Любовь.ru - Наталья Андреева

—  Я тебе отдам.

—  Ничего лучше не придумала? Можешь не волноваться, подруга, я все сделаю.

—  Я тебя люблю, Люсенька.

—  Но детей от этого не бывает, — философ­ски заметила подруга. И добавила: — До встречи. Чао!

«Женщина-шоу»,— вспомнила слова Сергея Люба, положив трубку. Немного грубоватая, чуть-чуть вульгарная, яркая, беззастенчивая, безыскусная, но тем не менее добрая и отзывчи­вая. И желающие купить билет на такое пред­ставление всегда найдутся. Но вести Люську в дорогой ресторан? Такого с лучшей подругой еще не случалось. Он герой, этот Сергей Иванов. Или Ромео?

Глава 5

Михаил Стрельцов

1

Вечером этого дня наконец-то откликнулся Павел Петрович Стрельцов. Прочитав его посла­ние, Люба поняла причину длительного молча­ния. Да, такое заново пережить не просто.

КОМУ: Доктору

ОТ КОГО: от пациента                     

ТЕМА: домашнее задание

Вы не представляете, какой болью отдается во мне тот день! Ведь чувствовал я, что этим все и кончится! Не надо мне было жениться во второй раз. Но после смерти любимой Полины я впал в глухую тоску. Все у меня было: огромный дом, ма­шина хорошая, собственная фирма, много денег. Но одна беда: одиночество. Сын взрослый, дома почти не бывал. А когда дома, так не докричишься. Он на одном этаже, я на другом. Потолок надо мной, что граница между двумя государствами. Даже деньги и те разные. У него свои, у меня свои. И законы у каждого свои.

Мишка, например, жениться ни за что не хотел. Я ему о внуках, а он мне о том, что женщинам нель­зя верить. Где и когда успел обжечься — не представляю. До сих пор не представляю. Знаю только, что была у него любовница. И любовница уже в годах. Не старуха, конечно, но лет за сорок. Может, потому и не женился. Но ночевать у нее оставался частенько. Я уж на все был согласен:

«Женись, говорю, хоть на этой. В сорок лет еще можно родить».

А Мишка в ответ:

«Смеешься? У нее дочь хоть и младше меня, но девушка на выданье. У нее самой скоро дети бу­дут».

«А дочка тебя никак не устроит?» — спраши­вал.

Рассмеялся:

«Я уроки любви беру, а не даю. Время свое эко­номлю. И деньги».

«Что, старуха дешевле обходится?»

«А она не старуха. И выглядит не хуже дочки».

И весь разговор. Даже в дом свою даму сердца так и не привел. Я понял, что внуков могу и не дож­даться. Но мне-то самому не так много лет. Пять­десят три года. Посмотреть на наших знаменитых артистов да политиков, так некоторые в этом возрасте и внуков имеют, и собственных грудных детей. Сейчас не новость, что племянник старше дяди. Вот и решил я по их примеру жениться на молоденькой.

По клубам знакомств идти не рискнул. По­ступил проще: разместил в Интернете, на одном из сайтов, отведенных знакомствам, объявление. Я вообще-то человек не слишком сведущий в ком­пьютерах. Но Мишка был докой. Он и обучил. На­чал с игрушек, потом показал, как пользоваться Интернетом.

Объявление это до сих пор помню. Слово в слово:

 «Немолодой, но очень обеспеченный мужчина пятидесяти трех лет, владелец собственного особ­няка в пригороде столицы и торгово-закупочной фирмы, познакомится с целью брака с симпатичной девушкой двадцати-тридцати лет, брюнеткой, не­высокого роста, с хорошей фигурой и обязательно с длинными темными волосами. Готов взять на себя заботы о ее образовании и обеспечить достойное существование. Просьба прислать фотографию. И адрес электронной почты.» Тогда у меня был псевдоним «Стрелец».

Люба в этом месте даже охнула вслух. Ин­тересно, после такого объявления у Стрельцова время для работы осталось? Потому что поток фотографий и писем, хлынувших к нему, должен был быть огромен. Кто же не захочет устроить свою судьбу, не обладая при этом ничем выдаю­щимся, кроме., длинных темных волос? Бедняжка!

...Я и не представлял себе, сколько на свете не­устроенных красавиц! Я не успевал просматривать вечерами почту, такой интерес вызвало мое объяв­ление. Хотя и было дано не через газету, а в Интерне­те, чтобы ограничить поток девушками, сведущими в компьютерах. Мне почему-то казалось, что они умницы и интеллектуалки. И не такие примитивно жадные до денег. Да, я хотел если не любви, то пони­мания. Но и среди интеллектуалок, желающих вый­ти замуж за богатого, но немолодого мужчину, оказа­лось немало. Даже иностранки были. Этих я вообще не понимал. Неужели тамошние мужики беднее?

И вот одна фотография привлекла мое внимание. Как вы догадываетесь, это была Полина-вторая. Сходство с моей любимой Полиной меня просто-таки поразило. И темная коса, и взгляд. И даже имя. Стоило ночами просматривать почту! Нет, они не были родственницами, я потом проверил всю родню до седьмого колена. Не дай бог, мать моей невесты какая-нибудь потерянная в детстве дочь, и я женюсь на племяннице своей же покойной По­лины! Не надо мне этой Санта-Барбары, которую жена-покойница смотрела, не пропуская ни одной серии. Нет, сходство было совершенно случайное, но какое!

Как вы сами понимаете, я тут же стал договари­ваться о встрече. Меня даже не смутило то, что девушке всего двадцать лет. Сам будто бы разом помо­лодел. Она ответила согласием, и мы встретились.

Договорились встретиться у одной из станций |метро. Я при параде, с букетом роз стоял возле своей машины. И сам весь благоухал дорогой туалетной |водой, в костюме с иголочки. Волновался. Словно пришел на первое в жизни свидание, честное слово! |И когда она вышла из метро, нет не вышла, а словно поплыла мне навстречу: высокая, стройная, гордая голова, увенчанная темной косой, будто бы возвы­шается над толпой, было такое чувство, что вер­нулись ко мне и двадцать лет, и прежняя любовь. На первом же свидании я сделал ей предложение. И она его приняла.

Сыну я не сразу решился сказать, что женюсь. Сказал дня за два до свадьбы. Да какая свадьба-то? Решили все сделать скромно. Новобрачному-то не двадцать лет, а пятьдесят три, невеста на полторы своих жизни моложе. К чему афишировать? Близких мне людей и коллег по совместному труду на собственное благо я, конечно, пригласил, сына сво­его Михаила, ближайших родственников невесты. Но они не пришли. Мать Полины и отец были давно в разводе, она вроде как уехала на гастроли, а его вторая жена не пустила. Я, собственно, и не уточнял. Не пришли и не надо.

Зато Мишку моего чуть удар не хватил. Увидел мою невесту в белом платье и фате, говорит:

«Ты что, отец, обалдел?»

Это папе-то родному! Папе!

И она вроде как побледнела. Обиделась, навер­ное. Милая моя девочка! Милая Полина! Ну и что в этой проклятой разнице в возрасте? Кому до этого есть дело? Я ее полюбил, да и она согласна. Венча­лись мы в церкви, и священнику моя милая Полина твердо и так, чтобы все слышали, ответила: