Давай придумаем любовь - Вера Александровна Колочкова

– Да, все так. И уши, и нос, и губы. И щеки. В тебе все красивое, Маш! И не смейся! Потому что это чистая правда! И еще… Ты очень умная. Рассудительная. Спокойная. Милая…

– Ну все, все, на сегодня хватит, пожалуй… – все еще смеясь, остановила его Маша. – Павлик уже идет…

– Настрелялся досыта, сынок, да? – встретила она сына улыбкой.

– Ага… Даже надоело уже. А вы чего такие веселые оба?

– Да так… Просто нам весело, и все.

– Тогда давайте еще куда-нибудь поедем! Давайте в игровой центр, там классно на батутах можно попрыгать!

– Давай оставим батуты на следующий раз, Павлик? Наверное, дядю Женю пора уже отпустить, и без того он на нас целый день потратил. И бабушка у нас дома одна…

– Ладно, согласен, – покладисто произнес Павлик. И тут же уточнил: – А когда этот следующий раз будет? На будущий выходной, что ли?

– Ну да… В следующий выходной опять в загул с дядей Женей пойдем. Хорошо?

– Хорошо… Дядь Жень, а ты не обманешь? – быстро повернулся Павлик к Жене.

– Зуб даю… Когда это я тебя обманывал, ты что?

– Ну ладно тогда… Буду ждать следующего выходного! Я тебе верю, дядь Жень…

* * *

Весна пролетела быстро, и Маша только удивлялась, как бежит время. Может, потому, что оно все время было занято – Женя оказался неутомим на выдумки по его совместному провождению. То билеты на концерт купит, то в театр ее поведет, то в кино, то в кафе… А выходные они проводили вместе с Павликом, как ему и обещали.

А Олег так ни разу Павлика и не забрал больше. И не звонил. И не спрашивал, как там его сын…

Впрочем, и Павлик про отца также не спрашивал. Переживал наверняка, что он не звонит, но молчал. Только однажды спросил осторожно:

– Мам… А если вдруг папа опять меня заберет, вдруг спросит про тебя… Мне ведь не надо про дядю Женю рассказывать, правда?

– Да почему? – Неуверенно пожала плечами Маша. – Впрочем, как хочешь… Мы ведь с тобой ничего плохого не делаем, дядя Женя наш друг!

– А вдруг дядя Женя захочет с тобой жениться? Ты ведь меня не бросишь, мам? Не оставишь у бабушки? Получается, я тогда вам совсем не нужен буду – ни тебе, ни папе…

– Господи, Павлик! Да что ты такое говоришь, как тебе в голову пришло такое! И не думай даже! Да чтобы я…

– Мам, я уже не маленький. Я ведь все понимаю. И я вовсе не буду возражать, если ты и дядя Женя… Вы ведь оба меня не бросите?

– Павлик, ну перестань… Что за разговоры такие? Я же мама твоя, ты что! Да как ты мог хоть на минуту вообразить…

– Прости, мам. Я не хотел тебя обидеть. Просто у нас многие ребята из класса с бабушками и дедушками живут, потому что их мамы замуж за других дяденек вышли. Это ведь не значит, что мамы их не любят, просто им так лучше, чтобы одним… Да и бабушка наверняка захочет, чтобы я с ней жил…

– Павлик, я прошу тебя, перестань! Обещай мне, что даже и мысли этой в голове держать не будешь! Я тебя никогда и ни с кем жить не оставлю, я всегда рядом буду, сынок!

– Но ведь папа же меня оставил…

Маша только руками развела, не зная, что ответить сыну. Еще и в груди что-то очень больно скребнуло в этот момент. Наверное, не зажила еще рана… Да и вряд ли когда-нибудь заживет.

Присутствие Олега она ощущала все время, даже когда сидела рядом с Женей в кинозале или за столиком в кафе. Казалось, он где-то рядом, смотрит на нее, усмехаясь. Мол, давай-давай, придумывай себе что-то… Обманывай себя. Я-то прекрасно понимаю, что ты себя обманываешь!

Наверное, и Женя ощущал что-то подобное. Иногда его взгляд затуманивался, и казалось, что он видит сейчас не ее, а Марину. С ней разговаривает. Ей наливает в бокал вина. С ней обсуждает просмотренный кинофильм. А потом вдруг спохватывается и замолкает.

Она не обижалась. Она его понимала. И он ее понимал. И будто говорил взглядом – прости…

Хоть какое-то взаимопонимание, что ж. Уже хлеб, наверное.

В конце мая Женя встретил ее с работы, проговорил тихо, немного смущаясь:

– А у меня сегодня хороший выдался день, Маш… Сегодня меня назначили руководителем проекта. Я даже не ожидал, честное слово. Даже не знаю, справлюсь ли…

– Да отчего не ожидал-то, Жень? Конечно ты справишься! Ты явно достоин, ты же умный, я знаю!

– Правда? – совсем по-детски спросил Женя, заглядывая ей в глаза. – Ты и правда так считаешь?

– Конечно, правда! Только тебе надо от неуверенности в себе избавиться, она тебе очень мешает. Руководителю надо уметь быть в себе очень уверенным! И у тебя обязательно все получится, Жень!

– Да, я знаю. И спасибо тебе, Маш… Спасибо, что веришь в меня. И вот еще что… Надо ведь отметить как-то мое назначение!

– Что, в кафе пойдем, да?

– Нет… Давай у меня дома отметим. Я хотел в кафе, но мама отговорила. Сказала, что давно стол праздничный не накрывала. Так что я тебя приглашаю в субботу вечером… Вместе с Павликом…

– Ой, а Павлик-то уже приглашен! У его друга в субботу день рождения! Придется мне одной к тебе в гости заявиться!

– Да, конечно… Мама очень рада будет тебя видеть.

– И я буду рада повидать Ольгу Васильевну…

Ровно в пять часов вечера в субботу она уже звонила в дверь Жениной квартиры. Он открыл и отступил на шаг, она тут же уловила смятение в его взгляде, и улыбка была такой виноватой, что испугалась немного, спросила тихо:

– Что, Жень? Что-то случилось, да?

– Нет, нет, ничего… Просто мама ушла неожиданно. Буквально пятнадцать минут назад… Сказала, что у нее подруга заболела, что ей срочно помощь нужна. Так что мы будем одни отмечать мое назначение.

– Жаль… – только и смогла сказать Маша, пожимая плечами. – Очень жаль… А я вот цветы для Ольги Васильевны принесла… – Протянула она Жене букет белых роз.

– Если честно, Маш… Я думаю, она решила нас одних оставить. И празднество это домашнее тоже специально организовала, я думаю. Очень уж ей хочется, чтобы мы… Чтобы ты…

Маша не нашлась что ответить. И Женя никак не мог найти подходящие слова, чтобы завершить фразу. А еще она очень испугалась – зачем, зачем Женя это сейчас говорит? И даже лихорадочно принялась придумывать причину, чтобы уйти.

Женя