Безумные мечты - Лаура Леоне

Надеясь раздразнить ее, Рэнсом кивнул на небольшой диванчик, словно приглашая ее заняться кое-чем поинтереснее разговоров. Как она на него посмотрела! Этот взгляд, исполненный холодный ярости, ударил его не хуже пощечины.

Сказав секретарше, чтобы та не отвлекала ее ни на какие звонки, Мадлен села за стол орехового дерева с бронзовой инкрустацией, жестом приглашая Рэнсома сесть напротив. Теперь, когда их разделял огромный стол, она почувствовала себя несравненно лучше. И уж гораздо более уверенной в себе. Тот чисто сексуальный взгляд, каким он снова ее окинул, заставил ее на какое-то мгновение снова ощутить стыд – но Мадлен с ужасом осознала, что готова ответить ему таким же взглядом.

Наконец-то они остались одни, и теперь она узнает, чего этот человек от нее хочет. Однако никто не решался заговорить первым, и какое-то время они просто сидели и растерянно смотрели друг на друга. Когда первый шок от нынешней неожиданной встречи прошел, оба вдруг почувствовали себя неловко.

Мадлен помнила вкус и запах его тела, помнила каждую родинку и каждый шрам. Знала, что ему нравится в постели, знала, как он двигается и стонет. Она видела его спящим и сама спала рядом с ним. Но больше она ничего о нем не знала. Не знала даже, как его зовут.

– Хорошее место, Мэдди, – проговорил наконец Рэнсом, нарушая затянувшуюся паузу.

– Пожалуйста, не зови меня «Мэдди», – попросила она.

– Почему?

Она растерянно заморгала:

– Потому что так меня никто не зовет.

– Тоже мне причина… – ухмыльнулся он.

– Мне это не нравится.

– Ну-ну…

– Послушай, не забывай: я нанимаю тебя на работу…

– Во-первых, не ты, а твой отец, – поправил он.

– Лучше зови меня «мисс Баррингтон».

Рэнсом чуть нагнулся вперед и отчетливо произнес:

– По правде говоря, мне плевать, что лучше для тебя. Понятно?

Мадлен проглотила слюну. Похоже, этот тип явно не хочет иметь с ней приятельские отношения.

– Судя по твоему поведению в лифте, я поняла, что ты не имеешь ни малейшего представления о том, кто такая Мадлен Баррингтон.

– Я начинаю думать, что никто в целом свете не имеет представления о том, кто же такая Мадлен Баррингтон. Я имею в виду, ни твой отец, ни жених, ни тем более служащие, которым ты платишь.

Мадлен вдруг осознала, что у нее дрожат губы. Она молча прикусила их.

Рэнсом увидел, как слегка исказились черты ее лица – нижняя губа задрожала, – и почувствовал себя последним подонком. Он ведь не хотел ее обижать! Неужели ему требуется подтверждение того, что и она страдает, сидя перед ним? Рэнсому стало неудобно.

– Послушай, – мягко сказал он, – неужели ты не понимаешь, что я пришел сюда ради того, чтобы получить очередную работу, и никак не более? Я понятия не имел о том, кто ты такая, пока не увидел фотографию в офисе твоего отца. – Он слабо улыбнулся, попытавшись представить, что Мадлен ощутила в ту минуту, когда неожиданно увидела его. – Дурацкое совпадение, правда?

Мадлен тяжело вздохнула:

– Не такое уж невероятное. Не у многих американцев были дела в Монтедоре полгода назад…

– Ну да, если только исключить агентов ЦРУ, сотрудников Администрации по контролю за наркотиками, самих торговцев наркотиками, служащих Красного Креста, работников католических миссий и американских военных наблюдателей – пожалуй, все, – сухо признал Рэнсом. – Что вполне объясняет беспокойство твоего отца. Как я понимаю, в последний раз ты была там одна?

– Я вполне могу позаботиться о себе сама. – Мадлен гордо вздернула подбородок и посмотрела на него точь-в-точь так, как тогда, перед дверью его номера.

– Неужели ты до сих пор не поняла, Мадлен, насколько это опасно – идти в номер к человеку, которого ты видела впервые в жизни?

– Кажется, начинаю понимать, – холодно ответила она.

– С тобой ведь могло случиться все, что угодно! И кто бы помог тебе?

– Я очень сожалею о своем поступке.

– Ты сожалеешь о том, что переспала со мной? – возмутился Рэнсом. – Или о том, что сбежала на следующее утро, как последний воришка, не удосужившись даже попрощаться?!

– Но я ведь ничего у тебя не украла! – огрызнулась Мадлен.

– Разумеется, ничего. Да и что мог иметь такой жалкий бедняк, как я, чтобы это понравилось самой мисс Баррингтон? Ну, кроме кое-чего твердого…

Мадлен задохнулась от ярости и вскочила на ноги:

– Хватит!

– Не знаю, как сейчас, а тогда ночью и впрямь хватило.

Мадлен отшатнулась, будто он ударил ее по лицу.

– Ты уволен!

– Ты не можешь меня уволить.

– Ошибаешься. Очень даже могу.

– Рэнсом покачал головой:

– Я заключал контракт не с тобой, а с твоим отцом.

– Тогда почему же не отказался от работы, когда узнал, кто я такая?

Разумеется, подумал Рэнсом, тут она права: ему следовало тотчас отказаться от этого предложения. Но он прекрасно понимал, что не откажется от него ни за что на свете.

– Мисс Баррингтон, я небогат, мне нужны деньги, – солгал он.

– Я заплачу тебе, не беспокойся. Заплачу вдвойне, если ты откажешься от работы.

Теперь у Рэнсома был такой вид, как будто его ударили. Мадлен достала чековую книжку, а Рэнсом в одно мгновение вскочил на ноги и крепко сжал ее запястье. С нескрываемым изумлением Мадлен подняла на него глаза.

– Положи назад, пока я не сломал тебе руку, – буквально прорычал он.

Мадлен медленно разжала пальцы, и чековая книжка упала на пол.

– Уходи отсюда, – медленно сказала она, собрав в кулак все свое мужество, и посмотрела Рэнсому прямо в глаза. – Уходи сейчас же!

Они пристально смотрели друг на друга. Да, решил Рэнсом, уж что-что, а характер у этой женщины имеется. Разумеется, она могла бы пригрозить ему сейчас, сказав о влиятельности своей семьи, упомянув юристов и адвокатов или охранников, работавших в ее офисе. Однако она просто стояла рядом с ним, заставляя подчиниться силе собственного авторитета. Уголки его губ чуть поднялись в невольной улыбке. Молодец!

– Прости, – тихо сказал он, выпуская ее руку. – Я не хотел быть грубым.

– Неужели? – съязвила она.

– Правда. Я ведь очень хорошо отношусь к женщинам. Уж кому это знать, если не тебе?

Мадлен потупилась. Потирая покрасневшее запястье, она повернулась к окну. Значит, ему нужны не деньги. Тогда что?

– Если я не могу тебя уволить, а добровольно уйти ты отказываешься…

– Что тогда? – не дал ей договорить Рэнсом.

– Тогда, думаю, нам следует обговорить некоторые правила поведения друг с другом.

– Ну разумеется, Мэдди.

Он увидел, как напряглись ее плечи, но на этот раз она, очевидно, решила не поддаваться на его провокации.

– Ни о каком интимном контакте между нами не может быть и речи.