Дитя понедельника - Луиза Бэгшоу

И этот человек предлагает мне помощь.

— Но только в том случае, если ты окажешься талантливой, запомни это. Я жесток в своих оценках.

— Спасибо. Большое спасибо.

— Да я пока ничего не сделал, разве что указал тебе нужный путь.

— Именно за это и спасибо. Ты… — Мой голос срывается. — Да не смотри ты на меня так! — Суон мягко улыбается. — Мне больше по душе, когда ты язвишь и ругаешься.

— Вот черт, тебя благодаришь, а ты недоволен!

— Так-то лучше. Значительно лучше. — Он вдруг тянется ко мне и осторожно заправляет за ухо выбившуюся прядь волос.

Я дергаюсь от его прикосновения, словно меня ударило током, и с ужасом и стыдом чувствую, как напрягаются под платьем соски. Хочется заелозить на скамье, а еще больше — сбежать.

Неужели я ничем не лучше всех этих дур, что с обожанием смотрят на Суона? Но ведь я ему действительно нравлюсь. Нравлюсь настолько, что он готов мне помогать. Я не должна низводить столь драгоценную дружбу до уровня простого влечения!

— Мне пора идти. — Я стараюсь говорить как можно беззаботнее. — У меня полно работы дома, да и вообще дела. А еще куча сценариев на выходные.

— А разве выходные существуют для работы?

— Не только. У меня есть и другие планы. — Я вспоминаю о вечеринке у Чарлза.

— Бурная светская жизнь?

— Да, вроде того.

— Ты даже сидр не допила.

— Послушай, уже почти семь, — умоляюще говорю я.

— Ладно, кто я такой, чтобы отрывать тебя от чашки какао и стопки занудных сценариев! Увидимся в понедельник.

Мне кажется, я выдыхаю только тогда, когда оказываюсь дома. Кажется, мне удалось справиться с ситуацией. Просто во мне бурлят гормоны, вот и все. Нельзя позволять им брать верх над ситуацией. Марк Суон искренне готов мне помогать, но еще неизвестно, не пропадет ли у него это желание, если я выдам свои истинные эмоции.

Итак, я буду его протеже. Блестяще!

Бросаю взгляд на стопку сценариев, выложенную на постель. К черту! Я делаю себе какао — если так можно назвать диетический напиток, который я теперь пью. Я ведь привыкла употреблять настоящий какао: калорийный «Несквик» с жирными сливками и четырьмя кусочками сахара. Что ж, такова цена здорового образа жизни.

Я снимаю с себя одежду, сбрасываю сценарии на пол и залезаю под одеяло. Засыпаю я с мыслями об открывающихся возможностях, стараясь не думать о мужчине, с которым эти возможности связаны.

Глава 8

— Но ты же обещала! — восклицает Джанет.

— Считай, что я передумала, — говорю ей.

Сейчас полдень пятницы, мне удалось пораньше уйти с работы, и теперь мы стоим перед гигантским торговым центром, где Джанет уговаривает меня купить новый наряд для завтрашней вечеринки. Я чувствую себя очень неловко рядом с моей неотразимой соседкой: все оборачиваются на нас, безусловно, отмечая, что мы прекрасная иллюстрация к «Красавице и чудовищу».

Джанет остается непреклонной.

— Так нечестно. Ты дала слово, Анна, что не будешь возражать, чтобы я выбрала тебе одежду.

— Я… не всегда сдерживаю обещания.

Господи, как я могла так легкомысленно согласиться! Представляю, до чего ужасно будет торчать за ширмой, пытаясь втиснуться в элегантные вещи, которые будут трещать по швам! В любом наряде я останусь похожей на помесь жирафа с мешком картошки. Или на Гонзо из «Маппет-шоу».

— Да у тебя просто комплексы, вот что! — Джанет — руки в боки — с укором смотрит на меня.

— На моем месте у тебя тоже были бы комплексы, — веско говорю я.

— Только не пытайся убедить меня, что ты готова отказаться от возможности изменить свой имидж! Где-то в глубине души ты очень хочешь выглядеть лучше, чем сейчас. Иначе с чего бы ты стала бегать по утрам? А диета, на которой ты сейчас сидишь?

Я краснею. Мне-то казалось, что моих усилий никто не замечает. Я выхожу из дома около шести, а прихожу в шесть вечера. Утром мои соседки еще спят, а вечером их часто не бывает дома.

Значит, Джанет знает о моих попытках похудеть. Почему-то мне становится неловко: толстая девица в годах вдруг начинает вести здоровый образ жизни — разве это не нелепо? Мне никогда не стать такой, как Джейн Фонда.

Господи, только бы Лили не узнала о моей диете! Да она засмеет меня!

— Ты выбросила все шоколадки, которые до этого не переводились на твоей полке, — продолжает Джанет.

Да уж, это было нелегко.

— А еще ты ешь низкокалорийные ржаные хлебцы и постоянно хрустишь яблоками, а не чипсами. И ты перешла на диетическую пепси.

— Чего ради ты за мной шпионила? — приходится ощетиниться мне, чтобы скрыть неловкость. — И кто разрешил тебе шарить в моем шкафчике?

— Эй, успокойся! Не забывай, это и мой шкафчик тоже, а твоя дверца постоянно приоткрыта. И вообще мы живем в одной квартире. Кстати, — усмехается Джанет, — по-моему, ты уже сбросила несколько килограммов.

— Ничего подобного. Ты просто хочешь меня поддержать.

— Пару-тройку наверняка, — не сдается Джанет. — Конечно, сначала уходит вода, но все равно процесс пошел.

Я пожимаю плечами.

— Ты занялась собой из-за мужчины.

— Что?! — Я вспыхиваю. — Чушь собачья!

— А вот и нет! Я вижу тебя насквозь. — Джанет прищуривается. — Ты копируешь его образ жизни. Как его там, Эли Рот, да? Ваш новоиспеченный хозяин.

— Ах, ты про него… Конечно. Я копирую Эли, да.

— А еще дело в любви.

— Что?! — Я делаюсь малиновой.

— Я про Чарлза. — Джанет пихает меня локтем в бок. — Готовишься к вечеринке и хочешь его обаять. Только какой смысл сидеть на диете и бегать по утрам, если ты снова напялишь на себя свое ужасное платье?

— Но ты притащила меня в торговый центр с кучей бутиков. Я не могу позволить себе такую дорогую одежду! А уж про стрижку в их салоне можно вообще забыть.

— За стрижку плачу я, и даже не спорь. Здесь работает мой хороший приятель, он сделает мне скидку. Я договаривалась с Паоло за неделю, не ставь меня в неловкое положение. Кстати, на одежду у меня есть дисконтные карточки.

— Ну ладно, — обреченно соглашаюсь я.

Какая в конечном итоге разница? Пара часов позора, и Джанет оставит меня в покое. Пусть попробует подобрать мне что-то помимо футболок от Гэп и джинсов (мой сегодняшний наряд). Сама-то она одета в белоснежные шорты, украшенные стразами, белую трикотажную маечку, на ногах изящные босоножки на высоких каблуках, со шнуровкой до самого колена. Руки унизаны браслетами, открытая полоска живота кажется темно-коричневой. Смешно даже представить, как выглядела бы я в подобном наряде. Уверена, даже сильных духом мужчин могло бы вывернуть наизнанку.

— Вот и славно. Тогда пошли! — Джанет тащит меня к раздвижным дверям.