Измена. Чтобы разлюбить - Лаура Норт

Диля остановилась, внимательно посмотрела на меня.

— Говоришь, только волосы растрепал и пуговички расстегнул?

— Ну да! А я уже поплыла! Теперь опять думаю, что зря согласилась побыть его фиктивной девушкой. Я не ожидала такой бурной реакции, честно… думала, будет легче!

— А скажи-ка мне, Идочка… когда ты последний раз была с мужчиной? — Диля взглянула на меня, прищурившись.

— При чём тут это? С Андреем я даже целовалась — и ничего!

— Так когда? — не отступала Диля.

— Давно! Не помню.

Я прекрасно помнила, но не говорить же подруге, что после Филиппа у меня никого не было? А с Андреем я не смогла. Диля покачала головой и принялась не просто месить тесто — жестоко избивать его. Кухонный стол жалобно заскрипел.

— Хочешь от меня совет? Переспи с ним.

35 глава

— Ты… с ума сошла? — я смотрела на Дилю с подозрением.

— Почему?

— Я тебе рассказываю, как мне трудно, как меня к нему тянет, несмотря на то, что он предатель…

— Так уезжай.

— Что-что?

— Беги от него. Уезжай из города, чтобы случайно с ним не встретиться. Спрячься, чтобы он тебя не нашёл, и живи, оглядываясь.

Я оторопела.

— Диля! Хватит надо мной смеяться! Я серьёзно говорю! — мой голос звенел.

— И я. Какой у тебя выбор? Или бежать — или остаться. Если остаёшься, то пытаешься справиться. Ты же не собираешься никуда уезжать? — Диля яростно сдула с лица прядь волос.

— Конечно нет!

— Значит действуй!

— Да почему именно так!

— Да почему нет? Ты же хочешь!

Мы почти кричали друг на друга.

— Знаешь, я вообще-то собиралась посоветоваться с тобой, а получилось, что ты спихнула решение на меня.

— А ты хотела спихнуть его на меня? Нашла, у кого спрашивать!

— Ты сильная, независимая, умная…

— Я одна. И могу дать совет, как быть одной. Но тебе же не это нужно. — Диля наставила на меня палец. — Ты хочешь семью и отношения. И не какие попало. А идеальные!

— Я… кажется, я уже начала в этом сомневаться. В том, что хочу идеальную семью. Знаешь, после того, как недавно побыла в гостях у папы и бабушки…

— Тогда тем более!

— Что — тем более? Диля, не беси меня, говори яснее!

— Переспи. С ним. Для здоровья.

Диля будто сорвала стоп-кран.

Если раньше мысли о Филиппе были под запретом, и я гнала прочь всякое мысли о нём, то теперь…

Теперь любой взгляд в его сторону вызывал каскад воспоминаний.

И почему-то это были не воспоминания о предательстве! Меня бросало в дрожь от его жестов. От знакомых движений. Я залипала на четкой линии его идеальных губ. На жгучих глазах. На сильных жилистых руках, перевитых венами. Злилась на себя, делала равнодушный вид, вспоминала, что мы вроде как встречаемся, злилась ещё сильней. Делала вид, что так и надо, что я на него смотрю — ведь мы встречаемся!

Теперь я думала — почему бы и нет? И находила всё меньше и меньше причин отказываться…

Мне это не нравилось. Это размягчало меня. Делало слабой. И я держалась на чистом упрямстве и остатках разума.

Ну ничего. Долго это всё равно не продлится.

…а то я не выдержу.

Полутёмный коридор, я, сонная, иду открывать дверь. На пороге — недовольный Филипп хмурит свои идеальные брови.

— Ты ещё не готова?

Я в короткой летней пижаме — топ и шортики. Опоздала? Проспала???

— Я сейчас… — пытаюсь оправдаться, но ничего не успеваю.

Стремительный шаг вперёд, меня впечатывают в стену. Губы терзают губы, руки стискивают, прижимают крепко. Дыхание перехватывает, заканчивается, голова кружится, раздаётся стон…

И телефонный звонок.

36 глава

Резко вскочила, чуть не упав с кровати.

Телефон!

Сон!

Филипп!

Опять он мне приснился!

По телефону вежливая девушка радостно предложила мне купить пластиковые окна.

Спасибо тебе, незнакомка, что прервала этот сон… или не спасибо? Кажется, я была бы не прочь посмотреть продолжение…

Было жарко. Опять забыла открыть форточку! Сердце колотилось, во рту пересохло. Я распутала одеяло и поплелась на кухню попить воды. Забавно будет, если Филипп сейчас и правда позвонит в дверь! Я даже остановилась и подождала несколько секунд.

Не позвонил. Попила воды, умылась, причесалась, переоделась — и всё ещё была одна.

Сон дезориентировал меня — я никак не могла сообразить, что сейчас за день и сколько времени. Единственное, что я твёрдо помнила — это то, что сейчас выходной.

Оказалось — утро. Вот какого не спится этим рассыльщикам спама? Я бы ещё спала и спала! Сон бы досмотрела…

Нет уж! Если выдалось, в кои-то веки спокойное утро — проведу его одна! В тишине и покое.

Давно я не ходила к морю.

Свежее тёплое майское утро встретило меня ласковым солнцем, запахом моря и сумасшедшими криками ласточек. Они рассекали небо надо мной, громко свиристели прямо над моей головой, как будто летающие свистки. Так странно! Казалось бы, с морем в сознании людей неразрывно связан крик чаек.

Галька шуршала, хрустела и проминалась под ногами. Прозрачная тихая вода манила искупаться — но я знала, что ещё рано. Весна выдалась холоднее, чем обычно и море совсем ещё не прогрелось. А ведь раньше… Помню, как в жаркие майские дни мы надевали под школьную форму купальники и после уроков неслись на пляж. Взрослым было холодно, а нам всё было нипочём!

Я почувствовала себя старой и умудрённой опытом. Такой, которая говорит: «А вот раньше…!»

Разулась и, подхватив обувь, вошла в воду. Прохладная! И побрела вдоль берега, постепенно привыкая к воде. Хорошо…

Народа было ещё немного. Кто-то уже загорал, но в море не входил, кто-то просто гулял по берегу, как я. Вдалеке кто-то всё же осмелился войти в воду, его одинокая голова торчала над поверхностью.

Скоро здесь будет не протолкнуться. И лучше всего будет приходить не днём, когда, несмотря на опасное в это время солнце, толпа людей особенно плотная. Раскалённый душный воздух, яростная жара не отпугивают настроившихся искупаться и позагорать людей, наоборот! Тела коптятся и поджариваются, чтобы потом похвастаться быстрым южным загаром.

Не ранним вечером, когда схлынула основная толпа отдыхающих, и на берег повалили местные жители.

А ранним-ранним утром, когда солнце ещё не появилось или только появилось, небо светлое-светлое, море спокойное, молочно-белое (или, скорее, молочно-голубое), а из людей только ранние пташки вроде бодрых старичков и старушек, следящих за своим здоровьем.

Или ночью, когда больше парочек и молодёжи, приходящей шумными компаниями —