Мой проклятый Марс - Ксана М

– Ты ведь знаешь, как мой отец в таком случае поступит с твоим, – запугивает, потому что на большее не способен.

– Мне плевать.

– Все еще ненавидишь его за то, что он сделал? – придурок кайфует, надавливая на еще открытую рану. – Я бы тоже ненавидел, если бы отец на всю страну заклеймил мою мать шлюхой. Если бы так оскандалил, выгнал, унизил… хотя, если подумать, не так уж он был и не прав, верно? Если вспомнить, как ты вообще на свет появился.

Срываюсь. Рву невидимые цепи и зверею еще до того, как меня останавливают парни. Набрасываюсь на Саймона и едва не глушу его с первого же удара. Мне плевать на себя. Плевать на то, что обо мне до сих пор болтают. Мама – вот, что важно. Ни за что и никому я не позволю так о ней говорить. Особенно ублюдку.

– Макстон, перестань! – слышу где-то за спиной. – Хватит! Ты убьешь его!

Убью. Потому что в такие моменты ни черта не соображаю.

Бью со всей силой. До хруста и крови. А Сакс даже ответить не может, потому что обескуражен. Потому что я первый напал, потому что застал его врасплох.

Кэмерон и Дейтон пытаются оттащить от сукина сына, но я упрямо держу его за шкирку. Продолжаю лупить, потому что только так становится легче. Только так кажется, что вся боль, что долго копится где-то внутри, наконец, выплескивается наружу, а вместо зияющей там дыры начинает появляться просвет.

– Рид! – голос Дейтона, затем его хватка.

Я крупнее, но Метьюзу удается каким-то образом утянуть меня в сторону и тем самым спасти жизнь ублюдку. А, может, и мне.

– В себя приди!

И хочется кинуться на Саймона снова, но ее глаза останавливают. Тереза встревает между мной и Саймоном, встает на цыпочки и обхватывает ладонями лицо. А мне стоит лишь на секунду провалиться в ее вселенную, остаюсь в ней, напрочь забывая о реальности.

– Все хорошо, слышишь? Я рядом.

И поражает, будто сильнейшим зарядом тока. Она здесь, рядом, со мной. Все остальное в секунду становится неважным. Теряет смысл.

– Ри, – ее имя срывается с губ, впрыскиваясь в кровь седативным. Ее глаза и руки – мой блок. Так было и в ту ночь после бала. Она привела меня в чувства, смогла совладать с монстром внутри. Приручила его, хотя я был уверен – это уже невозможно. Что после Миры больше никто… ошибался. Глупо и наивно, не подозревая, что мое счастье настолько близко. Что стоит лишь протянуть к нему руку, и я сумею его коснуться.

– Поедем домой.

Невероятно, но дом из ее уст звучит не так, как я к нему привык. Теплее, роднее… так как он звучал до всего.

– Увези их обеих прямо сейчас, а я закончу здесь и приеду с Бо, – велит Дейтон, бросая мне ключи от своей тачки, и, как и всегда, принимая весь удар на себя. Решая с сорвавшимся концертом и с вышедшим из себя Стайлзом, который уже через пять минут собирает групповой звонок по фейстайму, чтобы профессионально на нас наорать.

Только когда Терри отнимает ладони от моего лица, поднимаю взгляд и замечаю стоящую у входа Кайли. И лишь в этот момент доходит, что именно ее голос зазвучал в моей голове первым. Что это она кричала, умоляя меня остановиться, потому что знала, на что я могу быть способен. Де-юре – я должен был услышать ее. Де-факто – проигнорировал, смешав ее голос с сотней других. Секунда. Наши взгляды схлестываются, и я ощущаю, как по позвоночнику ползет до жути непривычный холод. Если она и не верила до этого дня, сомневалась, то теперь точно понимает, что я сделал выбор. И что это серьезно.

– Идем, – шепчу и подталкиваю девочек к машине, пока они окончательно не продрогли. Когда садимся, на максимум включаю печку и на минимум – колонки, музыка из которых мгновенно заполняет салон.

Ловлю взгляд ее небесных глаз в зеркале и могу поклясться, что даже сквозь работающую акустику слышу, как бешено стучит ее пульс. Бьется почти в унисон с моим, с каждой секундой все сильнее его разгоняя.

Я сорвался к Терезе, не думая о последствиях и прессе. Стоило бы, наверное, но было так в этот момент на все это плевать. Саймон Сакс и его отмороженные дружки – единственное, что меня волновало. Моя девочка была в беде. Нуждалась во мне. Разве остальное, черт возьми, имело значение?

Навели. Не сомневаюсь, что наша маленькая потасовка уже через несколько часов облетит весь гребаный интернет, а к утру обрастет грязными подробностями, из которых правдой будет ничтожный процент. Потому что так это работает. И я давно привык, но не хочу вмешивать в эту грязь Митчеллов. Не хочу, чтобы о них распускали слухи, чтобы их обсуждали и поливали третьесортным дерьмом. Но, наверное, я должен был думать об этом до того, как все это заварил. До того, как вляпался в девчонку с чистейшими голубыми глазами, застенчивой улыбкой и обворожительными ямочками на щеках. Должен был, но…

– Может, зайдешь? – ловлю Терезу за запястье.

Наверное, нам о многом стоит поговорить.

Или нет…

Не знаю, просто чувствую, что не хочу ее отпускать. Даже если мы не найдем, что сказать друг другу, мне просто нужно, чтобы она была рядом. Эгоизм? По ходу. Я ведь должен защищать ее. А лучшая, черт возьми, защита – держаться от нее как можно дальше. Проблема лишь в том, что я не могу. Пробовал…

– Дай мне пять минут, – произносит.

А я уже знаю, что эти пять минут покажутся мне вечностью.

Так и происходит. Адски. Мучительно. Долго. Но потом… потом все это перестает иметь значение, потому что я вижу ее. Тереза распахивает из своей комнаты окно и вылезает на нижний уровень крыши. Один уверенный шаг. Второй. Моя девочка бесстрашно перепрыгивает на ветку дерева, крепко ухватившись за ствол. И уже через три секунды без колебаний падает мне в руки.

– Мне нужно вернуться до рассвета, – шепчет, а я не уверен, что дам ей уйти.

Мелкий дождь все еще бьет ледяными каплями по коже. А я вдыхаю ее сладкий запах и понимаю, что мне мало. Мне, черт возьми, слишком ее мало. Сколько бы я ни затягивался, сколько бы ни смотрел в ее глаза, кажется, будто каждый раз – первый. Будто бы с ней все – в новинку. Первый поцелуй. Первая улыбка. Первое «хочу»…

Выпускаю ее лишь, когда с ней на