Тебя ждёт наказание - Ронни Траумер

– Успокойся, – резким тоном говорит он. – Не бойся, тебе понравится, – уже мягче добавляет.

Он опускает руки на мою обтянутую джинсами попу и, подняв, усаживает на капот машины. Устроившись между моих раздвинутых ног, он толкается навстречу.

А я не понимаю ничего. Где нахожусь, что происходит, почему голова такая тяжёлая, почему перед глазами всё плывёт. Чувствую только настырные руки, что сжимают мою грудь, и своё нарастающее возбуждение.

– Я… не могу, – неуверенно лепечу, сама не зная, чего хочу.

– Можешь, детка, – хитро усмехается и целует мои пересохшие губы.

Проложив дорожку из поцелуев, он спускается вниз и, словно озверевший, Филипп лишает меня нижней части одежды, а верх остервенело рвёт на две части, оголяя грудь.

Плевать, что это неправильно, что брат меня убьёт, и что легла под первого встречного, но я влюбилась в него с первого взгляда. Высокий, подтянутый, русые волосы и невероятно красивые глаза. Его сумасшедшая улыбка сводит меня с ума с первой встречи, и неважно, что она никогда не была адресована мне. Другого шанса у меня может и не быть, и я готова на всё, лишь бы побыть с ним. И разве можно устоять умелым рукам и страстным губам? Нет, я точно не могу.

* * *

Словно во сне чувствую, что меня укутывают в белую рубашку, берут на руки и укладывают на переднее сидение. Едва нахожу силы открыть глаза и посмотреть на парня, что лишил меня девственности на капоте своей дорогой машины.

Филипп нависает надо мной, оперившись рукой о дверь машины, смотрит на меня, и я вижу в его глазах сожаление вперемешку с удовлетворением. Боюсь представить, как я сейчас выгляжу после такой ночки.

Между ног влажно и всё горит огнём, низ живота тянет режущей болью, и меня хватает только на то, чтобы смущённо улыбнуться.

– Чёрт! – ругается парень и громко хлопает дверью.

Я хотела его внимания, но не ожидала, что в первую же встречу отдамся ему. Мне было хорошо, нет, поначалу больно, но потом стонала так, что у самой уши заложило. Но всё равно я немного жалею.

Парень садится на водительское сидение, и машина с ревом мотора трогается с места. На улице уже светает, и меня клонит в сон. Тело ломит, словно по мне катком проехались, руки и ноги до сих пор трясутся, а голову будто в тиски зажали. Не думала, что первый секс так изматывает.

Находясь в полусонном состоянии, всё же замечаю, как парень гонит по трассе, словно за нами погоня. Он что-то бормочет себе под нос, иногда бросает короткий взгляд на меня и кривится.

Автомобиль тормозит, и, взглянув в окно, понимаю, что мы у ворот моего дома. Парень выходит из машины, обходит её и открывает дверь с моей стороны.

– Приехали, – говорит и, наклонившись, обнимает меня и помогает выйти.

А у меня в голове только одно – лишь бы Артура не было дома. Даже соседи, что могут меня увидеть, не пугают так, как реакция брата.

Филипп держит меня за талию, осматривает меня и сжимает губы в тонкую линию.

– Надеюсь, обойдёмся без истерик? – спрашивает с улыбкой, а я не понимаю, к чему этот вопрос. – Всё было прекрасно, Ягодка, но это всего лишь секс, окей? – его слова как ножом по сердцу.

Филипп открывает калитку и, не отпустив меня, заходит во двор. Мне хочется наброситься на него с кулаками, наорать, проклинать и послать его на все четыре стороны, но сил никаких нет, едва ногами перебираю.

– Сама дойдёшь? – спрашивает он, после того как сделали пару шагов.

Видеть его не хочу, поэтому я просто киваю. Не хочу, чтобы он видел ни мою боль от его слов, ни моих пролитых слёз. Парень тут же отпускает меня, и через несколько секунд я слышу визг шин.

Сделав над собой усилие, делаю пару шагов, но голова кружится, и перед глазами начинает всё плыть. Чувствую, как ноги слабеют, я падаю, и перед тем, как свалиться в темноту, затылок простреливает острой болью.

Прихожу в себя от лёгких ударов по лицу и не сразу узнаю голос брата.

– Анна… Анна?! – обеспокоено зовёт он.

С трудом разлепив глаза, фокусирую взгляд и смотрю на взволнованное лицо Артура. Осмотревшись, понимаю, что лежу на диване в нашей гостиной.

– Анна, что произошло? – спрашивает и ощупывает моё ноющее тело.

Как обухом по голове на меня обрушиваются события прошлой ночи, и, закрыв лицо дрожащими руками, я разрываюсь громким плачем. Артур притягивает меня к груди, гладит по волосам и даёт мне успокоиться.

Стыдно себе признаться, но я больше плачу из-за того, что всё произошло именно так. Он воспринимал меня просто как способ разрядиться, не более. Я, наверное, дура, но решаю брату ничего не говорить.

Постепенно успокаиваюсь, плач сменяется тихими всхлипами, а тело больше не дрожит, как лист на ветке. Лежу на груди Артура и понимаю, что он зол, так как стук его сердца оглушает.

– Это он? Горюнов сделал? – спрашивает он, словно ударив меня по голове.

– Что? – замираю в ожидании ответа.

Кто такой Горюнов, я не знаю, в нашем городе есть человек с такой фамилией, но это точно не парень, с которым я провела самую лучшую ночь в своей короткой жизни.

– Я видел, кто тебя привёз, – хватает меня за плечи, отталкивает от себя и смотрит в мои заплаканные глаза. – Это ведь он?

– Нет, – поспешно мотаю головой.

– Он тебя по голове ударил? – будто не слыша меня, брат продолжает допрашивать.

– По голове? Нет, никто меня не ударял, – отвечаю я абсолютно честно.

Но как по щелчку пальцев затылок простреливает острой болью, я машинально поднимаю руку и нащупываю рану и вязкую, тёплую влажность.

– Не трогай! – кричит Артур и отбрасывает мою руку.

Я прищуриваюсь и пытаюсь вспомнить, что случилось и откуда у меня голова разбита. Филипп точно к этому не имеет никакого отношения.

– Нам нужно позвонить в полицию, – встав с дивана, Артур наматывает круги по комнате. – Чёрт! Они нам не помогут, – ругается сам с собой. – Заява на сына мэра, – нервно усмехается и чешет затылок. – Надо мной поржут всем отделением. Чёрт! Чёрт! Чёрт!

До меня начинает доходить смысл его слов. Горюнов наш мэр и у него есть сын, но я понятие не имею, как он выглядит. Не имела, судя по всему.

Значит, Филипп постоянный гость нашего ресторана, сын нашего мэра. Господи!

– Надо в больницу тебя вести…

– Нет! – почти криком. – Пожалуйста, не надо, – молю его со