Песчинка на ветру - Юлия Гойгель

— Ты любил её?

— Она была очень красивой, доброй, чистой и невинной. Юной. Когда я впервые увидел тебя, то сравнил тебя с ней. Ты стояла в своей короткой рубашке, с Настёной на руках. Латифа очень любила детей. Конечно, вы почти с ней непохожи внешне, но что-то напоминало мне в тебе о ней.

— Уйди, — в спальню вернулся Арслан и обратился к Роману.

— Пойдём, — взял меня за руку тот.

— Она останется, — тихо возразил генерал. — Ты что, так ничего и не понял? Я назвал её почти своей женой, поручился за неё собственной жизнью. Да она в туалет теперь со мной ходить будет. Уходи, Рахман.

Развернувшись, Роман быстро вышел. Арслан посмотрел на меня затуманенным от выкуренного кальяна взглядом. Подойдя вплотную сжал в ладонях моё лицо.

— Могла бы посмотреть на меня поласковее, Эми. Я только что спас твою задницу, да и другие части тела от всеобщего пользования.

Я молчала, не зная, что ему ответить. И нужно ли вообще отвечать.

— Знаю, не так хорош, как Рахман, — продолжал монолог мой мучитель. — И что вы все в нём находите?! Умереть ради него тоже сочтёшь за благословение?

— Нет, — прошептала я. — Ему не нужна моя смерть, но и жизнь тоже. Я перестала быть ему интересной. У них ничего не было с твоей сестрой. И я стала продолжением мечты, но позволила зайти за край и превратилась в обыденность, в серую фигуру из толпы. Романа привлекала во мне какая-то часть твоей сестры, но я — не она и никогда не буду ею. Знаешь, я всегда это чувствовала.

— Что именно?

— Что он не видит меня.

— Он пытался тебя защитить, — напомнил мужчина.

— Не меня, а твою сестру. Наверное, только здесь он полностью понял, что я не являюсь ею.

— Да, ты не являешься ею, — медленно проговорил мужчина и резким движением разорвал мою тонкую кофточку. Она скрывала очень мало. Теперь я оказалась обнажённой до пояса. — Подними руки вверх!

Глава 26

Я выполнила его приказ. Мужчина сел на кровать, рассматривая моё тело. Я знала, почему он сказал так сделать. Теперь грудь смотрелась особенно красиво.

— Подойди ближе и не стой, как истукан, — в его голосе ясно слышалось раздражение.

Встав между его коленей, я сцепила руки в замок и запрокинув голову, слегка прогнула спину. Теперь мои волосы спускались ниже талии, а золотые украшения приятно звенели от каждого моего вдоха. Мужчина прижался губами к моему животу, покрывая его медленными и глубокими поцелуями, прихватывая зубами кожу. Он не был груб, но даже в его ласках чувствовалась неординарная физическая сила. Ещё блуждая с ним по горам, я поразилась его выносливости. Казалось, что всё его покрытое шрамами и тату тело состоит из одних спрятанных под кожей мускулов. Наверное, подростком, Арслан был очень симпатичным мальчишкой. Его руки потянули с моих бёдер лёгкие штанишки, и они тут же упали на пол. Пальцы Арслана сжали мне ягодицы заставляя раздвинуть бёдра. Я подчинилась, и его губы опустились ниже, целуя гладкий пухлый лобок. Но он не ограничился лишь поверхностными поцелуями. Его губы и язык долго играли с самым чувствительным местечком, затем я почувствовала, как язык глубоко проникает внутрь меня, лаская изнутри. Роман никогда не ласкал меня так. И меньше всего я ожидала подобной ласки от этого жёсткого мужчины. Но, несмотря на сложившиеся обстоятельства, моё тело не могло не отреагировать на происходящее. Он вовремя опрокинул меня на кровать, иначе я бы просто упала обессиленная разбуженным желанием. Арслан усилил ласку, касаясь меня пальцами. Его язык не просто ласкал, он жадно вылизывал мою горячую плоть, губы посасывали клитор. Периодически мужчина прихватывал его зубами, сразу же зализывая языком. Я застонала, не сразу поняв, что его влажный палец проник не в привычное для меня место. Но моё собственное тело отреагировало на это лишь новым спазмом грешного удовольствия. Страсть поглотила разум, и находясь в её плену, я упёрлась ступнями в плечи мужчины. Моё тело извивалось под его руками, с губ слетали стоны, я забыла обо всём, что нас окружало, стремясь к освобождающему финалу. И он наступил, оставив после себя разлившиеся по телу тепло и сожаление, что всё закончилось. Теперь, когда страсть схлынула, подобно волнам отлива, я чувствовала внутри себя пальцы Арслана. Тело тут же сжало их внутри тугими мышцами. Я знала, всё ещё помня похотливые руки Хасана, что стоит мужчине пошевелить ими, появятся весьма неприятные ощущения. Почему он не убрал руку, пока я была во власти страсти? Решил меня наказать?

— Арслан, пожалуйста….

— Расслабься.

— Я не могу.

— Можешь.

— Не могу. Ты не понимаешь….

— Понимаю, — покачал он головой. — А ты не понимала, что происходит. Теперь я хочу, чтобы ты чувствовала.

Я вспыхнула.

— Я понимала, знала, что это ты. Не заменяла тебя Романом.

— Может быть, но ты не думала обо мне, — возразил он. — И теперь ждёшь только боли.

— Я не жду, я знаю. Ты решил меня так наказать?

— Нет. Я жду, пока ты почувствуешь меня, — он слегка пошевелил пальцами, позволяя выделившийся во мне влаге попасть в узкий проход. — Начнём сначала, Эми?

Я не знала, что ответить. Лежала перед ним, раскрасневшаяся, растрёпанная, бесстыдно выставившаяся его глазам. Вернулось осознание реальности, но чувство смущения не пришло. Как часто бывало с Романом. Я знала, что если и покраснела, то не от стыда. И от его непонятного мне, пристального взгляда внизу живота вновь зарождалась первая волна возвращающейся страсти.

— Арслан, — мой взгляд наткнулся на пропитавшуюся кровью повязку на его плече. Видимо, это я сама задела ногой, ещё не заживший шов, и он стал кровоточить.

— Пустяк, — отмахнулся он, чуть шевеля пальцами в моей попе и наблюдая глазами за этими движениями. — Больно?

— Ты ведь знаешь, что нет, — прошептала я. Прилив возвращался, но на этот раз я хотела большего, словно откуда-то зная, что ещё не познала что-то, оставшееся за гранью понимания, за чертой реальности, за собственным бесстыдством. Что-то, что мог мне дать только этот человек. И, возможно лишь с ним, я сама была способна узнать это.

Наши глаза встретились, и он медленно убрал руку, но я не спешила сдвинуть ноги, желая, чтобы он продолжал на меня смотреть. И застонала, когда он снял с себя остальную одежду. Собственное тело покрылось влажной испариной, наполнившись бесстыдным предвкушением.

— Арслан, — я инстинктивно облизала губы, слегка приоткрыв рот и откровенно глядя на его напряжённую вздыбленную плоть кажущуюся невероятно рельефной