Что нового, киска? - Александра Поттер

Секунду помедлив, Сэм нажал один из звонков, и тут же в нескольких окнах вспыхнул свет, шевельнулись занавески. Изнутри послышались громкие шаги, и после лязга десятка замков и задвижек дверь отворилась. На пороге стояла привлекательная блондинка лет тридцати. На ней было длинное стеганое пальто, желто-черный шарф и тяжелые ботинки модели явно до восьмидесятого года. Дилайла удивилась: Вивьен была совсем не такая, какой она ее представляла. И вдруг поняла, что слишком уж откровенно пялится на Вивьен.

Женщина шумно расцеловала Сэма в обе щеки, одновременно с подозрением поглядывая на Дилайлу.

– Центральное отопление приказало долго жить, – объявила Вивьен неприятным тягучим голосом, – отсюда и наряд. – Театрально всплеснув руками, она отступила в сторону. – Ты, значит, и есть бесстрашная северянка. Так войди же в мое скромное жилище.

Сэм быстро пробормотал извинения и, пообещав звонить, исчез, оставив Дилайлу на пороге обнимать Фэтцо и чувствовать себя, как маленькая девчушка в первый школьный день. Взволнованная, она проследовала за Вивьен через узкий и длинный холл, выкрашенный в чудовищный ярко-зеленый цвет. Она перешагивала через груды газет и журналов. Наконец они добрались до квартиры Вивьен и оказались на кухне.

– Извини за разгром, – прогудела Вивьен, сдвигая в сторону полупустые стаканы и переполненные пепельницы, чтобы освободить место на столе. – У меня вчера собиралась небольшая компания. – Она на мгновение отвлеклась, чтобы убрать пустой пакетик от презерватива, насаженный на штопор. – Увы, уборщица придет только в пятницу.

Справившись со смущением, Дилайла уселась на табуретку, обтянутую колючей дерюгой, и не обращала внимания на Фэтцо, который хныкал и обнюхивал одежды хозяйки, но в конце концов удовлетворенно замолчал, потому что обнаружил под столом остатки еды. А Вивьен тем временем быстро приготовила безвкусный травяной чай и без всякого вступления разразилась монологом. Начала она с бисквитов:

– Попробуй. Они без муки, без клейковины, без молока и без сахара. Но, увы, в них есть калории. – И тут же о преимуществах секса со старичком: – Его благодарность так трогательна.

Прошло минут двадцать, прежде чем Вивьен перевела дыхание.

– Так, значит, это с тобой Сэм встречается.

Дилайла даже подавилась бисквитом.

– Конечно, это не мое дело… – Голос Вивьен сорвался, не выдержав попытки изобразить безразличие, но тело выдало хозяйку. Она подобралась, как кошка, готовая сцапать малейший намек на сладкую сплетню.

– Нет, что вы, – живо возразила Дилайла. – Я познакомилась с Сэмом всего пару часов назад, когда упала в обморок у него в кафе.

Вивьен кивнула и вскинула брови, выражая полное недоверие.

Несмотря на то, что они только что познакомились, Дилайла почувствовала потребность оправдаться перед Вивьен.

– Я приехала в Лондон, чтобы встретиться с одним человеком.

Брови Вивьен взлетели еще выше и исчезли под челкой.

– Его зовут Чарли.

Хозяйка не отрывала глаз от гостьи и поджала губы. Дилайла чувствовала себя лимоном, из которого хотят выжать все до капли.

– Он продюсер на телевидении.

Дилайла странно ощущала себя, говоря о Чарли. Впервые она рассказала кому-то о его существовании. До этой минуты Чарли был ее тайной. Теперь она поделилась с Вивьен. Видимо, дело в том, что Вивьен не знает ее, а она не знает Вивьен. Рассказать ей – то же самое, что поделиться с незнакомцем. Это не в счет.

Вивьен отреагировала бурно. От восторга она с такой силой вцепилась в стол, что побелели пальцы.

– Продюсер с телевидения! Отлично, детка! Мужчина с телевидения – это большое подспорье. Где, черт возьми, ты его подцепила?

– В Брэдфорде.

– В Брэдфорде?

– В больнице.

– В больнице? – Видимо, Вивьен утратила свой словарный запас и стала пользоваться ресурсами Дилайлы.

– Мы встретились в экстренной помощи.

Вивьен шарахнула кулаком по столу.

– Все ясно. Ты – актриса. Так бы сразу и сказала.

– Актриса? – Настала очередь Дилайлы удивляться. – С чего вы взяли?!

– Ты же сказала, что встретила его на одной из этих телевизионных передач про врачей и больницы.

Ошибка Вивьен умилила Дилайлу.

– Нет, я сказала «в экстренной помощи», а не на ней. Я говорю о центральной больнице Брэдфорда, а не о программе «Экстренная помощь».

Вивьен была разочарована. Перегнувшись через стол, она сощурилась и посмотрела на Дилайлу в упор.

– Тогда что же ты такое?

Дилайла почувствовала себя неким неопознанным предметом, никогда прежде не встречавшимся на пути двуспальной Вивьен. Она было хотела придумать себе какую-нибудь экзотическую профессию, но что толку врать? Чтобы потом, попавшись на вранье, сгорать от стыда?! Разве зазорно быть безработной официанткой?

Она подалась навстречу Вивьен, так что они чуть не стукнулись лбами.

– Я безработная. С недавнего времени.

Впервые за все время разговора Вивьен перестала поджимать ярко-красные губы и расплылась в улыбке.

– Вступай в наш клуб, деточка. Мы все безработные. Вот только в Ноттингхилле это принято называть «фриланс».

– Почему?

– Почему? – Вивьен затушила сигарету в своей чашке и тут же закурила новую. – Дорогуша, от слова «безработная» разит скукой, и говорить так в самом деле скучно. А быть фриланс – значит предвкушать. Это как в аэропорту. Сидишь себе и попиваешь каппучино. Но вместо того чтобы ждать, когда объявят твой рейс, ты ждешь звонка своего мобильника. – Для пущей выразительности Вивьен театрально взмахнула руками, пепел с ее сигареты щедро посыпался в травяной чай Дилайлы. – И он обязательно звонит. Но это всегда бывает кто-нибудь из друзей, тоже фриланс. И ты чувствуешь огромное облегчение, потому что работать не хочет никто. Говоря по правде, мысль о настоящей работе просто пугает нормальных людей.

Дилайла с тоской посмотрела на свой чай. Фонтанирующая энергия Вивьен начинала ее утомлять. Дилайла украдкой взглянула на часы. Прошло всего пять минут с тех пор, как она смотрела на них в последний раз. Она чувствовала себя смертельно уставшей. Было трудно сосредоточиться на рассказах Вивьен, потому что в голове кружились совсем другие образы: Джун в поясе для чулок, испуганное лицо Ленни, усмехающийся Сэм в сандалиях… Неужели все это произошло за один-единственный день? Последние двадцать четыре часа тянулись, как двадцать четыре года. Дилайла попыталась подавить зевок – ничего не вышло.

– Я покажу тебе твою комнату. Ты, наверно, устала, – наконец-то догадалась Вивьен.

– Нет-нет, ничего, – вяло возразила Дилайла, но глаза закрывались помимо ее воли.

– Бедняжка, – вздохнула Вивьен. – Мне достаточно пять минут проехаться в метро, и я уже умираю от усталости. Впрочем, вы, северяне, известны своей выносливостью. Стоит взглянуть на жителей Кэти и Хитклиффа – как они носятся по своим болотам.