Сами мы не местные... Часть 2 - Стая Диких Чебурашек

Я уже чуть ли не лопался от любопытства — кто же это такая, что даже непрошибаемый Гарриш ведет себя рядом с ней как счастливый щенок. Впрочем я уже начал догадываться, когда дверь за братом закрылась и женщина, улыбнувшись, направилась ко мне.

— Ну, здравствуй, Яр, я — Виги, твоя мама.

Не получится, наверное, описать все эмоции, которые накатили на меня. Почему-то сразу вспомнилась моя собственная мать, о которой я все эти полгода старался не думать, чтоб не взвыть от тоски. К тому же не вовремя проснулось сознание прежнего Яроша, будто калейдоскопом начав прокручивать ворох воспоминаний о его детстве. Только когда почувствовал, что меня поддерживают и аккуратно усаживают назад на кровать, я стал приходить в себя. Не знаю, что на меня накатило, но я, прижавшись к этой вроде бы чужой мне женщине, расплакался как ребенок, со всеми полагающимися всхлипами и хлюпаньями носом.

Разговор у нас получился только через полчаса. Оказывается, я действительно соскучился по женскому обществу, когда можно запросто поперемывать косточки всем, кого вспомнишь, и не заморачиваться правильно это или нет. Выяснилось, что Виги живет на женской половине и именно с ней, а не с отцами в первую очередь связался Гарриш, когда узнал о том, что случилось с прежним Ярошем. Это было настоящим ударом для женщины, ведь младший был всегда её любимцем. По её, чуть подрагивающему, голосу чувствовалось, скольких трудов ей стоило смириться с происшедшим. Немного придя в себя, она-то и посоветовала не сразу выкладывать всё отцам, а вначале присмотреться ко мне и выяснить осталось ли что-либо от прежнего Яроша в моем сознании. Так же братец умудрился за эти полгода, как только выбирался из академии, связываться с ней и рассказывать новости. Поэтому она и была в курсе всех событий, но сегодня решила сама послушать, попросив сына кинуть прослушку на мою комнату и вывести меня снова на разговор о том, как всё произошло. Ему и стараться особо не пришлось, так что всё вышло как нельзя лучше. Похихикав над тем, что бедному братцу пришлось удерживать две прослушки, и над пьяными ночными похождениями отцов, мы как-то даже не заметили, когда успело наступить утро.

Виги засуетилась и сказав, что на женской половине её сейчас спохватятся, быстро направилась снова в сторону гобелена, как оказалось весь огромный дом был просто испещрен этими ходами, знали о которых только хозяева. Попросив на прощание под вечер навестить её, теперь уже моя мама, шустро исчезла в открывшемся проходе.

Не успел заснуть, как меня почти сразу принялись будить. Можно себе представить в каком шикарном настроении я распахнул дверь и как взглянул на слугу, который так бесцеремонно тарабанился в неё. Жаль, но видимо он привык уже к таким взглядам и даже не изменившись в лице, тут же сказал, что меня оказывается ждут к завтраку через десять минут. Вот кому жрать захочется в такое время? Не мне уж точно! Попробовал снова уснуть, но похоже наученный опытом слуга оказался хитрее, и только я уложил голову на подушку, как тот снова начал как дятел долбиться в дверь.

В общем к завтраку я вышел в таком прекрасном настроении, что, наверное, если б сейчас на молоко посмотрел, то оно тут же скисло. Радовало то, что не только я один так выглядел. Все, кто сидели за столом, проводили меня смурными взглядами и старались даже лишний раз головой не шевелить. Видимо как и в моей башке, у них сейчас тоже там звучали колокольные перезвоны. Кто придумал завтракать по утрам? Убил бы этого гада сейчас.

Ели все в гробовом молчании, даже вилками стараясь не звенеть лишний раз, потому что сразу на нарушителя тишины глядели все с плохо спрятанным желанием тут же придушить того на месте. Вернее ели — это громко сказано, скорее елозили еду по тарелкам, изображая, что при этом еще и все усиленно жуют. Ладно еще отцы и джинн, которые явно маялись с похмелья, но ребята же пару часов, в отличие от меня, умудрились поспать. Чего они-то такие кислые?

Как только слуги убрали со стола, Ольвид, поморщившись в очередной раз, предложил всем пройти в гостиную, как оказалось тут их было несколько. Вчерашняя, по сравнению с этой, выглядела закутком, здесь же царила показная роскошь. На камине всевозможные миниатюрные статуэтки, пара ваз по углам, явно дорогих, наполненных живописными букетами цветов. В нишах статуи грациозно изогнувшихся существ, определить расу которых я так и не сумел. Удобные диваны, стоявшие буквой П вокруг столика, с изящно выгнутыми ножками. Бежевые, в тон мебели, ковры на полу, в которых мы тонули по щиколотки. Два уютных кресла напротив камина.

— Ну что же, как сказал Гарриш, тут теперь все в курсе событий, — без церемоний начал Ольвид. — Не будем затягивать этот разговор. Начну с Факаса. С одной стороны неплохо для нас, что один из этого семейства сможет адекватно реагировать на наши предложения и, надеюсь, попытается втолковать своим родственничкам, что это так же выгодно и для них, — заметив как мы с Михой недоуменно переглянулись, отец сказал, что подробности расскажет позже и продолжил: — В клан я отправлюсь вместе с тобой, хочу еще раз попробовать провести переговоры, заодно если всё пройдет не так и тебя все же выгонят из клана, что для оборотней, считается самым сильным наказанием, то даже соглашусь принять тебя в нашу семью, такой сильный маг нам не помешает.

Я уже хотел было сразу предложить, без всяких поездок в клан, тут же принять Миху, но вспомнил, что сам тут сейчас на птичьих правах, и заткнулся.

Тут в разговор вступил Рейв, заявив, что к вампирам едет он, ибо давно уже работает с ними, когда нужны перевозки грузов через море, поэтому неплохо знает все нюансы общения.

Мар, набравшись смелости, все же попросил, чтоб его приняли в семью, заявив, что не желает даже на день возвращаться в клан, но на него тут же шикнул Рейв:

— Ты так словами не бросайся. Хочу эту семью — хочу другую. Сначала пообщаемся с твоими родственниками, возможно некоторые не в курсе действий твоего брата.

— Но ведь они меня бросили на Витуса, и за это время…

— Откуда знаешь? — тут же вступился Ольвид. — Брат вполне мог запретить им общаться с тобой, раз ты под его опекой. Поэтому, в первую очередь, узнаем кто поддержит нас, если мы возьмем попечительство над тобой до совершеннолетия на себя.

Если судить по округлившимся глазам вампира, он даже на такое не надеялся.

Видимо выражение его лица Рейв истолковал по-своему, и начал уточнять.

— Это не благотворительность. Нам не помешает в будущем лояльно настроенный к нам вампир из высших, поэтому…

— Нет, вы не поняли, я просто… — парень попытался что-то сказать, но голос дрогнул и он опрометью выскочил из гостиной.