Универсальные истины (ЛП) - Головачёв

— Нет-нет, — успокоил ее Хэмиш, — все в порядке, тут есть чем гордиться. Это невероятное место.

— Совершенно верно, — присоединилась девушка, ее глаза снова загорелись. — Оно так важно для сообщества. Деревня была в упадническом состоянии, знаете, до войны, — ее голос стал тише. — Предыдущие поколения собственников не особо заботились о благополучии населения. Пара человек работали здесь в качестве домашней прислуги, но поместье существовало по большей части обособленно.

Гермиона согласно закивала. Девушка поймала ее взгляд.

— А потом во время войны было очень плохо. Многим нашим семьям.

Грейнджер непроизвольно потянулась к руке их гида. Их взгляды встретились, и Гермиона сочувственно улыбнулась. Девушка глубоко вздохнула и, казалось, пришла в себя.

— Но сейчас, конечно, все совсем по-другому. Благодаря молодому мистеру Малфою, — щеки молодой ведьмы слегка покраснели от этого замечания, и Гермиона знала, что увидит приподнятую бровь на лице Хэмиша.

— А какой он? — тихо спросил тот. — Мой жених и моя подруга знакомы с ним, но я пока не удостоился чести.

Гермиона и Чарли оба бросили на него суровый взгляд.

— О, так вы его знаете?! — девушка изумленно посмотрела на Гермиону, а затем на Чарли. — Он милый, правда? Такой добрый. Все мы, кто на него работает, чувствуем себя в надежных руках.

Гермиона согласно кивнула и пробормотала что-то, не доверяя своему голосу. На помощь пришел Чарли, объяснив, что на самом деле он только переписывался с Малфоем, но слышал много хорошего. А потом он сменил тему и спросил о программах терапии, в которых участвовали животные и магические существа. Девушка начала восторженный монолог, на который Гермионе следовало бы обратить внимание, но вместо этого ее мысли потекли в другом направлении.

Как бы хотелось стать частью всего этого. Работать или консультировать тут. Поддерживать любым способом. То, что делал Драко, было очень важно и необходимо. Она думала об этом и раньше, но полностью осознала, только стоя здесь, слушая гордую сотрудницу и погружаясь в измененную — целиком и полностью — атмосферу этого места. Гермиона сделала глубокий вдох и медленно огляделась вокруг, чувствуя прилив печали.

Она могла бы быть вовлечена, могла быть частью этого.

Но оттолкнула все от себя. Оттолкнула его.

Снова наворачивались слезы, Грейнджер подняла глаза и поняла, что Чарли тихо обращается к ней.

— Мы направляемся в отделение с существами. Ты с нами?

Как бы Гермионе ни хотелось увидеть те части центра, которые наиболее тесно связаны с ее собственной работой, она внезапно почувствовала, что ей нужно уйти.

— Нет, думаю, я вернусь в деревню. Встретимся в гостинице через пару часов? — последние слова прозвучали спешно.

— Все нормально, дорогая, — Хэмиш с нежностью посмотрел на нее, и Чарли кивнул.

Гид попрощалась с ней и вместе с мужчинами развернулась, чтобы продолжить осмотр, а Гермиона направилась к выходу.

— Ой! — воскликнула девушка и хлопнула в ладоши. Гермиона повернулась. — Я же собиралась показать вам офис программы интеграции магглов! Дверь сразу перед выходом. Загляните, если интересно. Это наш новейший крупный проект, и мы им очень гордимся! Будем помогать маггловским семьям волшебных детей знакомиться с нашим миром. Вас это, вероятно, особенно интересует… — она слегка покраснела, и Гермиона с легким испугом поняла, что ее узнали. — Мистер Малфой скоро объявит о запуске. Для него это очень важный проект, и он лично вовлечен в каждую деталь. Он представил его нам всего два месяца назад, но уже готов к запуску в начале следующего года. Зайдите, посмотрите! — она весело помахала рукой, выводя Хэмиша и Чарли за дверь.

Гермиона на автопилоте попрощалась. Голова шла кругом.

Программа интеграции магглов. Для маггловских семей волшебных детей. Начал два месяца назад.

Неужели он сделал это из-за нее? Из-за их разговора?

Ноги привели ее к офису, на который указала гид, и Гермиона медленно вошла и в изумлении распахнула глаза, когда огляделась. Пространство было ярким, красочным, и она изо всех сил пыталась уловить все сразу. В центре комнаты находился стеклянный купол с двумя искусно проработанными моделями, подобными той, что она видела в музее ранее. Одна называлась «Центр интеграции магглов в Мэдоуз», а другая — «Центр интеграции магглов в Хогвартсе». Гермиона обошла их по кругу. Похоже, в каждом учреждении будут не только классы и лечебные объекты, но и выставочные залы маггловского искусства и инноваций. Таким образом интеграция пойдет в обоих направлениях и поможет волшебному миру понять и оценить маггловский.

Она протянула нетвердую руку и оперлась на стекло, глядя на миниатюрные здания. Затем снова подняла глаза, чтобы рассмотреть все остальное в помещении. Планы и движущиеся колдографии на стенах описывали занятия, терапевтические и дискуссионные группы, практические уроки и демонстрации. Они перемежались цитатами директрисы и других лидеров сообщества, выражающих поддержку и приверженность проекту. Колдографии выдающихся магглорожденных волшебников описывали тяжести, с которыми в свое время столкнулись их семьи.

Гермиона должна была стать частью этого.

Может, у нее все еще есть шанс? Идеи заполонили голову, она вытащила блокнот, который всегда хранила в сумочке, и прижала к стене, чтобы записать несколько вещей. Ей стало любопытно, получил ли он поддержку со стороны Министерства или все еще нуждался… Что насчет процесса обучения? И подумал ли он о составлении сопроводительных текстов? И что он скажет о программе обмена…

Грейнджер так старалась не потерять ход своих мыслей, что не услышала приближающихся к офису шагов. Но не смогла пропустить резкий вдох, который раздался у двери.

Она подняла глаза и почувствовала, как ее сердце остановилось. Ручка выпала из ее пальцев и покатилась по полу.

Он стоял там.

Невозможно. Как будто она наколдовала его своими мыслями.

Время замерло. Гермиона замерла. И не могла отвести от него взгляд. Высокая стройная фигура, светлые волосы, ищущие глаза. Его лицо… Ее первой мыслью было, что он выглядел измученным, разбитым, но все еще красивым. Вторая ее мысль оказалась скорее порывом — подойти к нему и прикоснуться, чтобы убедиться, что он настоящий, погладить ладонью его челюсть, провести большим пальцем по складке на лбу. Третья мысль — волна чистой паники и смущения. Обожеобожеобожеобоже. Что он о ней подумает? Здесь. Сейчас. Заявилась без предупреждения…

Драко кашлянул, его щеки слегка покраснели. Гермиона вздрогнула, мозг отказывался работать. Он остановился в дверном проеме и крепко сжал рукой косяк. Что он скажет? Что, черт возьми, она скажет?

Обожеобожеобожеобоже.

Наконец, через мгновение, которое, казалось, растянулось на целую вечность, он шагнул в кабинет, поднял ее ручку и протянул ей.

Приподняв подбородок, обвел взглядом комнату и посмотрел на Гермиону.

— Что