Ангел в аду - Люсинда Эдмондз

– Конечно, доктор, спасибо. Встретимся через месяц.

Бетина вышла от доктора и зашла в бар. Она пила кофе и делала подсчеты. Если то, что сказал Даниелз, было правдой, то ребенок был зачат в июле. Джина приехала в Париж в середине июля, а Джерард вышел из комы только в конце месяца.

Джерард не мог быть отцом ребенка Джины.

Все вставало на свои места.

Возможно ли, чтобы Джерард узнал, что ребенок не его? Не потому ли он изменил свое завещание? Нет, конечно, как бы ни был Джерард расстроен тем, что ребенок не его, он бы никогда не унизил Джину. И Джина тоже знала, что ребенок не Джерарда. Поэтому она и не хотела оспаривать завещание.

Бетине хотелось узнать, кто же настоящий отец ребенка. Кто может это знать? Конечно же Хилли, деловой партнер и подруга Джины. Бетина уже разговаривала с ней, когда Хилли звонила в Лонгдейл Холл и искала Джину, и записала номер ее телефона.

Бетина направилась к телефонной будке. Она набрала номер, быстро переговорила с Хилли и на Оксфорд Стрит остановила такси.

– Спасибо тебе большое, Хилли, что уделила мне внимание. Что ты будешь пить?

Они назначили встречу в маленьком винном погребке, недалеко от их магазина на Ковент-Гарден. Бетина заказала белого вина.

– Бетина, я очень беспокоюсь из-за Джины. Ей не следует жить одной, пока она беременна и, к тому же, после шока из-за потери мужа.

– Я знаю, Хилли, ты хорошая подруга Джины, и мне необходима помощь. Когда Джина сказала, у нее должен появиться ребенок?

– В мае. А что?

– М-м. Мы с Джиной ходим к одному акушеру. Я только что была у него на приеме, и он сказал мне, что ребенок должен родиться в апреле.

Хилли была озадачена.

– Тогда почему Джина сказала мне, что…

– Доктор, который в Париже установил ее беременность, ошибся. Джина сама узнала об этом несколько недель назад. Я сделала кое-какие подсчеты и убедилась, что это не может быть ребенок Джерарда.

– О мой Бог! Тогда, должно быть, отец – Чарли.

Наступила пауза, Бетина уставилась на Хилли.

– Ты говоришь о Чарли Девероксе, писателе? – еле слышно прошептала Бетина.

– Точно так. Я все эти месяцы пыталась выяснить, что же произошло. За два дня до отъезда в Париж, Джина позвонила мне из Милана и сказала, что они с Чарли решили пожениться. О, Бетина, они так любили друг друга. Если честно, я не могла поверить в то, что Джина выходит замуж за твоего брата. С тобой все в порядке, Бетина? Ты так побледнела!

– Извини, все нормально, – Бетина сделала большой глоток вина. – Джина никогда не говорила мне о Чарли. Я понятия не имела. Это Чарли сказал мне, где можно найти ее, когда я искала Джину. Но он ничего не упомянул такого, чтобы я могла предположить об их свадьбе.

– Я не знаю, что, черт возьми, происходило. Я несколько раз разговаривала с Чарли, но он мне ни слова об этом не сказал. Интересно, почему Джина не рассказала тебе, – удивление Хилли было искренним.

– Теперь я знаю на все ответ. Вина. Добрая старая вина католической девушки, которой у Джины было в избытке. Она чувствовала свою ответственность за то, что произошло с Джерардом, и, скорее всего, никого не хотела расстраивать тем фактом, что любит другого мужчину. Очень благородно, но так глупо.

– Значит, ты говоришь, что Джина вышла замуж за твоего брата из-за чувства вины?

– Что-то вроде этого. Мне кажется, она невероятно беспокоилась из-за Джерри, но… – Бетина начала вспоминать кое-что, связанное с Чарли, о нем упоминал Джерард перед смертью. – Хилли, мне прямо сейчас нужно вернуться в Йоркшир. Пожалуйста, не говори о нашей встрече Джине. Мне необходимо кое-что проверить.

– Конечно. Я не скажу ни слова. Держи меня в курсе, хорошо?

– Да, спасибо, Хилли. Ты невероятно помогла мне. Я позвоню тебе. Пока.

Ошеломленная Хилли смотрела, как Бетина поспешно покидала бар.

Через четыре часа Бетина приехала домой и сразу же направилась в библиотеку. В поезде, по дороге в Харрогейт, она связала почти все обстоятельства воедино.

«Пьеса-разгадка», – шептала она про себя, когда доставала томик из книжного шкафа. Джерард попросил поставить ее книгу на полку, так что она знала, где ее найти. Она быстро пролистала книгу, пока нашла абзац, который в тот вечер прочел ей Джерард. Он был подчеркнут его черной авторучкой.

Она еще раз прочла его про себя, «…последнее желание – дать ей свободу и вернуть людям, нуждающимся в ней. И, самое главное, я не хочу, чтобы она чувствовала себя виновной… настала ее очередь…»

Бетина откинулась на спинку кресла, и слезы покатились по ее щекам. Она оплакивала своего брата, которого она так сурово осудила, и девушку, которая так сильно любила его, что ради него пожертвовала своим счастьем.

Теперь она все поняла. Джерард изменил свое завещание, чтобы дать Джине свободу, чтобы она могла жить своей собственной жизнью с мужчиной, которого любила, чьего ребенка носила. Не обремененная ответственностью за Лонгдейл Холл и титулом. Должно быть, Джерард знал, что ребенок был не его. Она вспомнила, как он спросил о Чарли и просил беречь Джину и следить, чтобы у нее все было в порядке. Он доверил своей сестре будущее счастье Джины.

Бетина очень долго просидела в библиотеке, вся погруженная в мысли и, думая, как бы опять соединить Чарли и Джину. Джине необходимо знать, чего хотел Джерард. Ее ослепила ее собственная вина из-за смерти Джерарда, и она не могла разобраться сама, что Джерард пытался сделать для нее.

Но должен быть путь…

Через час Бетина отправилась на поиски Фредди.

Она налила им два больших стакана бренди и усадила его поудобнее в гостиной.

– Послушай, дорогой. Я хочу рассказать тебе одну историю. Она очень необычная, но ты увидишь, совершенно правдивая. И потом я скажу тебе, как я собираюсь устроить счастливый конец всему этому…

Глава 77

Без десяти восемь Чарли прибыл в дом на Честер Сквер. Когда три дня назад ему позвонила Бетина и сказала, что хочет встретиться с ним и поговорить о Джине, он хотел сказать «нет», но не смог. Он позвонил в дверь, проклиная себя за свою слабость. Дверь открыла служанка.

– Добрый вечер, мистер Деверокс. Пожалуйста, пройдите за мной. Леди Роддингтон просит ее извинить, но она немного задерживается. Можно предложить вам что-нибудь выпить, пока вы будете ждать?

– Джин с тоником будет в самый раз, спасибо.

– Очень хорошо, сэр.

Служанка вышла из уютной гостиной. В камине горел огонь. Чарли сел в одно из огромных кожаных кресел и взял газету.

Служанка принесла ему джин с тоником, и в дверь опять позвонили.

Джина с неохотой ждала этого вечера. Она едва не отказалась, когда ей позвонила Бетина и настояла на встрече в доме на Честер Сквер, уверяя, что это очень срочно и связано с Джерардом. До Рождества оставалась неделя, и у «Милли» был самый напряженный период. Она выслушает Бетину и сразу же вернется в Лейкстер.