Тебя ждёт наказание - Ронни Траумер

Воспоминания того вечера всегда были со мной. И, по сути, прощение мне просить незачем, оба получили, что хотели, не без слёз, конечно, но, как говорится: важен результат.

А вот почему меня так тянет её найти и всё же поговорить, сказать чёртову фразу «прости меня», я не понимаю. Но это мне жизненно необходимо.

– А по-твоему…

– По-моему, её никто не заставлял, она сама в тачку села, – ставлю парня в известность.

– Да пошёл ты! – огрызается он в ответ, явно задетый моими словами. – Что, никто не посмел идти против тебя и твоего папаши? Тебя это бесит?

– Меня бесит, что ты молчишь. Я ведь найду её, как нашёл тебя, это вопрос времени, – развожу руками.

– Зря время потратишь, – отворачивается и всем своим видом показывает, что он в меня не верит.

– Я её найду, Артур, в любом случае, а ты… Сам выбрал этот путь. Я не по этим делам. Но человека, который может выбить из тебя всё, что мне нужно, и даже больше, я нашёл, – шепотом угрожаю.

– Угу, давай, думаешь, я боюсь? Я видел, в каком состоянии ты выбросил её у нашего дома. Вот тогда я боялся. Боялся, что она не живая уже и что не выберется из того состояния, в которое ты, сукин сын, её вогнал.

От услышанного у меня учащается пульс, смотрю на него во все глаза, не понимая, о чём он говорит и в чём ещё пытается меня обвинить.

– Ты пошёл на меня с пистолетом, даже не зная всех подробностей? – удивлённо спрашиваю я.

– Я видел её, и этого было достаточно, знать все подробности мне и не нужно было.

– А стоило бы поинтересоваться. Не строй из своей сестры святую, ты, судя по всему, ничего о ней не знаешь, – встаю на ноги и возвращаюсь на стул.

Чёрт! Это что ещё за игры? Она была на своих двоих, да, не в лучшем состоянии, но… ночка бурная выдалась. Неужели отец прав, и она планировала меня шантажировать, а брат не в курсе был?

– А ты знаешь? Ты хоть имени её знаешь?! – повышает голос и дёргается, чем громко шумит, царапая старую трубу цепями от наручников. – Всех девушек, которых насилуешь, запомнил?

– Я никого не насиловал, идиот! – рычу на него, уже начиная злиться.

Она не совсем дура, знала, к кому в машину садится. И что может хотеть от неё парень на ночь глядя. Я вины с себя не снимаю, перегнул палку, со всеми бывает, но и она сама того хотела, и она точно не такая, какой её считает брат.

– Папаше своему лапшу эту вешай, – фыркает он. – Я сделал то, что надо было, и, если бы у меня была такая возможность, с удовольствием повторил и на этот раз не промахнулся бы.

– Что ж, – устало выдыхаю. – Я тебя разочарую, прострелить меня возможности у тебя больше не будет, и если твой ё*арь не явится в следующие полчаса, то с тобой поработает человечек, и будь уверен – ты заговоришь.

– Зачем она тебе? – вдруг спрашивает он.

– Это тебя не касается, – сухо отвечаю и встаю со стула.

Это наше дело, я должен с ней поговорить, и всё.

Выйти из комнаты я не успеваю, раздаётся оглушительный взрыв, и меня волной отбрасывает на пару метров. Падаю на пол, больно ударившись затылком, кажется, даже отключился на несколько секунд. На фоне слышу голоса, но разобрать, о чём говорят, мне не удаётся.

Пытаюсь встать, но затылок пронзает болью, как только я пошевелился. Стон вырывается на автомате, и, подняв руку, прощупываю голову на предмет ранения.

– Ключи, – пинает меня кто-то.

– Иди в задницу! – выплёвываю я и снова делаю попытку встать.

– Я сейчас эти наручники в задницу тебе засуну. Не с тем связался, идиот, – шипит, судя по всему, Глеб, наклонившись надо мной.

Без стеснения он наглым образом обыскивает мои карманы и находит ключи от наручников.

– В следующий раз, – хватает меня за шиворот рубашки. – Наведи справки, перед тем как сунуться к кому-то, – замахивается и со всей силы впечатывает кулаком мне по лицу.

Он отходит и освобождает Артура, а я сплёвываю кровь на пол и, встав, наконец, на ноги, достаю спрятанный за поясом брюк пистолет.

– А я навёл, Сабуров, – говорю и направляю оружие на него. – И, знаешь, что выяснил? – наклоняю голову на бок и выдерживаю паузу.

– И что же?

– Что ты такой же, как и я.

– Я никого не насиловал…

– Я тоже, представь себе, – развожу руками.

– Ага, я слышал…

– Смелости не хватит признаться? – выглядывает из-за спины Сабурова Артур.

– Было бы в чём… – хмыкаю я.

– Сейчас сюда зайдут мои люди, и тебе снесут башку. Тебе это надо? – пытается напугать меня Сабуров и прячет своего неугомонного за спину.

– Мне нужна она! – ору, уже не сдерживая себя.

– Зачем? Потому что сдала? Так, а ты думал, что молчать будет? – продолжает выступать Ковалёв.

Его… партнёр пытается заткнуть ему рот, но тот словно ничего не слышит, отталкивает его и делает шаг в мою сторону.

– На ней живого места не было, что ты с ней сделал, скотина?! – орёт, вперёд рвётся, но Сабуров удерживает. – Она ребёнок ещё, совесть не мучает? Шлюхи надоели, так на детей потянуло?

– Во-первых, ей на тот момент уже восемнадцать исполнилось, а во-вторых, я не делал с ней ничего из того, что ей не понравилось, – говорю чистую правду.

– Козёл! Придурок! – не унимается парень.

– И монстра из меня делать не надо, домой я её привёз на своих двоих, и всё с ней было в порядке, – не обращаю внимание на него. – Ну разве что немного растрёпанная после бурной ночи…

– Я тебя прикончу! – рычит Ковалёв и вырывается из рук Сабурова.

Поднимаю руку и стреляю в потолок, Артур застывает на месте и бледнеет на глазах, а вместе с ним и Сабуров, что облегчённо выдыхает, когда понимает, что выстрел был в воздух.

– Я оставляю тебя в живых по своим причинам, – говорю я. – Но запомни: мы ещё встретимся!

– Никто не сказал, что ты просто так уйдёшь, – фыркает Сабуров.

– Пусть свалит, – шепчет Артур. – Анну ему всё равно не найти, а нам говорить больше не о чём.

– Арт?

– Оставь, его жизнь и так наказала уже, – разворачивается и направляется на выход.

– Увижу тебя ближе, чем на пять километров от Артура или его сестры, – шипит на меня Сабуров. – Сделаю из тебя маринованный овощ, и будешь ходить под себя всю оставшуюся жизнь.

Меня