Долины любви - Ольга Шарипова

— Эх, найти бы мне нужного мужика, я бы уж не стала пожимать плечами, я бы выбрала себе самую крутую тачку!

— Если ты будешь так думать, Ленка, то никогда не найдешь себе такого мужика. — Миша встал. — Вот так-то, Ленусик!

Миша взял ее под руку и повел в приемную. В дверях он оглянулся и показал Игорю большой палец:

— Игоряныч, по-моему, твои страдания с дизайнерами закончились. И кстати, не думаю, чтобы они тебе отказали, правда?

Игорь откинулся на спинку кресла и улыбнулся:

— Надеюсь, я им понравлюсь.

Дверь за Мишей закрылась.

И Игорь тут же спрятал улыбку. Он вздохнул и посмотрел на календарик: «Надеюсь, что выдержу эти оставшиеся сто пятьдесят дней».

Игорь закрыл глаза.

«Надеюсь, ты уже уладила все разногласия с бабушкой».

Игорь как наяву услышал шепот морских волн и Лерин голос: «А ты хочешь, чтобы я тебя потрогала?» Он часто вспоминал их первый поцелуй, такой долгожданный и чарующий. И как наяву Игорь почувствовал прикосновение губ Валерии к своим губам — он отчетливо помнил все, что было с ними у моря…

«И я надеюсь, что он тебя больше не трогает. — Игорь коснулся губ кончиками пальцев. — Давай, ты уже освободилась от него, Лерочка… Я люблю тебя…»

Апрель Валерию не радовал, а угнетал. Она никак не могла выбраться из настигшей ее снежной лавины, да и погода подкачала: апрель выдался пасмурным, и часто из серого неба сыпался мокрый снег. Лере казалось, что она барахтается в снегу и никогда не сможет дойти до края снежного одеяла. Но она убеждала себя, что конец близок и скоро, совсем скоро наступит избавление. Хоть какое-нибудь.

Лера брела к своему дому, даже не потрудившись спрятаться под зонтом от навязчивого мокрого снега. Она знала, что дома ее ждет не менее холодный взгляд бабушки и еще более ледяной вопрос, по сравнению с которым промозглая погода покажется ласковой.

— Что тебя привело сюда? — Валентина Сергеевна встретила внучку враждебно.

— Я пришла домой.

— Твой дом там, где твой муж! — Валентина Сергеевна недовольно поглядывала на девушку. — Лера, что за истерику ты устроила вчера?! Мне Вера Петровна рассказала, она даже беспокоится о твоем душевном состоянии.

— Ничего особенного. — Лера вздохнула. — Просто кое-что мне напомнило о том, от чего я добровольно отказалась…

Все случилось неожиданно. По телевизору показывали очередную серию «Ментов» — единственного сериала, который Лера смотрела. Все устроились с чаем перед светящимся экраном: серия началась. Но не прошло и пяти минут, как чашка выпала из Лериных рук, а из глаз ее покатились слезы. Все недоуменно уставились на Валерию, никто не мог понять причину плача.

А Лера неотрывно смотрела на экран телевизора. Смотрела и как наяву чувствовала аромат моря, чувствовала жаркие солнечные лучи. И как наяву Лера почувствовала Игоря…

Лера, погруженная в свои переживания, не слышала вопросов свекрови и не ощущала прикосновений мужа. С экрана телевизора на Валерию смотрел город Сочи, в котором она была счастлива, смотрели пальмы, возле которых она фотографировалась с Игорем, смотрел вокзал, с которого Валерия уезжала от Игоря…

И лишь увидев лица любимых героев сериала, услышав их шутки, Лера вернулась в действительность.

Она посмотрела на Эдика и его мать.

— Извините, — прошептала она. — Не буду вам мешать.

И вскоре шум падающей из душа воды заглушил ее всхлипывания, за голосами стучащих капель не было слышно Лериного голоса.

— Игорь, Игорь… — Она произносила вслух имя любимого. И Лере казалось, что он чувствует ее, и от этого становилось легче. — Игорь, я люблю тебя!..

Если бы она сказала это Игорю, то сейчас бы слезы не струились из ее сапфировых глаз, сейчас эти прекрасные глаза сияли бы счастьем и любовью… Если бы… Но…

Лера вздохнула: девушке показалось, что Валентина Сергеевна смотрит на нее с ненавистью.

— Бабуль, я не могу там жить. — Валерия и пришла сегодня, чтобы попытаться поговорить с бабушкой. — И я очень хочу, чтобы ты поняла меня.

— Знаешь что, Валерия! — Валентина Сергеевна недовольно прищурилась. — Кода вы с Эдиком только поженились, я очень беспокоилась о тебе и даже мысленно поставила ему несколько минусов.

— Например, когда он предложил тебе сдавать комнаты в нашей квартире.

— Да, — согласилась бабушка. — И когда Вера слишком рьяно желала, чтобы ты поскорее забеременела, тогда я тоже считала, что это пример традиционно предвзятого отношения к новому члену семьи, то есть свекровь «цепляется» к невестке без причин. Но сейчас я уверена, что вся проблема в тебе. Ты вбила себе в голову ерунду и подчиняешься ей. Поэтому тебе кажется, что жить с Эдиком невозможно. Тебе все не так, хотя на самом деле Вера Петровна заботится о вас, и, кроме благодарности и любви к ней, ты ничего больше не должна испытывать. И муж тебя обожает! Что тебе еще надо?!

Валерия вздохнула: разговор предстоял не из легких.

— Даже если не обращать внимания на мои чувства… В общем, мне тяжело находиться в такой атмосфере. Например, я устала от постоянно включенного телевизора и непрекращающихся разговоров о перипетиях того или другого сериала!

— Она вышла на пенсию, и теперь это увлечение Веры Петровны, ей же нужно себя чем-то занять, — спокойно отпарировала бабушка.

— Ты находишь себе другие занятия, — возразила Лера.

— Все люди разные.

Лера посмотрела на бабушку — нет, Валентина Сергеевна не собиралась понимать состояние внучки.

— Эдик ненавидит сериалы, но ему приходится смотреть их, она даже записывает ему серии в те дни, когда он работает. И вместо отдыха он смотрит их с ней.

— Вот! — кивнула бабушка. — Тебе бы поучиться у мужа отношению к старшим. Эдик любит мать и идет на уступки, сохраняя ее душевное спокойствие, а значит, и здоровье.

— Да, но только свое здоровье он губит! Видела бы ты, как он психует из-за этого! Особенно если ему нужно что-нибудь подготовить к институту. И в итоге он просиживает над учебниками по ночам.

— Он очень хороший сын! — Валентина Сергеевна упорно стояла на своем.

— Но очень плохой муж! — Лера решила пойти до конца. — Лишь в промежутках между просмотром сериалов и приготовлениями к институту он вспоминает… Да нет, не обо мне он вспоминает, а о своем желании. И где-то минуты три удовлетворяет его, со словами: «Лерка, давай!»

От этих слов внучки щеки Валентины Сергеевны вспыхнули.

— Вот какая у меня счастливая семейная жизнь! Ты считаешь это нормальным?

— Вконец молодежь распустилась! — Бабушка буквально задыхалась от возмущения. — И это все из-за твоего летнего увлечения, это он тебя развратил! До ухода Эдуарда в армию все шло гладко!

— Ничего гладко не было! Просто я тебя не хотела расстраивать! — Лера устремила на бабушку взгляд, умоляющий о понимании. — Эдик ни разу не прислушался ко мне, ни разу не отнесся с пониманием! Его волновало и волнует только одно — спокойствие Веры Петровны. Он никогда лишний раз не обнимал меня — не дай Бог, мама увидит! Не говоря о поцелуях! А уж… Вдруг родители что-нибудь услышат? Ему плевать на меня: он удовлетворен и это главное!

— Если бы ты не встретила на море этого нахала, то никаких проблем сейчас не было бы!

— Он не нахал!!! — крикнула Лера.

— Вот что, дорогая! Если ты не хочешь потерять меня, то тебе придется выбросить из головы эту дурь и мирно жить с мужем! — Валентина Сергеевна указала Валерии на дверь ванной. — Иди умойся и успокойся. А потом выбирай — или я, или он! Выбирай: или родная бабушка, которая вырастила тебя, или чужак!

После этих слов Валентина Сергеевна направилась на кухню, стараясь не замечать слез, появившихся в глазах внучки. Женщина положила в рот мятную конфетку и тяжело опустилась на стул — это противостояние с Валерией давалось ей нелегко.

Валентина Сергеевна услышала звук пущенной из крана воды и вздохнула: она надеялась, что Лера все же образумится и не будет губить свою жизнь.

«Она не понимает, куда заведет ее эта любовь…»

Валентина Сергеевна решила оградить внучку от этой любви, как только увидела ее глаза по возвращении с моря. Глаза Валерии сияли как звезды. И эта страсть превратила жизнь отца Леры в ад кромешный, когда сказочный мир, созданный сиянием любящих сердец, рухнул. И Валерий погиб — его горы остались без вершин, и он упал в пропасть, как птица, потерявшая крыло…

«Не нужна ей эта любовь! Пусть Лера живет с Эдиком, такая жизнь не приведет ее к непоправимому горю. Лучше всегда идти по полю, чем достичь вершины, но сорваться с нее!..»

Валерия положила на лицо полотенце, смоченное холодной водой. Щеки пылали так сильно, что ледяная ткань очень быстро стала теплой.

«Зачем же она так со мной? И что же теперь делать?»