Взрослая жизнь для начинающих - Виктория Рутледж

Айона все еще не в силах была поверить, что Крис смог предпочесть благотворительную работу такому необыкновенному человеку как Мэри. Да он еще миллион лет не сумеет найти другую такую женщину, и тем более не сможет убедить такую женщину выйти за него замуж. Как может работа, пусть и сколь угодно благотворительная, оказаться важнее этого? Но, напомнила она себе, с другой стороны, Ангус практически работает в пабе по две смены, чтобы не нанимать новых работников в бар, — однако тут же отбросила эту мысль. Недостойно так рассуждать. Она, по крайней мере, точно знала, где Ангус. И знала, с кем он.

Вот эта мыслишка и докучала ей, крутилась где-то в глубине сознания каждый раз, когда она видела Мэри. Может быть, есть еще что-то, что влечет Криса в Косово?

Она виновато пришла в себя, услышав голос Мэри, посмотрела на дорогу и в ужасе поняла, что стоит так близко за машиной впереди, что может прочитать заголовки в газете, лежащей там под задним стеклом.

— Отсюда можно выбраться, если ты вернешься тем же путем, что мы сюда приехали, и поедешь по… — Мэри пробежала глазами по автомобилям впереди них, и Айона увидела, что ноги у Мэри повторяют те движения, которыми нажимают педаль. — Выверни колеса до упора и делай разворот на сто восемьдесят градусов…

Со стороны водителя раздался невольный пронзительный вопль, и Мэри обернулась. Сама того не желая, Айона снова окаменела за рулем.

— Ох, придется вести мне, а то пока мы доберемся, Ангус будет уже в термоядерном настроении. — Мэри вздохнула, а Айона не стала ее спрашивать, из-за чего.

Айона понимала, что в пабе все идет более-менее благополучно благодаря ударной работе Мэри. Айона и Джим чахли на глазах, совмещая две тяжелые работы, вспышки гнева у Ангуса стали уже совершенно непредсказуемыми, а Мэри, несмотря ни на что, работала больше любого из них: полный рабочий день в школе, потом прямиком в паб, или же на эти маниакальные тренировки по силовой аэробике (Айона как-то раз сходила посмотреть, что это такое, а потом три дня ходила как кроманьонец).

Что же касается остальных, то Тамара, казалось, расцвела в лучах постоянного внимания (вот уж удивила так удивила, кисло подумала Айона, но тут же в раскаянии прикусила губу) как ее дружка — кухонного виртуоза и божества серфинга, так и всего потока ленивых журналистов, которые приходили, чтобы написать статью об их заведении. Нельзя было отрицать, что кухня у них с каждым днем становилась все лучше, и даже Айона была вынуждена признать, что в этом есть немалая заслуга Габриэла. Нед был таким же, как и всегда, но изнутри его озарял странный, нечеловеческой силы свет, который, возможно, сжигал его мозг, — а возможно, и нет. И с тех пор, как Тамаре наконец удалось заставить Келли в ужасе удалиться, — Айона не стала говорить Ангусу, что устное заявление Келли с просьбой об увольнении было связано с тем, что карты таро предсказали ей что-то недоброе, связанное с пивными бочками, — замену девушке так и не нашли, хотя Тамара и обещала кого-нибудь подыскать. Но это не помогло утихомирить мятежные настроения в команде, особенно если учесть, что Тамара с Габриэлом, судя по всему, на собственном опыте испытывали взятые из какого-то журнала рекомендации по поводу секса в самые неожиданные моменты.

— Остановись вот здесь, и я сяду за руль, — сказала Мэри.

— Где остановиться? — По обеим сторонам дороги были припаркованы машины, и Айона не видела между ними ни единого свободного места, а поток машин двигался со скоростью тектонической плиты.

— А, ну тогда вылезай, и я сяду на твое место.

— Мэри, нет… — Айона попыталась было протестовать и уже хотела было рассказать о том случае, когда машина Ангуса и мопед Тамары слились в экстазе, как персонажи любовного романа (в весьма извращенном вкусе) из жизни транспортных средств, но Мэри уже перешагивала правой ногой через ручной тормоз, — коротенькая джинсовая юбка задралась, обнажив ее пышное бедро. Айона безропотно открыла дверь и вылезла из машины.

Вот и она, самая низкая оценка за вождение, — думала она, когда понуро обходила машину спереди, опустив глаза вниз и видя только свои наводящие тоску «шоферские» туфли без каблука. Ты сообщаешь всем окружающим водителям, — точнее, подтверждаешь то, что они и так уже подумали, — что ты не в состоянии справиться с этой сложной новой ситуацией. Каждый урок с ее отцом заканчивался именно так. А последний (как потом оказалось) урок с ним закончился тем, что они вышли из машины вдвоем, и маме пришлось прийти и отвезти их домой. Хорошо, что доехали они только до конца своей улицы.

Айона пристегнулась, а Мэри завела машину и стала набирать обороты. Когда Айона ездила с Недом, пусть иногда у нее волосы вставали дыбом, но она чувствовала себя крутой, привлекательной и даже вполне компетентной. В машине с Мэри ей начинало казаться, что они оказались в фильме «Тельма и Луиза», — не потому, что они были беззаботны и свободны, а потому, что их наверняка уже преследовала группа захвата.

Хотя от одной только мысли о Неде щеки ее покраснели от стыда, а по всему телу прокатилась волна возбуждения, Айона напомнила себе о своем нравственном долге — помочь Мэри разобраться с той проблемой, которую та выражала весьма сложными литературными средствами.

— Ну, это тоже в своем роде напоминает жизнь, да? — попыталась она начать нужный разговор, пока Мэри включила поворотник, высунулась из окна, чтобы глянуть в глаза водителю машины, двигавшейся сзади, и вывернула руль до упора — все это одновременно.

— Это как? Спасибо, приятель, очень мило с твоей стороны! — иронично сказала Мэри, невероятным образом вырываясь из плотного потока; она стала поворачивать машину в обратном направлении.

«Как же люди умудряются так водить? Может, есть какая-то автошкола, где учат ездить по центру Лондона, и ей стоит пойти учиться туда?»

Айона обратила внимание, что Мэри, в отличие от Рона, имевшего все необходимые дипломы, не пользовалась ручным тормозом и явно не смотрела на «мертвую зону» тогда, когда это полагается делать. Кроме того, руль Мэри держала снизу, выигрывая в силе за счет большего рычага, — Айона подумала, что это выглядит круто, и постаралась запомнить этот прием, чтобы щегольнуть им перед Недом на ближайшем занятии.

— Напоминает тем, что, — Айона отчаянно импровизировала, — иногда ты застреваешь в пробках своей жизни, не можешь двигаться вперед и не видишь, что преграждает путь, и лучшее, что ты можешь сделать, — это выбраться оттуда и найти другую дорогу.

— Если ты можешь выбраться.

— Мэри, — обратилась к подруге Айона, забыв о метафоре и испытывая досаду, — на пассажирском месте уже можно спокойно порассуждать, — если бы ты объяснила мне, что делать, я бы наверняка с этим справилась.