, что завладела мной. Как будто чеку вырвали и я накинулся на губы, больше всего на свете желая, услышать этот звук.

Какая же она сладкая, невыносимо! Никогда ни одна из женщин не была так желанна мной.

Я скинул бретельки комбинезона, и залез внутрь руками. Сделал то, что так хотел, сжал охуенный голый зад преградой к цели мне была неказистая веревочка стринг. Так себе помеха, для сошедшего с ума от желания мужика.

Я трахну её. Прямо здесь на капоте машины мажора. Ничего меня не остановит.

— Нет! — Снежана оттолкнула меня, и повторила свой подвиг. Брызнула полиролью в глаза.

— А! Черт! Жжет, — я пытался оттереть.

— Простите. Я не хотела. Больно? — в ее голосе были слышны заботливые нотки. — Пойдемте, — она схватила меня за руку, которую словно током шибануло от её прикосновения и повела меня, как слепого котенка. — Вот вода, — взяла мою руку и подтянула к струе воды. — Промойте, — я послушно выполнял. Зрение постепенно возвращалось.

— Дайте посмотрю, — она обхватила голову нежными ручками, о которые захотелось потереться. — Боже, глаза красные. Может к врачу?

— Что ты так переживаешь за старика?

— Вы не старик, — она упрямо сжала губы и посмотрела с укором.

— О Денисе ты так не волновалась, — хриплым шепотом сказал, сжимая талию.

— У меня корыстная цель. Боюсь, если вы умрёте, Вика не простит мне смерть мужа и выставит на улицу.

— Дело только в этом?

— Да, — выдохнула она. Вышло очень сексуально. И в глазах опять дикая похоть. А сквозь белую футболку торчат соски, которые даже тонкая ткань лифа не способна скрыть.

— Вам лучше уйти! — она убрала мои руки с талии, которые я тут же сжал в кулак.

— Почему? Я тебя хочу. Очень.

— Потому что вы женаты на моей тете! — ах да, Вика. Я напрочь забыл про эту «малость». Когда так стоит, что аж яйца трещат по швам, все мысли и обязанности выпадают из головы.

— Уходите! Мне нужно работать. Не то меня