Сладкая месть - Линн Грэхем

— До тех пор, пока ты не стала достаточно взрослой. Он воспользовался твоей молодостью, твоей страстью, но ты-то должна понимать, что поступила неверно? — с резким осуждением заявил Альберто.

— Ты даже не слушаешь меня… Ты мне не веришь, — слабо заметила Деми.

Мужчина грубо засмеялся.

— В тот вечер я ехал за тобой до офиса. Я не мог доверить тебя Тому. Матерь Божья… Я не хотел причинять тебе боль своими подозрениями относительно его чувств. А потом через окно увидел тебя в его объятиях. Вы страстно целовались. И тогда все встало на свои места.

— Ты видел, как Том целовал меня? — безучастно повторила Деми. Она находилась в шоке. Альберто словно приоткрыл дверь в прошлое, которая была крепко заперта. Всплывали новые подробности, о чем девушка даже не предполагала. Но Альберто истолковал ситуацию по-своему, и получилась чудовищная неразбериха. — Происходило вовсе не то, что ты подумал, — вспыхнула Деми.

— У тебя есть только один выход — сказать правду и только правду! — заявил Альберто с убийственным спокойствием. — Имею я право на один вопрос?

Девушка ошеломленно посмотрела на него, бледная, натянутая, как струна.

— Когда ты встречалась со мной, ты еще спала с ним?

— О Боже!.. — Деми так потрясло его заявление, что ее начало тошнить.

— Значит, нет. Хоть единственное утешение, — саркастически усмехнулся Альберто. — Выходит, я занял его место. Если бы я был великодушным человеком, то оправдал бы его поведение. Но я не прощу Тома. А ты виновата, умышленно введя меня в заблуждение относительно своей невинности. Может, ты забавлялась? Или думала, что удастся обманывать меня до конца?

Деми закрыла глаза и отвернулась, отчаянно пытаясь отрешиться от его нарочито растягивающего слова голоса.

— Я предполагал, ты выйдешь за него замуж, — добавил Альберто. — Несколько лет ожидал услышать от сестры весть о вашей свадьбе. А что вместо этого? Один мужчина за другим — друзья, как доверчиво называла их Инес Ребекка, — но и ты, и я знаем, как ты прыгала в постель с любым «другом»…

Деми, не в силах выносить дьявольскую пытку, выскочила из комнаты. Она даже не знала, куда бежит. Сердце отчаянно колотилось, ей с трудом давался каждый вдох. Девушке хотелось улететь со скоростью реактивного самолета, чтобы навсегда избавиться от прошлого. Но мучительные воспоминания беспощадно поймали ее в ловушку и держали намертво.

Зной быстро истощил силы. У девушки отчаянно закололо в боку. Деми пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. Пыльная земля уходила у нее из-под ног.

— Де-ми-я!

У нее закружилась голова. Девушка увидела Альберто, который спешил к ней. Ее охватила паника. Нет! Нет, она больше не способна выносить страдания! Внезапно девушка заметила открытую дверь маленького белого храма и воспрянула духом.

Церковь встретила Деми гостеприимной прохладой. Пройдя между рядами, девушка опустилась на скамью у каменной колонны. Обхватив себя руками, она пыталась избавиться от подташнивания. Деми полагала, что ее состояние-следствие ужасных обвинений, брошенных Альберто.

— Здесь тебе не место, — услышала она сдержанный голос Торреса, подошедшего сзади.

— Убирайся, — прошептала Деми. Неужели он считает, что она осквернит его драгоценную церковь своим присутствием?

И тут раздался еще один голос, очень спокойный, очень мягкий, мужчина говорил по-испански. Его слова нарушили тишину с почти физической ощутимостью… Казалось, так будет продолжаться вечно. Деми с удивлением поняла, что Альберто уходит. И осознала, что, подчинившись интуиции, поступила правильно — спряталась в церкви, на которую не распространялась власть Альберто.

Ее спаситель — видимо, местный священник. Деми ожидала, что на нее обрушится поток изречений, но не услышала ни звука. Тишина мало-помалу восстановила душевное равновесие, и, успокоившись, девушка задумалась.

Ясно, почему Альберто отказался выслушать ее объяснения относительно Джона. Он еще раньше стал сомневаться в ее нравственности. И когда увидел ее в объятиях Тома, поддался своему настроению, решив, что их связывают интимные отношения. По мнению Альберто, они с Томом безупречно притворялись на людях сводными братом и сестрой, скрывая истинные чувства от семьи и друзей.

Вдруг что-то капнуло на крепко сжатые кулаки. Деми неуверенно подняла руку к своему мокрому лицу и обнаружила, что плачет. Что ж, очень трудно оставаться равнодушной к столь жестоким, оскорбительным обвинениям. Но она так много узнала о самом Альберто! Деми вздрогнула.

Итак, с самого начала Торрес испытывал болезненное предубеждение. Ему, наверное, приходилось бороться с их взаимным влечением, он мучительно воспринимал любой ее недостаток, подозрительно относился к ее поступкам. Альберто управляло желание, и цель его удовлетворения — женитьба на Деми.

Разумом он, конечно, не хотел свадьбы. И если бы не дружба Деми с Инес Ребеккой, Альберто с легкостью переспал бы с ней, утолив сексуальные инстинкты. Подсознательно его, разумеется, возмущала такая ситуация, гораздо легче считать ее девственницей. А судьба благосклонно предоставила Альберто «доказательства», что Деми — распутная девушка.

И тогда Торрес придумал свою версию, отрешенно думала Деми. Из-за болезненного самолюбия он просто не пожелал выяснять, до какой степени его обманули. Ну разве не смешно? Поверить, будто она предавалась порокам в столь юном возрасте. Однако Деми было не до веселья.

Расставшись тогда с Альберто, она чувствовала мучительную боль и горечь. Деми не хотела больше испытывать судьбу, хотя она и желала возвращения прежней идиллии, — Торрес угадал ее мысли.

Деми торопливо поднялась с потертой деревянной скамьи. Она шла по залитому солнечным светом проходу к дверям, когда перед ней появился маленький священник.

— Я отец Гомес Эстебан, — представился он на чистейшем английском языке, протягивая руку. — А вы Деми, подруга Инес Ребекки?

Захваченная врасплох его осведомленностью, девушка что-то пробормотала в ответ.

— Выпьете чаю? Или лимонада? Днем у нас очень жарко, и вы, должно быть, испытываете жажду. Вы учительница, верно? Прекрасная профессия, но сейчас от педагогов требуется больше, чем в мое время, — заметил падре, провожая девушку к маленькому домику, стоящему в тени храма. — Вы преподаете в начальной школе или в средней? — поинтересовался он.

Десять минут спустя Деми, уютно устроившись в мягком кресле в симпатичной маленькой гостиной, потягивала лимонад и уже не вспоминала, как здесь оказалась.

— Знаете, — неловко произнесла девушка, боясь, что священник заблуждается, — я ведь принадлежу к англиканской церкви.