Грубая торговля - Эмма Аллан

И тут Клер, сидевшая чуть сбоку, заметила, как его панталончики начинают приподниматься как раз там, где располагался член. Причем происходило это довольно быстро.

– Да, я омерзительный, противный мальчишка, – снова согласился он.

– Ты приносишь одни тревоги и беспокойства!

– Да.

Клер заметила, как лицо Дэвида задергалось. Она не раз наблюдала подобное у него в комнате во время их эротических игр и знала, что за этим скрывается мучительная внутренняя борьба между стыдом и непреодолимым желанием.

– Тогда спускайся вниз, – продолжала Вирджиния. – Ты ведь знаешь, что я намерена заставить тебя сделать.

– Да. Но я уже и так стою на коленях.

– Хорошо.

Вирджиния подошла вплотную к кафедре, схватила Дэвида за волосы и, приподняв свои тяжелые, готовые вывалиться из лифа груди, ткнула ими ему в нос.

– Целуй! – гаркнула она.

Дэвид вытянул шею, наклонил голову и принялся облизывать языком каждую грудь Вирджинии, как будто это было тающее мороженое.

Клер стало так противно, что она опустила глаза в пол. Но тут же до ее слуха долетел чей-то стон. Она посмотрела налево и увидела, что Анна Холмс бросилась на колени перед Бриджет, сидящей на софе. Та подняла полы платья и накрыла ими ее голову. Тугие бедра американки оказались прямо перед губами Анны. Поскольку софиты светили ярко, а Бриджет не торопилась прикрыть оголившиеся колени, то Клер успела заметить, как Анна кончиком языка облизывает бедра сквозь тонкий нейлон чулок.

Клер поспешно отвела взгляд и стала снова смотреть на помост. Там продолжало разворачиваться импровизированное представление. Вирджиния стащила Дэвида с кафедры, сама поднялась на одну ступеньку и круто повернулась к виконту своим огромным отвислым задом. Дэвид принялся жадно лизать ягодицы.

Тем временем Селеста встала и, подойдя к гардеробу, открыла дверцы. Клер внимательно следила за ней. В гардеробе висели хлысты различных размеров, кожаные ремни, бельевые веревки и много еще предметов подобного же рода. Там были прогулочные трости с украшенными резьбой набалдашниками. А еще – кнутовище. Его-то как раз герцогиня и выбрала.

Тем временем Вирджиния проскрипела сквозь зубы:

– Не очень-то у тебя получается!

Дэвид тут же удвоил усилия. А эта большая полная женщина легла на бок, согнула колени и подставила ему свои ягодицы, предлагая тем самым сзади добраться до половых губ, поросших густыми волосами.

Хлоп! – разнесся по залу звук удара кнутовищем по голому телу. Клер вздрогнула, повернула голову в сторону соседней софы и увидела герцога, перегнувшегося через ручку диванчика, и стоявшую над ним с поднятым орудием пытки Селесту.

Тем временем Бриджет встала, расстегнула «молнию» и сняла платье. Затем оголила бедра. Взяв за плечи все еще сидевшую на полу Анну, Бриджет прижала ее лицо к своему лобку. Потом опустилась на край софы, раздвинула ноги и слегка закинула назад голову девушки. Теперь губы Анны оказались прямо напротив скрытой под тонким нейлоном бикини плоти Бриджет.

Клер снова посмотрела на импровизированный помост. Вирджиния стояла над лежавшим перед ней Дэвидом с высоко поднятым над головой хлыстом. В следующее мгновение она размахнулась и с силой ударила им по закрытым тонкими дамскими панталончиками ягодицам виконта. Тот застонал, то ли от боли, то ли от наслаждения.

Клер смотрела на все это совершенно спокойно. Охватившее ее было четверть часа назад чувство страха и восхищения улетучилось. Теперь она могла хладнокровно взирать на происходящее и размышлять. Ей все стало ясно. Ясен план Дэвида. Он привел ее сюда, чтобы на примере продемонстрировать то, что трудно объяснить словами. И дать тем самым понять, чего он ожидает от нее. Дэвид воспринял все происшедшее между ними в минувшую пятницу как важный шаг к вершине айсберга, до сих пор казавшегося ему полной загадкой. Ему казалось, что он нашел путь к исполнению ее желаний. Однако Дэвид глубоко ошибался. Он не понял, что причиной столь резкой реакции Клер стало довольно естественное сочетание раздражения с плотским желанием. А уж никак не стремление предаться каким-то странным извращениям. В прошлом она с Дэвидом занималась чем-то подобным. Но только потому, что он ей нравился. Равно как и то, что он с ней делал. Однако это не было тем, чего Клер ждала от настоящего мужчины. После появления Гэри ей это стало окончательно ясно.

Клер поняла, что этот извращенческий спектакль был представлен ей Дэвидом как своеобразное предложение стать его женой. Видимо, он был уверен, что подобная эротика непременно станет шагом к духовному и интеллектуальному взаимопониманию.

Клер залпом допила коньяк, стакан с которым держала в руках. Потом встала и огляделась по сторонам. Справа от нее стоял на коленях герцог и облизывал туфли на ногах своей супруги. Слева она увидела Бриджет, смотревшую в никуда и тискавшую собственные груди. Ее тело трепетало от надвигающегося оргазма. Клер подумала, что за ним последует следующий…

Не говоря ни слова, она решительно вышла из зала и захлопнула за собой дверь. Столы были заставлены грязной посудой и блюдами с недоеденными яствами. Клер с омерзением посмотрела на все это, прошла через холл и, открыв парадную дверь, оказалась на улице.

Машина была припаркована у тротуара. Водитель услужливо открыл перед Клер дверцу. Она отрицательно покачала головой:

– Спасибо. Я пройдусь пешком…

Глава 8

Клер не сразу взяла трубку, хотя телефонный звонок звучал уже второй раз.

– Алло!

– Клер?

Она узнала голос Бриджет.

– Да, это я.

– Вы очень заняты?

– Нет.

– Вы уже перекусили?

– Нет еще. Я думала, что вы сегодня уезжаете.

– Нет. Решила остаться. Я заказала билет на рейс утром в воскресенье. Вы не согласились бы со мной поужинать?

Клер очень хотела сказать «нет». Но понимала, что этого делать нельзя.

– Конечно! – ответила она.

Меньше всего Клер хотелось посвящать субботний вечер ужину с Бриджет Голдсмит. Она планировала провести его с Гэри. Это было для нее особенно необходимым после того, что происходило накануне у Дэвида. То, что она там увидела, ее не очень взволновало. Но это зрелище пробудило в Клер желание получить здоровый, хороший секс. И конечно, с Гэри. Его неуемная энергия вместе с очень простыми и естественными сексуальными запросами помогли бы Клер навсегда забыть мерзкую оргию, свидетельницей которой она оказалась накануне.

После всех событий прошедшей недели Клер отнюдь не считала необходимым вставать в позу моралистки. Хотя это и стоило ей нескольких душевных ран. Но хуже всего было то, что Клер чувствовала за собой немалую долю вины за происшедшее. Она сделала большую ошибку с самого начала. Нельзя было играть с Дэвидом в его сексуальные игры. Тогда бы они не переросли в нечто более серьезное и он не вообразил бы, что ее сексуальные запросы сродни его собственным. И Дэвиду просто в голову не пришло бы пригласить ее на эту мерзкую оргию. Как и вообще на любое сборище «Осер»…