Личная красавица босса. Свадьбы не будет! - Вероника Лесневская

Еще один мой уничтожающий взгляд достается Цареву и заставляет его нервно откашляться.

– Нет. Он классный, спасибо, – Рома выхватывает из моих рук усовершенствованный подарок бабушки. Скинув куртку, натягивает на себя. Словно обидеть меня боится.

– Точно?

– Ага, – упирает руки в бока, красуется. – Я о твоем платье. Уже лучше, но не идеал. Может, возьмем копилку и съездим в магазин вместе, а-а-а? – строит умоляющие глазки.

Распахиваю рот от удивления и не могу подобрать слова. Эта мелкая царевская попа явно просит ремня. Надо же быть таким бесцеремонным и вредным! Но окончательно добивает меня хриплый смешок Льва, выводя из равновесия.

– Я спешу, – фыркаю, оглянувшись. – Меня ждут, – вздергиваю подбородок.

– Да что ты… – морщится Царев так сильно, будто подрабатывает соковыжималкой и пропустил через себя несколько килограммов лимонов.

Чмокаю Ромку в покрасневшую щеку, чтобы младший хам не думал, что я обиделась на него. Он не виноват, что ему не повезло с отцом. Лев делает последнюю попытку меня остановить, но сын берет его за руку.

– Пап, нас тоже ждут… – виновато отводит взгляд. – Классная и директор.

– А что случилось? – все внимание Царева мгновенно концентрируется на ребенке. Мужчина преображается и теперь выглядит взволнованным и заботливым.

– Окно разбили с Адамом, – опускает плечи. – Правда, он смыться успел, а меня загребли.

– Вот я ему!.. – скрипнув зубами, придумываю племяннику наказание. Не за окно, а за то, что друга в беде бросил.

Две пары внимательных глаз буравят меня синевой, а я мило улыбаюсь и разворачиваюсь, чтобы сбежать.

– Будь завтра на рабочем месте, – в приказном тоне бросает Лев. – Брюки привезу. Или можешь сама к нам приехать, – специально провоцирует, зная, что я испугаюсь и откажусь.

Однако… Вспоминаю о контракте, который этот слепой не смог найти в собственном доме, и обреченно киваю.

– Сама приеду, – не верю, что говорю это. И что по доброй воле собираюсь во второй раз прийти в логово зверя. Но на отчаянный шаг меня толкает дурацкий контракт Шредингера. Он вроде есть, но для Льва его нет. Невозможно.

– Мы будем ждать, Алена, – радостно вопит Ромка, и я подмигиваю ему. – Правда, пап? – толкает его. И улыбка слетает с моего лица.

– О-очень, – с сарказмом тянет Лев, заманивая жертву в ловушку.

Не сегодня, маньячина. Не сегодня. А к нашей следующей встрече я подготовлюсь как следует!

Улизнув из школы, под проливным дождем бегу к площадке и ныряю в автомобиль к Васе, с трудом переводя дыхание.

– Алена Ильинична, у вас все в порядке? – косится на меня водитель.

Смотрю на свое отражение в зеркале, пугаюсь подтеков на лице и ручейков краски, расползающихся по коже. Надо бы нормальную Аленку вернуть, прежде чем домой ехать.

– Вась, заедем в общагу? Я переоденусь, – машина трогается с места. – А тебя ждет серьезный разговор, – оборачиваюсь на Адама, и он вжимается в кресло, пока Марк хмыкает издевательски.

В последний момент через боковое зеркало вижу, как из школы выходят Царевы. И выдыхаю с облегчением, когда мы удаляемся от них на безопасное расстояние. Хорошо, что мой грим не потек при Льве. Боюсь, его бы не удовлетворили мои объяснения про практическое занятие. Он вообще неудовлетворенный… по жизни. И мне следует держаться от него подальше.

Глава 26

Алена

Лицо Льва склоняется над моим, жаркое дыхание обжигает кожу, жесткие губы касаются пылающей щеки, спускаются влажными поцелуями к шее. Откидываю голову на подушку, открываясь будоражащим кровь ласкам. Горячий язык проходится по ушной раковине и вдруг начинать неистово ее лизать. Мокро, противно и щекотно. Отмахиваюсь, хаотично блуждаю рукой в воздухе, но в ответ слышу недовольное рычание. А следом – что-то взгрызается в мои волосы. Треплет, как старую игрушку, тянет и болезненно рвет. Дает секундную передышку, но потом опять тычется в ухо, дыша часто и тяжело.

– Крис! Твой зверь опять спит в моей кровати, – фырчу спросонья, уворачиваясь от шершавого языка. – Боня, фу, – с трудом перехватываю маленькую лысую собачонку и поднимаю ее над собой.

Всматриваюсь в радостную мордашку, обрамленную свисающей сероватой шерстью, шумно выдыхаю, поднимая хохолок на маленькой головке. Уши и хвост начинают трястись в бешеном темпе, размахивая кисточками, пока голое тельце дрожит в моих ладонях.

От одного только вида китайской хохлатой собачки злость как рукой снимает.

– Нравишься ты ей, – смеется подруга, забирая у меня щенка. – А Боня, между прочим, чужаков терпеть не может. Даже меня чуть не покусала, когда парень мне ее на свидании подарил. А тебя с первого взгляда полюбила.

– Это не взаимно, – бурчу, поднимаясь и пытаясь распутать клок волос, пострадавших из-за собачьих нежностей. – И вообще, нельзя держать животных в комнате общежития. Бабка-вахтерша в курсе? – отчитываю подругу, но на самом деле не собираюсь доносить на нее.

– Ну, Ален! Подарок же! От любимого, – тянет мечтательно. – Потерпи немного, я на выходных к родителям ее отвезу, – умоляет Крис, пока лысое чудо носится по полу, цокая когтями. Останавливается посередине, делает лужу и убегает, прячась под мою кровать. Провожаю ее взглядом и недовольно зыркаю на подругу.

– Не буду. Просто раздражена, что такой приятный сон мне перебили, – выбираюсь из-под одеяла. И, ступив босыми ногами на холодный пол, вдруг осознаю, что сказала.

Я ведь всю ночь со Львом целовалась! Благо, не наяву, а лишь в своем воображении, но… Какого черта?

– Какой? – подливает масла в мой пылающий костер Крис.

Как мне в таком состоянии к Цареву домой ехать? За дурацкими брюками и не менее дурацким контрактом… Мне нужен здравый холодный рассудок, а я плавлюсь, как карамелька на солнце. Медленно растекаясь и прилипая к поверхности, где меня оставили.

Что если в огромном особняке мы окажемся наедине? Ромка в это время в школе, бабушка, как я поняла, не живет с ними, а лишь приходит в гости. А Марина… Их отношения для меня – темный лес с дровосеками-маньяками. Лучше туда не лезть.

Телефон, который я включила на ночь, призывно вибрирует.

«Собираешься возвращать контракт?»

Хочется приехать к Цареву, подвести его к стопке папок на столе – и демонстративно носом ткнуть в нужную, как Боню в ее лужу. Но тогда придется признаться, кто я. А после всего… Нет уж, теперь мне даже стыдно, если Лев узнает меня.

Лучше переложу контракт на видное место, только мне нужен