Малышка на двоих (СИ) - Кучер Ая

А нет, просто спала. В такой подходящий момент.

– Да, дорогой, - кивает в такт своим словам, кусая губы. – Да, я поняла. Нет, никто не знал из наших. Телохранители, Лена и Снежка. Кому они могли сказать – без понятия. Снежка бы не стала, ей по барабану на такое. Слушай, дорогой…

Двигается к дверям, застывая на пороге. Катается на носках своих убийственных туфель, а после выходит на улицу. Оставляет любоваться её спиной, которую видно через вырез платья.

О чём-то воркует с мужем, переходя на шепот. Ничего не получается услышать, хотя очень хочется. Интересно, кто из них друг друга строит в отношениях? Тигран явно не тот, кто чужое мнение слушает. Но и Катя не девочка-пай, хоть вся такая воздушная и милая.

– Тоже раздражается? – друг рядом останавливается, протягивая пачку сигарет. – Да, дорогой, да милый…

– Не с тобой так говорит, вот и бесишься.

Руж над другом, хотя у самого такие же причины. Никогда малышку в таком ключе не рассматривал. Дочь босса, малолетка. В восемнадцать лет позволили себе чуть больше, чем следовало.

Разрешили сбежать, хотели отпраздновать втроем. А лучше было бы одного лишнего Тима убрать с уравнения. Был готов, если попросит меня свалить, устроить им романтик на двоих.

Но всё пошло кувырком с того момента, как нашли её у бара.

– Хорошо, без проблем, - хотя Катя выглядит так, словно проблем у неё выше крыши. – Да знаю я за клин! Да, прости. Сладких снов, дорогой. Довольны?

Стреляет в меня сизыми глазками, недовольная от и до. Прислонилась к дверному косяку, вдыхает свежий воздух. И к нам не спешит приближаться. Будто это ей поможет.

– И что муж сказал? – Тим улыбается нахально, прекрасно зная ответ. – Что придётся тебе пожить с нами некоторое время?

– Жаль не добавил, что вы мудаки. Но я за него это сделаю. И сколько продлится моя изоляция?

– Пока Тигран не даст отмашку тебя везти обратно.

Хотя я бы этого не делал.

Надо лишь способ найти, чтобы с малышкой разобраться, мужу не возвращая.

Глава 10

Я смотрю на грязное окно. Разводы после дождя, капельки грязи. Видно, что в доме давно никто не живёт. Просто здание с четырьмя стенами и крышей над головой.

Где мне предстоит провести некоторое время.

Столько, сколько решит Тигран.

Который ничего толком не объяснил. Просто сказал о том, что так сложились обстоятельства. А ещё и припечатал, что мне пора перерастать свою боязнь прикосновений.

Панический страх, которому не было логического объяснения. Меня никто не был и не насиловал. Последнее спорно, с учетом содержимого смеси препаратов в крови. Но да, этого не было, так легче.

На мне лишь осталось несколько синяков. На бёдрах, которые сжимали мужские пальцы. И красное пятнышко, засос, почти незаметный.

У меня были причины только бояться есть в публичных местах, когда не знаю, что могли подсыпать. С Тиграном получалось, ведь если бы меня даже опоили – он был бы рядом. Наверное, сейчас я ни с кем не ощущала себя в большей безопасности, чем с мужем.

В его руках, когда он прижимался сухими губами к виску. Когда после кошмара я могла прижаться к нему под одеялом. Может, муж считал меня ребёнком. И слабой. Но так же он знал, что я умею быть сильной.

Не зря же столько времени дрессировал.

Поэтому сейчас я медленно дышу, не закатываю истерики. Стою в сторонке, пока мои телохранители что-то обсуждают. Облокачиваюсь на кухонный столик, чувствуя, как медленно немеют ноги из-за каблуков.

Можно было бы сбросить туфли, но деревянные доски не внушали доверия. Начиная от пыли, заканчивая всевозможными занозами и гвоздями.

– Где я буду спать? – спрашиваю, когда стопу уже покалывает. – Мы ведь не будем всё время на кухне проводить?

– Умаялась в клубе, Кать? – Тимур улыбается, отвлекаясь на меня. – Или не успела выспаться в машине?

– Не успела. Представляешь, кто-то плохо водит и не мог держать машину ровно.

– И как такое могло получиться?

Мужчины посмеиваются на моими словами. А я, к своему стыду, понимаю, что хотела их задеть. Маленькая шпилька, чтобы получить реакцию. И вернуть себе власть, которой у меня никогда не было.

Я не из тех, кто умеет изящно шутить или приправлять разговор щепоткой сарказма. у меня плохо получается подобное, отвратительно просто.

– Я покажу тебе твою комнату.

Тимофей кивает на дальнюю дверь, направляясь туда первым. Мне остаётся лишь следовать за ним с надеждой, что всё скоро закончится. Я вернусь домой, угрозы Тиграну прекратятся, и телохранители мне больше не будут нужны.

Привычная охрана, без лишних Тимов.

– Завтра с утра разберёмся с печкой. Она старая, кто знает, вдруг дым повалит в дом.

Тимофей замечает то, как я вздрагиваю из-за холода. Слишком лёгкое платье для подобного места. Будь на улице разгар лета и день – никаких претензий. Но сейчас ночь, холодная и пронизывающая. И конец апреля, совсем скоро мне стукнет двадцать один.

Я больше не жду с таким азартом дня рождения. Восемнадцать отпраздновала вне дома и на этом хватит. Возможно, будет прием с партнерами Тиграна. Лишний повод заключить выгодный контракт в кругу близких друзей. А так, план скучный и банальный.

Муж закажет столик в ресторане, я выберу красивое платье. Ужин, разбавленный вином и подарком. Или несколькими, никогда не угадаешь, что задумал Тигран. Но строго из моего списка желаний, куда я заношу все хотелки.

Даже в таких вещах Мирзоев придерживается графика и порядка. И я тоже Мирзоева, хотя мечтала о другой фамилии.

Макарова, красиво же. Если бы ещё Тимура звали Макар – вверх символизма. Или Суханова, не так изящно, но мне тоже нравилось. Не сами фамилии, они лишь набор звуков. То, что это бы значило.

Забавно, как с нами играет время. Когда-то я была влюблена в телохранителей отчима. Примеряла их фамилии, пускала в ночные фантазии. А сейчас хочу, чтобы они оказались подальше.

Словно это поможет вытравить воспоминания. Заменить их на что-то более приятное. Пусть я бы осталась в тот день дома. Носилась по приему, знакомясь с друзьями отчима. Ворчала, что не так хотела отпраздновать. И часов в двенадцать отправилась в постель.

Скучно, не интересно, идеально.

– Это единственное, что есть из вещей, - в ветхом шкафу Тимофей находит мне комплект одежды. Мужской. – Я пойду найду плед, у тебя пару минут, чтобы переодеться.

Я справляюсь меньше, чем за минуту. Вещи пахнут сыростью, доказывая, что их давно никто не стирал. Лежали на полках, дожидаясь своего звездного часа.

Платье сменяется широкими штанами, которые спадают, и такой же футболкой. Безразмерной, которую можно было бы превратить в настоящее платье, если постараться. А ещё – теплые носки, лучшее, что было в стопке вещей.

– Спасибо, - благодарю Тимофея за три тёплых пледа, потому что ещё не стала последней сукой. – Спокойной ночи.

– Сладких снов, Катя.

Но мужчина не двигается. Прислонился к стене, наблюдая за тем, как я забираюсь в кровать. Постель тоже бы не мешало простирнуть и освежить. А лучше просто поменять. Но сейчас выбор минимален и я принимаю то, что есть.

– Ты не собираешься уходить? – мне неловко от его взглядов. Не могу даже лечь, натягивая одеяло сильнее. – Тим!

– И оставить тебя одну? Ни за что, малышка.

– Не смешная шутка.

– Тебя сегодня пытались убить, Кать. Совсем не страшно?

– Всё же обошлось, нет?

– Мы посреди глухого леса. И в твое окно может пробраться кто угодно. А мы с Тимом не сможем помочь, не услышим. Поэтому кто-то из нас будет рядом с тобой.

– Смотреть, как я сплю? Это странно.

А ещё волнительно. От мысли, что мы будет в одной комнате постоянно. Без шансов вырвать себе каплю одиночестве.

– Ложись спать, Кать. Не создавай ещё больше проблем.

Киваю, не желая спорить. Тим не прав, меня беспокоит сегодняшнее нападение. И то, что оно может быть не последним. Но всё меркнет в сравнении с тем, что всё повторяется.