Любовь по объявлению - Ольга Мариуц

— Нет, — растерялась Ксения. — Конечно, не пишу. У меня вообще другой профиль.

— Тогда зачем тебе?

Ксения понимала, что это уже вошло в его привычку: осторожно отвечать вопросами на вопросы, чтобы не сказать лишнего. Но они были не на работе! Она подождала, но он не собирался продолжать разговор. И ей ничего не оставалось делать, как решить, что на самом деле он прав: они познакомились, у них завязались какие-то отношения, зачем же искать причину, выискивать подоплеку, ковыряться в сути, выворачивать все наизнанку? «Влияние Александра», — подумала она и легла, куда он ей указал. Впрочем, куда же еще ей было лечь?

Она полежала еще несколько минут и попыталась припомнить: не сходят ли с ума от жары? Во всяком случае, у нее с головой было что-то явно не в порядке. Она не удовлетворилась окончанием разговора и хотела, чтобы ей ответили.

— И все-таки почему? — спросила она, опасаясь, чтобы он не посчитал ее навязчивой, и одновременно не умея себя сдержать. — Ты понимаешь, что я спрашиваю не просто так. Это не банальное любопытство, я хочу узнать тебя получше. Когда я увидела тебя, я, честно слово, подумала, что… сбрендила. Но это только я. А вокруг тебя… — Она все-таки выдавила это, — несомненно, много разных женщин. Которые… — Она подумала, не подставляет ли себя, но уже не могла остановиться. — Которые, конечно же, хотели бы… быть с тобой.

Влад поднялся и сел на подстилке. Кажется, он собрался искупаться. Ксения была не против, но ей бы хотелось закончить разговор. Поэтому она не двинулась.

— Их слишком много, — сказал Влад, вероятно, чувствуя, что ему не отвертеться. — Я просто удивляюсь, откуда они берутся. Знаешь, с некоторых пор мне стало казаться, что процент мужчин и женщин находится в соотношении один к десяти. — Он подумал. — Нет, это мало. К двадцати пяти — не менее.

— Ну и вот, — сказала Ксения, пытаясь преодолеть неприятное чувство, которое царапнуло ее изнутри. «Но что же ты хотела, — успела она спросить себя, — услышать правду или быть обманутой?» Эта мысль помогла ей задавить ревнивого червячка, который вдруг стал расти в ней, совершенно не соотносясь с земным временем: еще немного, и он превратился бы в огромную ядовитую стожалую змею, справиться с которой было бы намного труднее. — Значит, один к двадцати пяти? И что же, среди тех двадцати пяти, которые приходятся на твою долю, нет ничего подходящего?

— Откуда я знаю? — вопросом на вопрос ответил Влад.

Потом, чувствуя, что Ксения ждет продолжения, попытался перевести все в шутку:

— Ну не могу же я экспериментировать со всеми двадцатью пятью?

Ксения испытала легкий шок — она была убеждена, что такими вещами не шутят.

— Должен же быть хоть какой-то предварительный отбор, — уже почти серьезно сказал он, с тоской глядя на плещущиеся у берега волны.

— Ты решил воспользоваться газетой, чтобы сделать предварительный отбор? — поинтересовалась Ксения.

— Конечно. По-моему, эти газеты для того и служат. В общем-то он был прав. Глупо было надеяться, что ему в руки случайно попала эта газета и он, увидев объявление Ксении, сраженный наповал предчувствием судьбы, бросился ей писать. «Но в конце концов, — подумала Ксения, — разве я не делаю то же самое? Разве я не совершила вначале предварительный отбор, отбросив письма, которые мне не подходят, а теперь стараюсь выбрать то, что подходит мне больше всего?» Все было правильно, по-честному, но в горле у Ксении почему-то встал комок, который она, пощупав рукой вокруг себя и найдя банку, попыталась устранить с помощью глотка пива. Но пиво уже нагрелось и было просто омерзительным. Ксения подержала его во рту и украдкой выплюнула.

Посидев немного, она решила, что расстроилась зря. Она уже совершила свой окончательный выбор, но Влад тоже имел на это право. Она не стала додумывать до конца, поднялась и, зная, что он смотрит ей вслед, стараясь не подворачивать ступни ног, чтобы не выглядеть косолапой, пошла по горячему песку к воде.

Влад, получив «разрешение», ринулся за ней и уже у самой кромки берега, крикнув: «Берегись!», столкнул ее обеими руками в воду. Брызги разлетелись искристым солнечным веером…

— Шашлык-башлык, — сказал Влад, колдуя над мангалом, который отыскал в маленькой сараюшке возле хижины.

В самом деле, какой «необитаемый остров» без шашлыков? Конечно, можно развести костер и надеть мясо на очищенные прутики ивы, которая росла неподалеку, но это уже сложности. Необитаемый остров в наше время должен быть комфортабельным. Мясо они привезли с собой, Влад сказал, что замариновал его по особому рецепту. В воздухе уже витал вкуснейший запах, и у Ксении текли слюнки — целый день из-за жары она ни к чему не притрагивалась, исключая арбуз, которым жажду утолить было возможно, но наесться, конечно, проблематично.

— Ты похож на настоящего шашлычника, — сделала ему комплимент Ксения, хотя мало представляла себе, как выглядит «настоящий шашлычник».

Но движения, которыми Влад насаживал мясо, и то, как лихо он переворачивал шампуры, позволили ей это сказать.

— Просто люблю шашлыки, — сказал он, неся к столу несколько длинных, почти метровых шампуров, утыканных по очереди мясом, луком, помидорами и кусочками баклажанов.

— Я тоже люблю шашлыки, — призналась Ксения. — Только ела их всего… — Она подсчитала. — Всего четыре раза в жизни.

— Почему? — удивился Влад.

— Ну не станешь же жарить шашлыки в одиночку, — сказала она. — А компанией выбирались не так часто.

— Понятно, — сказал Влад, протягивая ей самый красивый шампур. — А я все-таки стараюсь не засиживаться. Если только работать, крыша может поехать.

Ксения в подтверждение вздохнула.

— Кстати, у меня дома есть электрическая шашлычница, так что балуюсь этим даже зимой. Конечно, вкус не тот, но вполне съедобно!

Ксения укусила мясо, и горячий ароматный сок наполнил ее рот.

— Блаженство!

— О! — вспомнил Влад и поднялся. — Слушай, кажется, нам удалось на этом острове одичать за полдня.

Он побежал в хижину и быстро вернулся, неся в руках по бутылке вина.

— «Хванчкара», . — сказал, открывая одну из них. — Шашлык под «Хванчкару» — это что-то! И будем говорить настоящие грузинские тосты! Ну, давай ты первая.

— Это нечестно, — сказала Ксения, откладывая на тарелку шампур и принимая пластмассовый одноразовый стаканчик, до краешков наполненный темно-красным вином. — Почему это я первая?

— Потому что ты — прекрасная дама, — сказал Влад, наполняя свой стаканчик.

— Слишком дежурно, — улыбнулась она.

— Тогда — прекрасная дикарка.

Это определение Ксении понравилось больше.