Черный код - Вергилия Коулл

– Хочешь, чтобы я остановился? – с надрывным стоном произносит Макс и при этом продолжает двигать бедрами мне навстречу так, что мой рассудок просто отключается.

Я способна лишь отрицательно помотать головой, осторожно, чтобы не поцарапать его зубами.

– Хорошо… – выдыхает он, – потому что я уже не могу остановиться…

Я стою перед ним на коленях на деревянном полу и чувствую, что сама могу кончить в любой момент. Макс чуть наклоняется, дотягивается одной рукой до моей груди, двумя пальцами терзает по очереди каждый сосок сквозь одежду. Я только мычу и мотаю головой. Кто кого пытает сейчас? Хриплые стоны Макса сводят с ума, и я впиваюсь ногтями в мышцы на его бедрах. Проще было бы вонзить ногти в камень – настолько они твердые и напряженные от бешеной скачки, которую он устроил в моем рту.

С головокружительной скоростью Макс подходит к оргазму, это ощущается по тому, как увеличился его член. Я едва успеваю глотать воздух в перерывах между его вторжениями. Внезапно Макс замирает, вытягивается, как струна, и изливается в меня, подрагивая от каждого толчка, идущего изнутри. Судорожно втягивает воздух носом. По моей спине бегут струйки пота. Я настолько возбуждена, что остаюсь в прострации, даже когда Макс выходит из меня и нежно проводит кончиком пальца по губам. Просто сижу и беспомощно смотрю в одну точку, еще переживая внутри те мощные волны наслаждения, которые только что испытала вместе с ним.

Не позволяя опомниться, Макс поднимает меня на ноги. Я вынуждена попятиться назад до тех пор, пока глухой звук не сообщает о том, что моя спина встретилась со стеклянной стеной. Торопливыми небрежными движениями Макс задирает мою юбку, опускается на колени, как стояла я совсем недавно. Снимает с меня туфли и стягивает колготки вместе с трусиками. Закидывает одну мою ногу на свое плечо и с урчанием прижимается лицом к моей промежности. Я успеваю только откинуть голову и зажмуриться. Рот сам собой широко открывается, но из горла не выходит ни звука. Ногти скребут по стеклу. Я готова свалиться на пол, но Макс не дает, поддерживая меня под бедра.

Мое тело буквально ликует в его руках. Распаленный от страсти разум отключается настолько, что я сама поражаюсь, как еще способна удерживать сеанс. Язык Макса обводит мои складки, с влажным отзвуком погружается между них, легонько скользит по поверхности. Губы то отрываются, чтобы прижаться к внутренней поверхности бедра, и тогда я возмущенно всхлипываю, то накрепко присасываются к чувствительному бугорку между ног, и в такие моменты из меня вырываются жалобные крики.

– Давай… – бормочет Макс, – кончи для меня… кончи, как тебе этого хочется.

Я хватаю его за короткие волосы на макушке и заставляю прижаться к себе. Меня сотрясает первый спазм, но язык Макса ни на секунду не останавливается, и с каждым новым ударом ощущения множатся, пока не превращаются в одну бесконечную дикую волну оргазма.

Мои колени окончательно подгибаются, и я падаю в руки Макса. Он несет меня куда-то и ругается сквозь зубы. Переворачивает и укладывает животом на что-то мягкое. С трудом разлепив веки, понимаю, что просто перекинута лицом вниз через спинку дивана. Я не помню, когда и как создавала эту мебель, но мне уже все равно.

– Прости, но ты так стонала, – извиняется Макс, раздвигая мои бедра и вклиниваясь между них, – что снова возбудила меня по полной программе.

И, похоже, эта полная программа ждет меня, потому что я вскрикиваю от первого толчка и чертовски глубокого проникновения. В такой позе мой зад торчит кверху, все движения скованы, а у Макса, напротив, полная свобода действий, чем он с удовольствием пользуется. После оргазма все его движения ощущаются особенно остро, словно я теснее раза в два, а он, наоборот, во столько же раз больше. Судя по резким выдохам Макса, не одна я чувствую такую остроту. Он входит в меня особенно плотно, так что дальше уже некуда. Все, что могу – лишь стонать в ответ, и это распаляет его все сильнее. Еще несколько подобных движений – и мы оба окончательно растворяемся в наслаждении.

В доме на побережье мы проводим весь день.

– Как ты это делаешь? – смеется Макс, когда я из воздуха сооружаю ему барную стойку и кухонный уголок.

– Ты тоже можешь. Я сейчас дарю тебе такую возможность. Просто представь…

В дальнем углу появляется большая круглая кровать без подушек. Мы переглядываемся, и я с осуждением качаю головой, а Макс невинно улыбается.

– Первое, что пришло в голову, – пожимает плечами он.

Закат мы встречаем на террасе. Валяемся на шезлонгах, подставляя тела угасающим солнечным лучам. Старательно отгоняю мысли о том, что пора уходить. Нелегко отсюда выбираться в такую враждебную реальность. Замечаю, что Макс задумался. Он смотрит вдаль с отсутствующим видом, и мне становится интересно, что же захватило все его внимание.

– Все-таки строишь планы?

– М? – оживает он. – Нет, вспомнил кое-что…

– Приятное?

Взгляд у Макса очень расфокусированный и мечтательный. Я даже не сомневаюсь, что угадала.

– Да. Вспомнил, как в первый раз тебя увидел.

Я уже знаю, что это случилось совсем не в ту встречу в кабинете для допросов, и мне становится еще интереснее.

– Покажешь?

Макс расслабленно кивает, и я перевожу взгляд на океан, который медленно рассеивается, превращаясь… в лужайку.

Лужайку? Это мгновенно возвращает трезвость моему рассудку. Я думала, что Макс увидел меня на фотографии, откуда же эти воспоминания? Бросаю косой взгляд на своего мужчину. Похоже, он забылся и перестал контролировать то, что нужно скрывать от меня. Покусывая губу, смотрю дальше.

Это уже не лужайка, а огороженное пространство на открытой местности. Загон для животных. Сердце замирает. Это конная школа! Очертания зданий вдали кажутся знакомыми. Я ходила в конную школу, когда училась еще в девятом классе.

По кругу бегает серая в яблоках лошадь. На ней сидит девочка. По коже продирает морозец, когда узнаю знакомые угловатые очертания фигуры, длинные темные волосы до поясницы. Такой я была лет в пятнадцать. Лошадь поворачивает, вижу лицо наездницы…

Господи. Меня словно столкнули в бесконечную пропасть, я падаю и не могу остановиться. Только холодеет в груди. Как сомнамбула, поднимаюсь, делаю несколько шагов вперед, перехожу от дома на побережье на этот луг. Наклоняюсь, чтобы выдернуть травинку, но не могу этого сделать. Резко поворачиваюсь к Максу. Это не фантазия, не просто совпадение, это его воспоминание! Он видел меня еще подростком! Я прекрасно запомнила конную школу и даже тот день, потому что тогда свалилась с лошади и сломала руку, после чего все мои уроки верховой езды навсегда закончились.