Дружеский роман (СИ) - Верон Ника

Вроде, как и на вопрос ответила, но и, в тоже время — его присутствие продолжала игнорировать, оставаясь стоять спиной…

— Закрыть окно?

Через открытое окно, действительно, доносился шум прибоя. С другой стороны, не первый раз отдыхали на побережье. Отель всегда брал на первой линии, чтобы вид из окна и с балкона радовал глаз. И даже вчера, когда штормило, Лада на шум не жаловалась. А море — гудело, опасно и угрожающе. Опасался даже, что спать не смогут под подобный рёв…

— Не надо. Душно, — опасно отрывисто, как рубленные, зазвучали её слова. Первый признак приближающегося срыва. — Я не хочу кондиционер. Я не хочу…

— Тихо, — в одно мгновение, оказавшись рядом, не обращая внимания на попытку Лады отстраниться от него, обнял, крепко прижимая к себе. — Тихо, не будем включать, — продолжал почти шепотом. — Я просто высказал вслух мысль. Может, ты и права.

— Не надо, — резко оттолкнув его, буквально отскочила, приведя молодого человека в растерянность. Прислонившись к подоконнику, задержал на ней нескрываемого желания взгляд. Представить себе не могла, сколько усилий приходилось прикладывать ему, чтобы не сорваться. А она, как нарочно, провоцировала…

— Лад, я скучаю… — прозвучал глухо его голос.

— А если я — не хочу? — обхватив себя за плечики руками, с непонятным вызовом прозвучал ее вопрос.

Это была ложь. И чувствовал это. Но сделать ничего не мог. С некоторых пор для него был установлен жесткий график их близости, сути которого понять не мог. Его ласки ее по-прежнему возбуждали, доставляя удовольствие. В те же редкие моменты близости, когда такое происходило, его не отталкивали. Не было сковывающих моментов. По крайней мере — он таковых не чувствовал. Но какая-то сила заставляла держать собой же установленную дистанцию. Что происходило в голове любимой женщины — понять не получалось.

— А если просто обнять? — с надеждой прозвучал его вопрос.

Она судорожно выдохнула, когда его руки сомкнулись у неё за спиной. Ненавязчиво привлек к себе. Не сопротивлялась. Затихла, затем вдруг спросив:

— Дим, а ты, правда, меня по-прежнему любишь?

— А есть сомнения?

Как отреагирует на встречный вопрос? Что с ней вообще происходило? Со дня случившейся трагедии — как подменили…

— Иногда — да, — снова едва слышно прозвучал её голос. — Ты другой эти несколько месяцев. Это из-за того, что… из-за меня малыша не стало?

Вопрос, который старались не затрагивать. Лада — молчала о произошедшем, а он — не настаивал. Собственно, необходимую информацию получил от врачей. От помощи психолога, точно знал, Лада категорически отказалась. Хотя вот тут, наверно, ему всё же следовало вмешаться и настоять. Но не представлял себе их возможный разговор…

— Лад, нет, — успокаивающе поглаживая её по спине, продолжал тихо. — Я очень по тебе скучаю. По тебе, прежней. Веселой, счастливой. По нашей близости, играм. Но если принять меня еще не готова…

— Скучаешь? — переспросила она, отступая на шаг, освобождаясь от его объятий, а в красивых глазах появился незнакомый ранее блеск. — Правда?.. А давай прямо сейчас…

Вот чего давно не делала его маленькая девочка, так это… Не раздевалась перед ним! В сторону полетел стянутый через голову топик… Черт, она, действительно, издевалась! Не могла же не понимать, на сколько рискует! Сколько у них не было полноценного секса…

— Лада, ты что творишь? — севшим до неузнаваемости голосом тихо проговорил он, когда та остановилась недопустимо, опасно близко. С трудом удавалось держать себя в руках. Желание было одно — заласкать, отлюбить… Только, что будет потом… От греха подальше спрятал руки за спину, оперевшись теми о край подоконника, около которого стоял. — Черт, Лада… — выдохнул он, когда пальчики любимой ловко справились с ремнем брюк.

Кажется, даже дышать стало легче, когда, не остановившись на этом, расстегнула ширинку, освобождая из «заточения» его второе «я». Чуть подавшись вперед, коснулся губами ее губ. Без фанатизма, даже — осторожно.

— Лад, сделай меня самым счастливым человеком, — услышала Лада тихий шепот. — Он, как и я — соскучился. Поласкай…

— Прямо сейчас?

Она серьезно?! Нет, блин, в следующей жизни, — едва не вырвалось вслух…

С момента её возвращения из больницы их интимные отношения практически сошли на нет. Любую его попытку сблизиться воспринимала в штыки. Те крайне редкие моменты, что были… Ему как милость кидали. Он уже начал забывать ощущения, когда… Себя еще ласкать позволяла, а вот чтобы члена коснуться… Чтобы ласку подарить… А он — не решался просить. Слишком сложными были их отношения после её выписки. Казалось, она уже не получает того удовольствия от их близости, что было раньше. Со страхом ждал «серьезного» разговора о необходимости расстаться.

Тысяча звезд!.. Она ловко подводила к разрядке, которой никогда не допускал в их отношениях. И сейчас изменять собственному правилу не собирался, хотя и…

— Нет, в тебя.

Голос сел до неузнаваемости. Взгляды встретились… Черт, он сейчас, действительно… Слишком длительное — почти воздержание, слишком откровенные действия Лады… Слишком медленно, грациозно, как маленькая пантера, поднималась на ноги… Практически не сдерживаясь, заключил в объятия, приник к губам страстным поцелуем.

Если она подпустила на столько близко, если сама… Ласки и объятия продолжались еще какое-то время. Не мог он просто удовлетворить собственные потребности. Даже не смотря на то что его, практически, подвели к разрядке. Оставалось только… Войти и…

— Лада, не шали, будет взрыв, не сдержусь, — предостерег он, стараясь максимально оттянуть кульминационный момент.

Давно между ними не было вот такой близости. Не просто физическое расслабление. Еще один поцелуй, полный страсти и желания. И… «взрыв». Расслабление. Полное… И предположить не мог, что день завершится (или, вернее уже будет — начнется) вот так…

— Лад, спасибо тебе… — крепко обнимая, шептал он ей в шею. — Лада… — невольно насторожившись, прислушался. Нет, не мог ошибиться. Чуть приподнявшись, тихо чертыхнулся. — Лад, что случилось? — с беспокойством прозвучал вопрос. — Не молчи, пожалуйста… — осторожно вытирая катившиеся из её глаз слезинки, старался удержать взглядом взгляд. — Что-то было неприятно? Или больно сделал? Или не надо было вообще…

Хотя не представлял, как смог бы сдержаться. Ставшая в последнее время крайне редкая близость к потере рассудка конечно не приводила, но вот что касалось жесткого самоконтроля… Начинались проблемы. Как донести это до любимой…

Кусая губы, Лада сделала движение головой. Вроде как отрицательно качнув. А в другое мгновение в голос разрыдалась. Сгребя ее вместе с тонким одеялом, усадил себе на колени. Крепко обнимал всё то время, пока рыдала. Пальчики с такой силой впивались ему в плечи, что вполне могли остаться отметины. Да и черт с ними. Сейчас бы разобраться с причиной истерики…

Успокоилась так же неожиданно, как и сорвалась. Несколько раз, совсем по-детски всхлипнув, совершенно неожиданно выдала:

— Ты мой Димка. Мой… — и голос, мог поклясться, стал другим, ушло необъяснимое напряжение, за последние месяцы ставшее их неизменным спутником в общении. — Теперь всё отлично. Если бы ты знал, как я соскучилась, — продолжала она шептать, обнимая его за шею и позволяя обнимать себя. — Думала, стала не нужна. Ты со мной из жалости. Вот так давно не было.

Ему пытались сказать что-то крайне важное. Только мозг еще не был способен воспринимать поступающую информацию адекватно.

— Конечно, твой, — не понимая, что происходит и продолжая обнимать девушку, Дмитрий постарался собрать мысли в кучу, взяв те под жесткий контроль. — Посиди, — попытался удержать, когда вдруг отстранилась.

— Я в душ хочу, Дим, — осторожно высвободившись из его объятий, не расставаясь с одеялом, все же поднялась на ноги.

— А потом?

— Не знаю… — призналась она, скрываясь за дверью ванной.

Дотянувшись до брюк, поднялся с постели…