Во имя денег - Юлия Шилова

– Санечка, сынок… Они что-нибудь с тобой сделали? – рыдала я, целуя загорелые щечки.

– Я жду Дога. Мы с ним пойдем рыбачить на озеро, а ночью приедет папа.

– Кто приедет? – уточнила я.

– Папа. Дог сказал, чтобы я его обязательно дождался: папа привезет много подарков.

– Нет, Санечка, папа не приедет. Он больше никогда не приедет, не жди его…

– Да все нормально с твоим пацаном, – не выдержав, влезла Наташа. – Мне за ним ведено присматривать. Ему тут нравится. Он бегает, мороженое лопает.

– Где Лютый?

– Лютый с братвой на разборки уехал.

– Там на КПП охранников убили…

– Да знаю я! Приехали какие-то отморозки, пальбу подняли. Лютого хотели замочить, но он успел спрятаться. А ты разве ничего не слышала?

Туг такой грохот стоял!

– Жаль, что его не замочили, – не слушая ее, произнесла я. – Из-за этого козла столько невинных людей пострадало! А почему трупы никто не убирает?

– А некому их убирать. Все в погоню помчались. Дог велел ничего не трогать. Ну, Кать, ты даешь! Не я ж их убирать буду! Я крови с детства боюсь. Пацаны приедут – займутся.

– Саша, пойдем, – сказала я, потянув сына за собой. – Бабушка без тебя плачет. Пойдем, сынок.

– Что это она плачет? Я ж с ней недавно виделся. Она сама сказала, чтобы я к папке ехал.

– Пойдем, Саша. Не задавай лишних вопросов. Нам нужно побыстрее отсюда уносить нога.

– А ну посади ребенка на место, – насторожилась Наташа. – Я за него головой отвечаю. Лютый сказал, что, если ребенок пропадет, он мне голову прострелит..

– Да пошла ты, – крикнула я, прижав Саньку к себе. – Это мой сын, понятно?! Не лезь не в свои дела!

– Санька отсюда не уйдет, пока Лютый не приедет. Садись, Катька, пей коктейль и жди пацанов. Я тебе ребенка не отдам. Мне жить хочется!

– Перехочется, – сузив глаза, сказала я и достала пистолет. – Не ори, Наташка, я не хуже Лютого стрелять умею. Там уже два трупа валяются.

Ты будешь третьим. Какая разница, одним больше, одним меньше…

Официантка, побледнев, попятилась к барной стойке.

– Ухты! – восхищением выдохнул Санька. – Мам, а он настоящий? Дашь пострелять. Это тебе папка подарил?

– Настоящий, сынок, настоящий, – тихо сказала я и посмотрела на Наташу. – Слушай меня внимательно, девочка. Мы с сыном сейчас уйдем. Ты остаешься здесь и будешь смотреть свой сериал: Молча. Попробуешь шевельнуться – пеняй на себя.

– Лютый все равно тебя найдет и отберет пацана, – прошептала она.

– Это уже не твое дело. Можешь ему передать, что если он хоть пальцем дотронется до моего сына, то сначала я прострелю ему яйца, а потом голову. Если он хочет со мной встретиться и узнать, где деньги, пусть ждет звонка. Я сама выйду на связь. Пошли, Саша, нам с тобой надо торопиться.

Взяв Саньку за руку, я вывела его за территорию, попросив закрыть глаза на КПП. Поймав на шоссе попутку, мы с ним поехали в город. То и дело посматривая на пакет, Санька улыбался.

– Мама, теперь мы с тобой никого не боимся, – заговорщицки прошептал он, дотянувшись до моего уха. Нам теперь ничего не страшно.

– Конечно, сынок, – вздохнула я.

Мать нам открыла сразу, как будто весь вечер простояла у дверей. Не сказав ни слова, она подняла Саньку на руки и в голос зарыдала.

– Мам, прекрати, – сказала я. – Ну все же нормально. С Санькой ничего не случилось. Я ж тебе говорила, что я его привезу… Давайте-ка собирайтесь на дачу. Вам тут нельзя оставаться. Отдохнете пока там, а я попробую все уладить.

– Это все твой проклятый Паша! Я с самого начала была против твоего замужества!

– Не кричи, а то соседи сбегутся. Забудь о нем.

– Бабуля, прекрати! – торжествующе встрял Санька. – Нам теперь с тобой ничего не страшно.

У нас мама знаешь какая храбрая. Она одну тетю в кафе до смерти напугала! У нас теперь есть пистолет, во как!

– Какой еще пистолет? – Мать с недоумением посмотрела на меня.

– А ну-ка, Саша, марш к деду в комнату. – скомандовала она и перевела взгляд на мой пакет – Доченька, откуда у тебя пистолет, – спросила она, когда Санька ушел.

– Мама, долго рассказывать. Собирайтесь на дачу. Я должна убедиться, что вы уехали.

– Катя, что происходит?! Как ты можешь спокойно разгуливать с пистолетом по улицам? А если тебя остановит милиция и проверит пакет?!

Да ведь за это же срок дают!

– Я сейчас напишу заявление. Мол', нашла пистолет и иду сдавать в милицию. С таким заявлением сколько угодно можно ходить… Мам, я без пистолета не могу. Это равносильно, что без трусов ходить… Мне он сейчас как никогда нужен.

Усадив мать на стул, я вкратце рассказала о том, что произошло в Париже. Она слушала меня не перебивая. В глазах ее застыл ужас.

– Все уже позади, мамочка, – закончила я. – Теперь мне нужно встретиться с Лютым и переговорить с ним, а потом я смогу вернуться домой.

– А ты уверена, что Лютый поверит тебе? – тихо спросила мать и смахнула слезы.

– Уверена. Я приеду к вам на дачу, когда все завершится. Ты только Саньку береги… Мать тяжело поднялась и ушла собирать вещи. Написав заявление, я обмотала пистолет куском мягкой ткани и сунула его в сумку.

– Мы готовы, дочка, – сказала странно спокойная мать. – Пора идти.

На улице я поцеловала Саньку.

– Береги бабушку и дедушку, я скоро к вам приеду…

– Конечно, мама, я ведь большой, – с гордостью произнес сын и с важным видом сел в машину. Поманив меня пальчиком, он высунулся в окно, и прошептал:

– Только пистолет не потеряй. Он Нам еще пригодится!

– Не потеряю, – пообещала я и взъерошила ему волосы. – Саня, ты о пистолете никому не рассказывай. Пусть это будет наша с тобой маленькая тайна. Ты умеешь хранить тайны?

– Конечно, я же мужчина!

– Ну все, мужчина, уезжай на дачу и жди меня.

Проводив глазами старенький «москвич», я медленно побрела по двору. На улице совсем стемнело. В окнах горели яркие огни. «Нормальные люди ужинать садятся, – подумала я, тяжело вздохнув. – Котлеты разогревают, ставят тарелки на стол… Потом будут телевизор смотреть, спать лягут.., в свою постель. А я тут бегаю.., с пистолетом в руках. Надоел мне этот боевик, надоел!»

Резкий визг тормозов заставил меня вздрогнуть. Обернувшись, я увидела, как из джипа, остановившегося у подъезда родителей, как горох, посыпались братки и толкая друг друга, вбежали в дом. Через несколько минут они, вернувшись ни с чем, сели в машину и уехали. Прижав руки к побледневшим щекам, я с трудом сдержала крик: задержись мать с отцом ненадолго – их бы убили у меня на глазах.., вместе с Санькой… О черт!

Открыв сумку, я взглянула на пистолет и, убедившись, что он лежит на месте, быстро зашагала к метро. Проехав несколько остановок, вышла в центре, бодрой походкой прошлась по Тверской и свернула на тихую улочку, до отказа забитую иномарками приехавших отдохнуть в одном из престижнейших ресторанов бизнесменов. У входа в ресторан я столкнулась с молоденькой девушкой, смутно показавшейся мне знакомой. Где-то я ее видела, но где?