Племянница жены - Катя Лоренц

Я иду на кухню, чтобы хоть как-то себя отвлечь. Нужно держаться от него подальше. Уходить поздно ночью — нет смысла. Не найду я, где можно будет переночевать.

Пока варится мясо на плите, роюсь в интернете, подсчитываю свои накопления. И горько вздыхаю. Я согласилась бы даже на комнату у черта на рогах, но даже это не по карману.

— Я не понял, — Миша забирает телефон. — Куда ты собралась? Что значит этот поиск квартиры?

— Ты получил что хотел. А мне пора съезжать. — Он садиться рядом, хватает меня за талию и пересаживает на колени. Не прошла моя необъяснимая тяга к нему. Даже наоборот, я теперь знаю, что могу испытывать с ним. И у меня опять кружится голова, только от того, что он ко мне прикоснулся.

Внутри саднит, а его хочу. Прикоснуться, почувствовать жар его тела внутри себя, горячие поцелуи…

— Снежа. Ну извини. Тебе сильно больно?

— Нет, Миша. Я говорила. Не жалею ни о чем, — опускаю глаза, пытаясь скрыть свое желание.

— Тогда к чему эти поиски?

— Я… — не сдержусь. Хочу повторить все. Снова и снова. Смотрю на него и кажется, он читает ответ в моих глазах. Судорожно втягивает воздух, а твердый член дёргается.

Я зарываю свое чувство вины глубоко в себе. Пусть у меня будет только эти две недели, но я хочу их. Хочу секса с ним.

Седлаю, снимаю с него футболку. Не замечала раньше за собой, чтобы приходила в такой дикий восторг от мужского тела. А я ведь в клубе работала. Там и стртптизеров были, но они и в подметки Мише не годятся.

Провожу пальчиком по груди, мягкие кудрявые волосы щекочут ладошку. Спускаюсь вниз к дорожке, уходящей под резинку штанов.

— Снежа… Нам нельзя.

— Тссс, — прикладываю палец к его губам. — Я только посмотрю. Ты рассмотрел на меня со всех сторон, а я нет. — я даже порнушку не смотрела. Смутно представляла, как выглядит этот таинственный зверь. Приспускаю штаны, на меня выпрыгивает дубина.

Ого, ничего себе у Миши орудие. Я даже шокировано открываю рот. Воспоминания, как он двигался во мне, не рождают страха, скорее наоборот, хочу повторить. Провожу по гладкой коже и Миша издает звук, который мягко разливается внутри меня медом. Член дергается.

— Хочешь поиграть? Хорошо. Давай. Сожми его, — он показывает мне как. — Теперь двигай быстрее. Вверх-вниз, — шипит сквозь зубы. Его глаза помутнели, а полные губы приоткрылись. — Да, Снежа. Просто охуенно.

Он откидывается на спинку. А я не могу сдержаться, снимаю футболку, под которой я полностью голая, трусь сосками об него, языком провожу по губам. Между ног опять мокро. Это нормально, что я его так хочу? Даже саднящая боль проходит, остаётся жгучее желание, чтобы он вошёл ещё раз. Желание заглушило боль.

Обхватила лицо, проникаю языком внутрь. На губах вкус кофе, которое мы пили в больнице. Мужское достоинство расположилось, как раз между складочек, где так горячо требует его. И разделяет нас только мои насквозь промокшие трусики. Он хватает меня за попу и я стону, опять пьяная от него.

— Как же я хочу войти в тебя, — он толкается вперёд, его дубина елозит между половых губ, задевая клитор, а желание кончить, становится неудержимым. Я двигаюсь вместе с ним мы ловим ритм. А провожу языком по бьющийся шее, с ума схожу от мускусного вкуса его кожи, его запаха, становлюсь похотливой самкой.

— Боже… Миша… Я так тебя хочу, — нереальные эмоции выбивают меня из колеи. По щеке катиться слеза. Которую он ловит языком, слизывает, сжимает грудь.

— Обалденный сиськи, — присасывается ко мне как пиявка. Я не хочу думать ни о чем, хочу чувствовать, как он так же сходит с ума. Я не одинока в своем безумии.

— Хочу, чтобы ты вошел в меня. И трахнул как днём.

— Потерпи, моя Снежинка. Пару дней. — Я обнимаю его за шею, двигаю бедрами быстрее.

— Ещё чуть-чуть. Я сейчас кончу.

Он шлепает меня по попе. Закипает мясо, вода с шипением льется на плиту. А мы не можем остановиться, гонимые одним желанием. Получить долгожданную разрядку.

— Кончай, — шепчет Миша возле моего уха. Я я срываюсь, кричу, уношусь на другую планету. Растворяюсь в нем. Член подо мной дергается, выплескивая жидкость.

— Сладкая, Снежа, — ставит мне засос на шее, прижимая ближе.

— Там вода кипит, — меланхолично замечаю её, кайфую от его рук.

— Нужно снять крышку, — хотя совсем не хочется. У Миши звонит телефон. Он смотрит на экран и хмурится.

«Жена». Гласит надпись.

Миша снимает меня с себя. И мне становится холодно и зябко на душе.

— Привет, Вика, — как ни в чем не бывало говорит Миша. Как будто не он лишил меня девственности, и не он кончил только что на меня.

— Как проходят съемки шоу? — он уходит, даже не смотрит в мою сторону. А я, потрёпанная, вся в его сперме иду снимаю крышку с кастрюли, вытирая слёзы.

Глава 6

Михаил

— Миха ты чего греешь то? — Влад кивает на стакан в руке. Я залпом выпиваю. — Я же говорил, что тебе прямая дорога в постель Снежки.

— Да не дошли мы до постели то.

— Ну и что теперь делать будешь?

— Не знаю, Влад. Самое поганое я у нее первым был. Попал я, брат. И легче не стало. Пиздец, как ее хочу. Ещё больше, чем прежде.

— А Вика как?

— Звонила. Прямо после того, как я кончил на Снежу. Голос такой грустный. Ревела. Говорит любит, скучает очень.

— А что ревела то? Знает про вас?

— Да вряд ли. Алекс, звездун этот, говорит совсем не такой, каким она его представляла. Бездарностью её называет. Считает, что он один такой невзьебенный мастер, а все остальные шелуха.

— Так возвращалась бы.

— Не может. Контракт подписала. Если только вылетит из шоу.

— И что будешь делать, когда вернется?

— Запутался я совсем. И Снежинку жалко и жену. Не бросишь же. Да эта страсть ненадолго. Отпустит и что тогда? А с женой столько лет вместе.

— Да не парься, Мих. Сними племяннице хату. Будет любовницей. А жена — это жена. Красивая она девка, Снежана. Жалко отпускать. Другому отдавать, — мысль, что она будет с другим, вызывает неконтролируемый приступ ярости.

Выпив ещё по одной, смотрю на телефон. Куча пропущенных от Снежаны. Прощаюсь с другом и еду домой на такси.

В доме тихо. Прохожу на кухню. Стол накрыт. Остывшее мясо, гарнир. Давно меня никто так не встречал. Иду в гостиную, чтобы выключить свет. Снежана спит,