Начало всех начал - Тина Вальен

– Женя, я ничего не поняла – Сергей муж? Встретились, соединились… Неужели ты была ещё тогда, перед моим отъездом влюблена в него?! Но почему ты не поделилась со мной?! О свадьбе тоже не сообщила. Неужели я так мало для тебя значила? – её глаза повлажнели.

– Оля, «значила» – холодное казённое слово. Помнишь последние зимние каникулы в деревне, тёплую лежанку, на которой мы шептались по ночам, и я кутала тебя в одеяло? Сейчас мне хочется укутать тебя в слова, тёплые и искренние, но какими бы они ни были, они останутся всего лишь словами. Наступили другие времена, а хочется вернуться в те, далёкие. Чудесным образом ты появилась в моей жизни и стала больше чем подругой, стала сестрёнкой почти на два года, два счастливых года. Никто больше не смог занять твоё место в моей душе…– Оля изумлённо выслушала моё признание и на глазах превратилась в ту девушку, какой была в юности: почти безмятежную и очень смущённую таким откровенным признанием. И я сто лет не говорила таких «красивостей», но они шли из самой души. – Я очень ждала твоего возвращения, столько всего случилось, столько надо было тебе рассказать, так нужен был твой совет… тогда… и сейчас, – я вздохнула и подумала, что всей оставшейся жизни не хватит, чтобы найти ответы на все вопросы, поставленные этой самой жизнью. – О прошлом коротко… – Я уложилась вопреки тому, о чем только что подумала, в несколько минут: любовь, свадьба, Рита, Алтай, рождение сына, свадьба Ксении, появление Сергея и открывшаяся правда, после которой меня мучают сомнения в искренности чувств мужчины после такой долгой разлуки. Короткий рассказ я закончила вопросом, – Оля, я не знаю, что мне делать дальше?

Оля явно была потрясена:

– Женя, я не могла и предположить… Помнишь, как я говорила, что Рита затаила злобу? Но, чтобы до такой степени… Кошмар. Она поломала три жизни, сволочь! А ты?! Какой надо быть сильной женщиной, чтобы вот так исчезнуть, убежать от своей любви. – Она встала, взволнованно обошла фонтан и тихо продолжила: – Что тебе делать? Любить! Все остальное сложится. А вот я никогда сама не выбирала. Все всё выбрали за меня: мужа, благополучие. В этом коконе мне невыносимо тесно и душно, и такую жизнь могут оправдать только дети.

– Как и мою. Выбор сделан, его можно только дополнять. Все так просто и ясно, отчего так терзаемся?

Мы долго молчали, журчала вода, из гостиной доносилась музыка, и все истины плавали на поверхности маленького прудика. Истины древние и непреложные.

– Оля, ты уехала далеко-далеко, за моря-океаны, в волшебную страну, и я нисколько не сомневалась, что живёшь ты там, как в сказке…

– «Жизнь не сказка, муж – не Янковский, так веселей…» – помнишь свои стихотворные опусы? – Оля улыбнулась.

– Не сказка, стоило только посмотреть в твои глаза при встрече. Не просто сложились наши судьбы. А что хорошего в простоте, исключая совершенство? Согласна? – я подмигнула Оле, и она снова невольно улыбнулась:

– Я вернусь из круиза, и мы проведём всю неделю вместе, обещаешь?

Мы вернулись к столу, взявшись за руки, как в далёком прошлом. Мне показалось, что после беседы с Олей, моя голова на короткое время освободилась от лишних сомнений, а тело уже давно отзывалось на каждое прикосновение Сергея, оно бездумно предавало, рушило все установки. Неужели оно готово снова пасть… в пропасть… без взаимности, без тех прежних доверчивых открытых светлых чувств?! Опять меня заклинило.

Кто-то зажёг свечи и включил джазовую музыку. Серёжа взял меня за руку и повёл танцевать, но подлетевшая на крыльях невысказанных чувств Ксюша разорвала наш круг:

– Робот, так вот ты какой?! Серёженька! Я забираю Женю, чтобы высказать ей всё! Иначе лопну, – и поволокла меня в сад. Видимо, дом мог не выдержать всплеска эмоций.

– «Ксюша нельзя, Ксюша держи себя в руках, Ксюша…», а сама? Хранить от меня такую интригу, которая затмила мою свадьбу! Я лопаюсь от зависти!

– Неужели столько разговоров?

– Не настолько мы не воспитаны! Просто все думают только о вас, вашей судьбе. Я только мечтала о любви, коварстве, безумной страсти, а ты уже жила всем этим. Теперь моя жизнь кажется невыносимо скучной в сравнении с твоей.

Из её глаз, как у клоуна, брызнули слёзы.

– Скучной в медовый месяц? Скучное счастье – это что-то новенькое. Котёнку хочется походить по перилам балкона высотного дома? «Не ищи беды там, где её нет: если её не найдёшь – ты сотворишь её», сказал мудрец.

– А проще: не ищи приключений на свою задницу? А если всё кипит внутри?

– Столько энергии? Не трать её на глупости. Эмоции, как драгоценные алмазы, надо беречь, не растрачивать по пустякам, а то не заметишь, как превратишься в пустышку в красивой оболочке.

– Как ты? – с ужасом спросила Ксюша. – Ой! Извини, вопрос не корректный, зачёркиваю его, зачёркиваю… ты не пустая, а наполненная! Тьфу, запуталась совсем. Ты, как не живая была с момента нашей встречи, но теперь твой принц тебя поцеловал, пора оживать, Женя.

– Оставим сказки малышам, но ты права. Чувства не надо скрывать, прятать в броню, боясь ошибок и подлости. Не сможешь любить сама, и нет возможности достучаться извне ничьей любви, – и кому это я говорю? Себе самой.

– Мои чувства – смерч, их не спрячешь, – Ксюша обняла меня. – А ты, оказывается, трусиха!

– Не всё так просто…

– Не принимай жизнь всерьёз – это временное явление.

Это дитя умело заряжать оптимизмом. Не копай глубоко – не вылезешь. А я закопалась сама в себе. Моя совесть скоро потребует монастырь и сгинет там от самобичевания. Я смотрела на Ксюшу и видела себя, забытую и далёкую.

– Ксюша, ты очень вовремя появилась в моей жизни, спасибо тебе, Оле, судьбе…

– В детстве я изображала в рекламном ролике ангела.

– Пойдём-ка, посланница небес, в дом.

– Но мне не терпится узнать подробности!

– В следующей серии непременно.

Мы вошли в зал, где Сергей уже прощался с гостями:

– Извините, господа, позвольте откланяться. Нас с Женей ждёт сын. Пришло время сказок на ночь, – он взял меня за руку, привлёк к себе и демонстративно коснулся губами чуть выше уха, я не успела даже покраснеть. – Время вылета самолёта не изменилось? – как ни в чём не бывало спросил имитатор семейного счастья.

– Завтра в два часа пополудни я провожаю своих, а сам переезжаю в гостиницу. Серёжа, прости нас за беспокойство, но ты настоял сам, как помнишь. Пусть ваше счастье расцветёт на свободном поле, – поблагодарил Марк Викторович.

Я обнялась на прощание с девчонками, зашла с Олей в спальню к детям: они уже сладко сопели носиками и видели сны. Старший заворочался и повернулся лицом к нам. Он был точной копией Вани… Я оторопела и посмотрела на Олю.