An ordinary sex life (OSL) - Астердис

      «Ммм…» Она сопротивлялась, подавшись назад и притягивая меня к себе. Она приложила руку к моей груди и наклонилась, чтобы украсть поцелуй с моих губ, пробормотав по дороге: «Это похоже на удобное уединенное место, чтобы раздеться».

      «Это так», ответил я, стараясь отодвинуться от нее, прежде чем она поцеловала меня. «Но не здесь. Пойдем…»

      Эмбер почувствовала мою тревогу и нахмурилась. Но она позволила мне вытащить ее с поляны и вернуться на тропу. И молча я начал уводить ее в другое место.

      ***

      Я забыл об Авроре к тому времени, когда моя крепкая эрекция легла в борозду киски Эмбер. Моя девушка лежала на спине, широко раздвинув бедра в приглашении, когда я лежал на ее теле, медленно волоча нижнюю часть моего члена и яиц по ее незащищенному клитору.

      Великолепная блондинка хныкала подо мной, ее твердые как алмазы кончики сосков царапали мне грудь. Ее рот охотно открывался, чтобы принять мой язык каждый раз, когда он входил внутрь, и она поднимала свой собственный, чтобы встретить его дружескими щекочущими прикосновениями. Ее руки держали меня за плечи, не лаская или поглаживая, а просто держась, пока она сосредоточивалась на ощущениях, которые я производил в ее теле. Возможно, Эмбер и была врачом, но я давно доказал, что мне не нужна степень, чтобы разбираться в ее анатомии.

      Легкий ветерок унес жар и капли пота, стекавшие по моей спине. Наши тела были защищены от солнца толстым покровом из листьев над головой. И наша нагота была скрыта красивой живой изгородью слева от меня. Эта поляна была еще в пятнадцати минутах пешком от нашей с Авророй особой поляны, и она была не такой живописной, но все же достаточно красивой. Я мог представить, как снова и снова возвращаю сюда Эмбер.

      Мой член плавно скользил по слою влажной смазки. Я был уверен, что большая вена, проходящая под моим стволом, стимулирует клитор Эмбер уникальным растирающим движением. И когда кончики ее пальцев впились в мои плечи и ее рот открылся в беззвучном крике, я отодвинул свой член, затем опустил головку вниз и осторожно вставил его в ее влажное, изнывающее в жажде оргазма лоно.

      «Оххх, Бен», захныкала Эмбер, когда я вошел в нее, ее нижняя губа дрожала. «Ты заставляешь меня чувствовать, как будто я теряю девственность».

      Это вызвало легкую улыбку на моем лице, и, вспомнив боль, с которой большинство девушек лишается девственности, я сосредоточился на том, чтобы быть как можно более нежным, медленно вкладывая свой член в ножны до самого конца. Вагинальный канал Эмбер был изящно тугим, когда она сжалась в оргазме, но по мере того, как момент постепенно прошел, я почувствовал, как ее стеснение отступает. Завершив кульминацию, 24-летняя белокурая красавица уронила голову на одеяло позади себя, а затем потерла мое плечо, чтобы продолжить.

      Я отстранился, пока гребень моей головки едва удерживался на внутренней стороне ее половых губ. Эмбер застонала: «Оооо…», когда она почувствовала, как я отступаю, тот же гребень царапал все ее внутренние нервы на этом пути. И после кратчайшей паузы я снова продвинулся до конца.

      «Так хорошо, Бен…» вздохнула она, закрыв глаза и откинув голову назад.

      «Так изысканно, Эмбер…»

      «Я люблю тебя…» простонала она.

      «Я тоже тебя люблю…» простонала я.

      Сделав глубокий вдох, грудь Эмбер расширилась. Ее идеальная грудь прижалась ко мне, и, открыв глаза, она подарила мне сапфировый блеск и небесную улыбку. «Занимайся со мной любовью», напевала она.

      Так я и сделал.

      Механика была неважна. Я не думал о технике. Я не думал о руководстве пользователя. С годами я узнал, что существует очень важная разница между занятием любовью и сексом. И не менее важна разница между физическим и эмоциональным удовольствием.

      Самая важная часть сексуального удовлетворения для девушки — это не оргазм; это связь с человеком, с которым они находятся. И я был чертовски уверен, что Эмбер почувствовала, насколько я эмоционально связан с ней.

      Эйфория была сильной. Действительно, это было невероятно. Я не мог поверить, как приятно входить и выходить из ее тела, хотя я не двигался в ней сознательно. Наши движения были автоматическими. Наши действия были в полной гармонии. Мы действительно занимались любовью, и в то же время мы были «влюблены», как говорят в фильмах. Это было легко. Это пришло само собой. Это было идеально.

      Она прижала к себе мое более тяжелое тело, таким чудесным образом раздавив себя подо мной. Мои локти впились в одеяло, удерживая мою грудь выше ее, но она продолжала тянуть меня за спину, пока я буквально толкал все ее тело вниз всем своим существом с каждым толчком. Наши рты были соединены так же крепко, как и чресла. Ее ноги были переплетены с моими, ее пятки впивались в мои икры, как будто отчаянно пытаясь сблизить нас хотя бы на долю дюйма. И по мере того, как мы ускорили наши движения, я почувствовал, как её и мой оргазмы нарастают вместе.

      Это было так хорошо. Это было так прекрасно. Я занимался любовью с ангелом. И этот плотский акт станет символом непреходящей страсти, которую мы будем испытывать друг к другу всю вечность.

      «Мамой» она назвала мою мать. Это был всего лишь вопрос времени.

      Я с трудом мог поверить, что мы были вместе всего 11 дней. 11 ДНЕЙ! Серьезно? В то время, когда моя жизнь достигла дна, когда даже мой эмоциональный отскок с Линн рухнул, она вошла в мою жизнь. Ее время было идеальным. Ее любовь была сильной. За такое короткое время она так много стала значить для меня. Как будто мы всегда должны были встретиться друг с другом. Черт возьми, в тот первый день, когда мы встретились в BioGen, она прекрасно это сформулировала:

      Это, должно быть судьба.

      Я открыл глаза, готовый увидеть свою настоящую любовь. И действительно, открыв их, я увидел свой Рассвет.

      Моя голова дернулась. Аврора?