Ее оружие - Джекки Коллинз

— Хелло, Анжело, ты выглядишь великолепно, просто великолепно!

Ник и Анжело тепло обнялись, радостно пожимая друг другу руки. Они действительно были откровенно рады встрече.

Анжело озабоченно провел рукой по своей бороде.

— Представляю, что скажет старик, когда увидит меня.

— Да, ты порядком зарос, — согласился Ник, — но думаю, что хороший парикмахер тебя быстро приведет в порядок.

— О, не стоит, — возразил Анжело, — мне и так нравится.

— Дело твое, — проронил Ник, — мне с тобой не целоваться.

Анжело озабоченно вскинул на него взгляд. Что он хочет этим сказать?

— Как долетел? — осведомился Ник, — как тебе стюардессы? Красивые девочки. До нас дошли слухи, что ты в Лондоне время зря не терял и тамошние красотки ложились под тебя штабелями. Немудрено, ты всегда был порядочный бабник, этакий похотливый козлик. А помнишь, как ты связался с одной киноактрисой, а ее дружок здорово тебе задницу надрал?

— Помню…

— Самое глупое, что ты всегда попадаешься. То тебя любовник застукает, то муж.

Анжело скорчил физиономию, как бы говоря, в нашем деле не без издержек.

— Ну ладно, пошли. Энцио тебя ждет не дождется. Между прочим, не обращай внимания на вооруженный эскорт. Это все идея фикс нашего папаши, он вбил себе в голову, что мы сейчас представляем собой великолепные мишени.

Анжело осмотрелся и заметил невдалеке от себя двух мужчин. Они проследовали за Ником и Анжело к машине и сели на передние сиденья.

Ник не обращал на них никакого внимания. Анжело же, напротив, чувствовал себя довольно неуютно. Ему было бы намного спокойней с Шифти Фляем, чем с этими незнакомыми охранниками, глядя на которых можно было подумать, что они в любой момент готовы открыть пальбу.

— Черт побери, что здесь происходит? — спросил Анжело, как только они с братом оказались в машине. — Почему меня так скоропалительно отозвали из Лондона?

Ник ответил, глядя прямо перед собой в окно.

— Ты ничего не знаешь про Анну-Марию?

— Нет, ничего, а что? Она родила уже?

— Ее уже нет в живых, мой дорогой. Она дома упала с лестницы.

— Упала с лестницы? Как же так? Она что, была больна?

Ник пожал плечами.

— Слушай, уж не Фрэнк ли ее избил? Неужели это дерьмо…

Ник предупредительно качнул головой в сторону охранников и сказал:

— Давай не будем сейчас об этом, поговорим позже.

— Господи милостивый! — воскликнул Анжело. — Я так любил Анну-Марию, она действительно была душевная женщина. Боже мой! Ник, это ужасно!

Энцио все еще отсиживался в доме Фрэнка. Фрэнк располагался на кухне, где возле него неотлучно дежурили Голли и Сегал, и потягивал виски прямо из бутылки, а Энцио и Алио занимали жилые комнаты, тоже охраняемые у черного хода и входной двери. Еще двое охранников находились в отдельных машинах, стоявших перед домом.

«Излишняя осторожность никогда не помешает, — думал Энцио, — особенно сейчас, когда сын Стефано Грауна, похоже, обо всем догадался и надеется отомстить».

— Я не имею к этому никакого отношения! — бушевал Энцио, объясняясь с ним. Джорджио Граун стоял перед ним бледный и не сводил глаз с его переносицы. — Говорю тебе, это дело рук тех самых проклятых черных ублюдков, которых Стефано хотел было взять себе в партнеры.

Но Джорджио Граун ему не верил. Дело в том, что накануне убийства Грауны как раз начали переговоры с некоторыми черными шайками, предложив довольно заманчивые условия, и им не было никакого смысла убивать Стефано.

— Эх, Алио, как нам втолковать Джорджио, что он неправ! Позаботься-ка об этом, — сказал Энцио, мягко улыбаясь. — И еще, друг мой, не забудь, пожалуйста, послать от меня венки к похоронам Стефано.

Распрощавшись с Ником после бара, Лара вернулась в город.

Все в голове у нее перепуталось, она была вне себя от последствий всей этой истории и страшно злилась за то, что впуталась в нее.

Зайдя в свою квартиру, она позвонила Касс.

— На меня больше не рассчитывайте, мне очень жаль, но с меня хватит!

— Я все время пыталась дозвониться до тебя, но никак не могла застать, — ответила Касс. — Ко мне заходил Дюк и сказал, что хочет провернуть это дело по-своему. И еще он хочет, чтобы мы больше не вмешивались. Мне кажется, он прав.

Лара почти не слушала ее.

— Единственное, чего я хочу, это не иметь отныне к этому никакого отношения. То что мы делаем — чистое безумие!

— О’кей, — согласилась с ней Касс, — это действительно оказалось бредовой идеей. Теперь я попробую разыскать Рио. Не знаю точно, что задумал Дюк, но что бы там ни было, а крутиться поблизости от этих Бассалино для нас теперь небезопасно.

— Может быть, она уже в Нью-Йорке? Кстати, Ник встречал Анжело в аэропорту, стало быть, и Рио в Лондоне делать уже нечего… Касс, я, наверное, вернусь в Европу. — Она горько засмеялась. — Буду жить как жила. Привет большой Бет, когда увидишь ее.

Она положила трубку.

Ну, к чему нужно было все это затевать? Ник сорвался с крючка и вернулся в свою стихию. Что касается Фрэнка, то неужели теперь надо радоваться, что его жена вместе с ребенком погибли?

В ванной Лара посмотрела на себя в зеркало. Ей показалось, что она изменилась, только вот в чем? «Я выгляжу ужасно, да, да, ужасно», — думала она. Лара аккуратно наложила косметику, затем опустилась в кресло, уставилась взглядом на дверь и стала ждать принца Альфу.

— Ах ты бродяга! — Энцио сплюнул, прежде чем заключил Анжело в объятья и расцеловал в обе щеки. — Ну, ты и выглядишь, как проклятый коммунист!

Все рассмеялись, и Анжело вынужден был присоединиться к общему хохоту.

— Хорошо оказаться дома после долгого отсутствия, — заметил Энцио. — Когда у тебя неприятности, то лучше всего податься к папочке, в семью.

— Ты прав, — нехотя согласился с ним Анжело, который при нахлынувших неприятностях, напротив, всегда старался быть подальше от дома.

— Ты уже видел Фрэнка? Нет? Иди к нему и вырази свое соболезнование.

Ник и Анжело пошли искать Фрэнка и нашли его на кухне изрядно накачавшимся.

— Хэлло, Фрэнк, мне очень жаль, что все так случилось, — сказал Анжело.

В ответ послышалось лишь несвязное бормотанье.

— Черт, этот дом угнетает меня, — шепнул Анжело Нику, — надеюсь, мне не придется здесь долго торчать.

— Нет, ты остановишься с Энцио в гостинице. Завтра приедут мать и сестра Анны-Марии, они остановятся здесь.

— Какие планы у Энцио насчет меня, долго я буду здесь ошиваться? — повторил Анжело.

Ник пожал плечами.

— Не имею понятия. Завтра похороны, а потом ему взбрело в голову, чтобы мы на выходные дни поехали с ним в Майами, навестить Розу. В эти дни здесь, в Нью-Йорке будет неспокойно, и поэтому отец, естественно, хочет убрать своих детишек отсюда подальше. Он выбрал Майами, а я предпочел бы уехать к себе на побережье.