Племянница жены - Катя Лоренц

— Это не Снежана клеится ко мне, используя шантаж. То есть. Если я буду ебать тебя, ты забудешь о своей чистой дружбе? — во мне все превратилось в пепел. А лёгкие жгло горячим воздухом.

— Вот именно. Мишка. — Миша рассмеялась.

— Знаешь, я пожалуй пасс. Рассказывай кому хочешь, — Миша вышел с другой стороны. Увидев меня, замешкался, потом приобнял за талию.

— Поедем домой, Снежинка. Аппетит пропал.

Глава 8

Михаил

На что только эти охотницы не пойдут, чтобы заманить желанный кошелек в постель. От друзей многое слышал. И мать заживо хоронили, чтобы пожалел, утешил, а там и до кровати недалеко. Даже матёрый волк Влад, знающий цену таким женщинам, купился. Если бы в самый интересный момент не позвонила умершая мама, и не начала рассказывать, что прямо сейчас едет с соленьями к любимой дочурке, так бы охотница его обдурила. Мы так ржали, когда он рассказывал. Ну и по классике, пролить в самое стратегически важное место жидкость, и начать вытирать с невинными глазками Бемби. Но Анжелика пошла куда дальше. Хотела шантажом заставить спать с ней.

— Я не понимаю. Как Вика может дружить с такой? Она же мерзкая ненастоящая и при каждой встрече, мне хочется оттаскать её за накладную кочку, — глаза Снежаны блестели зелёным потусторонним светом, завораживающим, а на лице торжествующая улыбка, как будто в мыслях она это все проделала, и теперь довольна результатом. Вика меня никогда не ревновала. А оказывается это очень приятно.

— Иди сюда моя снежная королева, — развернул её к себе и поцеловал прямо посреди ресторана. Снежана испуганно распахнула глаза.

— Миша. Ты что увидят же, — попыталась вырваться. — А как же Вика? Эта лошадь Анжелика может сфотографировать и прислать ей.

— Пусть, — мне стало наплевать на все, сам диву давался.

— Что? Нет! — Снежа выскочила из ресторана.

— А в чем проблема? Я не буду ничего скрывать от Вики.

— Ты с ума сошел? А как же я? Ты совесть облегчить хочешь, а мне потом как ей в глаза смотреть? Или ты развестись с ней хочешь и жить со мной? Боже. Ты ненормален!

— Подожди. А может дело не в Вике? А в том, что ты стесняешься, что переспала со стариком, почти, вдвое тебя старше? Или дело в этом сопляке, Денисе?

— Глупости не говори. Какой ты старик, — промурчала она, придвигаясь ближе. — Ты мужчина в самом расцвете сил, — гладит меня по груди и пожар внутри утихает. Я ж говорю, ведьма!

— Только поесть толком не получилось.

— Да ну эти рестораны. И дома можно не хуже приготовить. Что бы ты хотел?

— Хорьятики и тажин.

— Ну и названия, — мы сели в машину. Снежана, сдвинув брови, искала что-то в интернете. Её лицо просветлели.

— Пф. Вообще без проблем. Давай-ка сюда, — Снежа показала пальцем магазин. — Там продают твой тажин. А хорьятики обычный греческий салат.

После покупки керамической посуды зашли в супермаркет.

— Спорим. Я лучше приготовлю, чем в твоем ресторане?

— Не сомневаюсь, — обнял ее. Со Снежаной даже за продуктами интересно ходить. Смеялся, как она торговалась с таджиком, покупая мясо ягненка и придирчиво рассматривала овощи. Домой вернулись с полными сумками. Пока Снежа открывала дверь, не выдержал, укусил её за шею.

— Тише ты, — с улыбкой отстранилась. — Сначала будем готовить. — Вошли внутрь.

— У меня другие планы, — пакеты с продуктами со стуком упали на пол. Снежана ойкнула, когда я подхватил ее на руки и унес в спальню.

Я понимал, что все больше погружаюсь в наши больные отношения. После часового сексмарафона пошли вместе на кухню.

— Что мне делать? — старался смотреть на гору продуктов, а не на Снежану в моей футболке, надетой на голое тело.

— Порежь помидоры, на такие же кубики, — Снежа порезала огурец. — Справишься?

— Обижаешь, — пританцовывая и напевая песню, она принялась за нарезку моркови. Загляделся и резанул по пальцу.

— Черт!

— Больно? Я сейчас, — Снежа вернулась с перекисью. Обработала рану. — Всё. Мы потеряли одного бойца. Твое место в зрительном зале, — сидел на стуле, подперев голову рукой, смотрел, как ловко она справляется.

— Всё. Сейчас ягненок в тажине потушится и будем, есть, — притянул её к себе и посадил на колени. Щеки Снежаны раскраснелись, она потупила взгляд. А я чувствуя, как грудную клетку распирает непривычное чувство.

Да ладно. Влюбился под старую жопу?

Снежана

Понедельник день тяжёлый. Во всех смыслах. Утром начались месячные. А проходят они у меня в жутких болях.

— Миш, — вымученно выдавила. — Давай ты сегодня отвечаешь за завтрак. Я немного полежу, — обняла живот руками и свернулась в калачик, пытаясь унять болезненные спазмы.

— Ты заболела? — он поцелуем проверил температуру. — Лоб холодный.

— У меня это заболевание стабильно раз в месяц.

— В смысле?

— Как у всех женщин. Пять минут. И я встаю.

Он вышел. Вот если не двигаться, то боль почти отпускает.

— Я тебе завтрак приготовил, — Миша ставит поднос возле меня. — Сегодня дома побудешь. Я на работу поеду, вызову доктора Вики. Не дело так мучится.

— Всё в порядке. Без паники. Я с тринадцати лет с этим живу. Таблетка выпита, сейчас все пройдет. Я не собираюсь из-за такой ерунды прогуливать!

— Снежа!

— Миша! — таким же строгим голосом ответила я. — Давай прекратим эту бесполезную дискуссию. Я еду на работу, — села на кровати и взяла бутерброд. — Видишь? Уже лучше.

— Упрямая какая, — пробубнил он, прикрывая ухмылку чашкой с кофе. Я делаю глоток кофе, вспоминая вчерашний день.

Вчера мы провели время словно пара. Ходили по магазинам, готовили вместе. Именно так я представляла семейную жизнь в своих мечтах. Я даже забыла ненадолго о существовании Вики. Но вечером, после нежного секса, позвонила Вика. И я спустилась с небес на Землю.

Пока он разговаривал с ней по телефону, я обливалась слезами. Почему я так поздно родилась? Будь я ровесницей Миши и встретиться мы в то время, всё могло бы сложится по-другому. И эти его разговоры, про то, что он все расскажет Вике, рождали ненужную надежду, что он уйдет ко мне. Я чувствовала себя редкостной эгоисткой. Больше всего на свете я хотела бы этого.

Передо мной мелькали миражи будущего. Мы вместе проводим время, гуляем, едем отдыхать в отпуск. А потом появляется малыш…

Но этому не бывать. План просто заниматься сексом и не испытывать ничего другого, кроме вожделения, летел в тартарары. Я хочу большого. Я чувствую это необычное чувство: любовь к мужчине. И в ней столько разных красок. Она возносит и опускает. В