Привет, прощай и все, что между ними - Дженнифер Е. Смит

Когда он снова выкрикивает ее имя, она наконец слышит его.

– Привет! – кричит Клэр в ответ, и тогда Эйден разворачивается и показывает на что-то у себя за спиной.

– Ты видела?

– Я вообще ничего не вижу!

– Я сделал это! – Эйден продолжает плыть к ней, задыхаясь. – Я правда сделал это!

Когда он оказывается рядом, Клэр обнимает его и чувствует, как расслабляются его мышцы. Эйден обхватывает ее за талию. Какое-то время они, вцепившись друг в друга и продолжая перебирать ногами, так и держатся на воде, слишком запыхавшись, чтобы говорить.

– Я люблю тебя, – тихо произносит Клэр, и Эйден закидывает голову, чтобы посмотреть на нее. С его носа свисает капелька воды, а глаза такие синие, что их видно даже в темноте.

– Что это сейчас было? – с улыбкой спрашивает он. – По-моему, мне в уши попала вода. Можешь повторить еще раз?

Она качает головой, еще сильнее цепляясь за него.

– Я люблю тебя, – снова говорит Клэр.

Стоит ей это сказать, как их подхватывает волна, приподнимает, а потом опять опускает. Это похоже на американские горки, на наезд на кочку – такое ощущение, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди или что ты летишь.

Эйден целует Клэр. Его губы холодные и мокрые, а тело в мурашках. Но тепло его поцелуя согревает ее изнутри.

– Я тоже тебя люблю.

Клэр чувствует, как он дрожит, и только тогда понимает, что и ее саму всю трясет от холода.

– Нам пора возвращаться, – говорит она, но Эйден лишь крепче обхватывает ее.

– Не сейчас, – тихо возражает он. – Еще несколько секунд.

Клэр не спорит.

Она тоже еще не готова его отпустить.

Остановка четырнадцатая

Дом Галлахеров (опять)

04.48

Даже когда они на цыпочках поднимаются в комнату Эйдена, он все еще продолжает вспоминать события этой ночи.

– Это как играть в кольцеброс на ярмарке, – шепчет Эйден с восторженным выражением лица. Он останавливается, чтобы показать Клэр, как с третьей попытки ему удалось накинуть плавательный круг на тощую фигурку Расти, но она толкает его вперед.

Пожалуй, это худшее место в мире для подобных историй. Они стоят на лестнице, а его родители спят всего в нескольких метрах от них. С их одежды на уродливый серый ковер капает вода, и Клэр по-прежнему стучит зубами. Там, в озере, в тот момент, когда адреналин сменился облегчением, ее начала бить дрожь – и до сих пор не отпускает. Все в ней – от кончика носа до пальцев ног – замерзло до окоченения, и поэтому, когда Эйден опять оборачивается, она в который раз подталкивает его вперед.

– Толстовка! – напоминает ему Клэр.

– Точно! Прости. – Однако Эйден проходит пару шагов и опять останавливается. – Это было так круто!

Клэр кивает:

– Очень, очень круто.

Они заходят в комнату Эйдена, и он принимается рыться в куче одежды, валяющейся у его кровати.

– Гарвард или Калифорнийский университет? – спрашивает он, поднимая две огромные толстовки.

– Хороший вопрос, – отвечает Клэр, а потом протягивает руку и берет синюю, на которой огромными буквами написано: «УКЛА[20]».

Эйден улыбается:

– Хороший выбор.

– Согласна, – говорит Клэр, стягивая мокрое платье и буквально утопая во флисовой толстовке, низ которой доходит ей почти до колен. – Есть для меня еще что-нибудь?

Эйден бросает ей пару серых спортивных штанов. А потом, до кучи, еще и шерстяные митенки.

– Догадываюсь, что это шутка, – натягивая их, отвечает Клэр, – но я их надену.

Они оба переоделись, и Эйден с улыбкой смотрит на Клэр. Она утопает в его толстовке, а штаны, хоть и подвернутые несколько раз, свисают почти до пола. Клэр тихо хлопает в ладоши, наслаждаясь ощущением митенок.

– Идеально, – говорит она. – Что теперь?

Эйден на секунду задумывается.

– Предлагаю горячий шоколад.

– Гениально! – хвалит Клэр.

Эйден, подходя к двери, хватает подол толстовки и натягивает на ее голову.

– Вот теперь идеально, – с ухмылкой говорит он.

Спустившись вниз, они достают из шкафа банку какао и пару кружек, затем разогревают молоко. Они изо всех сил пытаются вести себя тихо, скользят в носках и стараются закрывать каждый шкаф с преувеличенной осторожностью. Когда горячий шоколад готов, Клэр и Эйден усаживаются за кухонный стол и обхватывают кружки руками, наслаждаясь теплом, и только потом делают глоток.

– Поверить не могу, что мы это сделали! – через какое-то время говорит Эйден.

– Ты это сделал, – поправляет его Клэр.

– Ну да! – Эйдена вновь переполняет гордость. – Технически говоря, да, похоже, именно я спас неофициальный городской талисман, который барахтался там годами, и никто не мог ему помочь.

Клэр прячет улыбку за кружкой:

– Какой ты скромняга!

– Но ты приплыла за мной, – наклоняясь над столом, продолжает Эйден. – Ты позабыла о своих правилах. Ты не думала, что это идиотизм, когда прыгнула в воду посреди ночи. Взяла и сделала это!

– Да, но…

– Да, но ничего! – ударяя кулаком по столу так, что задрожали кружки, восклицает Эйден. – Хватит уже так за все переживать! Не пойми меня неправильно, мне нравится, как ты рассуждаешь, но, когда отключаешь рассудок, посмотри только, что получается!

– Я начинаю думать идиотские вещи?

– Нет, я не это имел в виду. А то, как ты переживаешь из-за специализации, и своего будущего, и всех тех…

– Верно, обо всех этих мелочах.

– Та версия тебя сидит на берегу. Но на самом деле тебе просто нужно войти в воду.

Клэр опускает голову:

– Может быть.

– Ведь колледж – это не только учеба. Ты пробуешь что-то новое, пусть даже это окажется ошибкой. Если ты перестанешь так накручивать себя, то, может, станешь получать от жизни еще больше удовольствия. – Эйден откидывается на спинку стула, очень довольный собой. – В общем, такова моя философия.

Клэр смеется:

– Ты под чем-то?

– Конечно! Я гениален в умении давать советы.

– И спасении буев.

– Да, и в этом тоже.

Эйден улыбается ей через стол. Он долго смотрит Клэр в глаза. Так долго, что она невольно начинает гадать, думает ли он о том же, о чем и она: что случившееся в озере – и в подвале ее дома – может как-то изменить их ситуацию. Возможно ли, что маятник качнулся в другом направлении? Возможно ли, что у них все-таки есть шанс?

Возможно ли, что именно этого она и хочет?

Словно прочитав ее мысли, Эйден поднимает кружку.

– За тебя и меня, – провозглашает он тост, и они чокаются так, что шоколад переливается через край.

Клэр хочет вытереть шоколадное пятно рукавом, но Эйден поднимает руку, чтобы остановить ее. Он показывает на логотип на толстовке.

– Пожалуйста!