Навеки оберегаемая (ЛП) - Эдди Патрисия Д.

Она сидела в баре, выпила две пинты «Гиннесса». А потом… этот голос. Тёмный и тягучий, как шоколад.

— Добрый вечер, Райли.

Она ахнула и приподнялась на локте, когда матрас прогнулся и Бог, изваянный из чистого бледного гранита, сел рядом с её бедром. На нём был чёрный шёлковый халат, распахнутый так, что обнажал твёрдые мускулы груди, и он улыбнулся ей, отчего, как она думала, при любых других обстоятельствах растаяла бы.

— Кто ты?

Он склонил голову на бок и прищурил тёмно-голубые глаза.

— Ты не помнишь? Подумай, акушла.

Райли знакомо это слово. Он уже звал её так. Тёмная комната. Машина. Боль.

— Господи! — Она попыталась отползти от мужчины, но одеяло помешало, и, потеряв равновесие, она упала на пол. — Не трогай меня! — закричала Райли, когда он обошёл кровать и встал на колено.

— Я не стану тебе вредить и зачаровывать.

— Зачаровывать? — У неё пронзительно звенел голос, когда нахлынули воспоминания. Она ощупала шею, но следы… укусов, исчезли. И запястье. Она же его ломала, а сейчас… всё хорошо. — Что, черт подери, ты со мной сделал? Месяц без сознания держал?

— Нет… — Он нахмурился. — Почему ты об этом меня спрашиваешь?

— Запястье… он его сломал. — Содрогнувшись, Райли обняла себя, только сейчас сообразив, что на ней нет лифчика и… надето что-то похожее на рубашку в тон его пижамным штанам. — Где я? — Райли отползала, пока не наткнулась на деревянную тумбочку и подтянула колени к груди. По крайней мере, трусики ещё на неё, и внизу не было такого чувства, будто её… изнасиловали. А вот остальное тело…

— Я тебя исцелил. Ты пробыла тут чуть больше половины дня, но тело сильно пострадало и ещё может чувствоваться… слабость. Могу я помочь тебе вернуться в постель? — Он протянул руку, и на его красивом лице появилась надежда.

— Половина дня? — Задыхаясь от охватившей паники, она попыталась набрать в лёгкие больше воздуха. Если она сейчас потеряет сознание, он сможет сделать… Бог знает что. Снова.

В голове всплыли образы — цепи, кровь, четыре мужчины. На ней рвали одежду, дёргали за волосы, пили её кровь. Эти мужчины бросили её в клетку. Мучили её. Говорили, что будут неделями от неё кормиться. Слёзы хлынули из глаз, и Райли задрожала. Всё было слишком… реально. И в это… невозможно поверить.

Следующее, что Райли помнила — она снова в постели, но на этот раз прижатая к груди красивого психа, пока он медленно и спокойно выводит круги рукой у неё на спине. Боже, от него так хорошо пахло. Но от его пальцев исходил холод. Всё его тело чувствовалось прохладным. Он пришёл за ней в тот сырой, грязный подвал. И двигался так быстро, а цепи разорвал так, словно это всего лишь нитки.

— Закрой глаза, акушла.

Он защитил её. От пуль. Она слышала его мягкий, богатый голос, понимая, что вот-вот умрёт.

— Кто… что они? — спросила Райли надтреснутым голосом. — Те мужчины…

— Животные, — прорычал он. — Он не люди.

С каждой минутой воспоминания становились всё ярче. Побег из бара. То, как она заблудилась. Двор. Крики. Её спаситель достал из кармана халата носовой платок и осторожно промокнул ей щеки.

— Они больше не тронут тебя. Обещаю.

— Ты не сможешь… Они такие сильные, — прошептала она.

— Я сильнее. — Мужчина провёл костяшками пальцев по её подбородку. — Я намного старше их.

Она не могла понять смысла его слов. Он не старше их. Тридцать четыре, может, тридцать пять лет. Да и главарь той банды… Патрик, выглядел такого же возраста. Пока не обнажил зубы… Клыки.

— Они… дерьмо. Я ведь не сошла с ума, да? Они… вампиры.

Он вздохнул, слегка сжимая её в объятиях и целуя в макушку.

— Да, как и я.

Райли напряглась, но он держал её так крепко, что она даже не попыталась вырваться. Он ещё не убил её. Даже не пытался… выпить из неё. Или… пытался?

— Деклан… Так тебя зовут?

— Да, Деклан Бонни.

Отодвинувшись так, чтобы посмотреть ему прямо в тёмно-синие глаза, она ощутила, как спала пелена с остальных воспоминаний.

— Замок… Ты пил у меня кровь.

— Не стану тебе лгать, да. — Он говорил ровно и уверенно, что он поверила ему, хотя и знала, что не должна.

— Отпусти меня, — прошептала она и едва смогла скрыть потрясение, когда он уложил её на кровать и подложил две пушистые подушки под спину. — Я… думаю, мне нужно, чтобы ты начал с самого начала.

Деклан кивнул.

— Ты заслуживаешь знать правду. Но прежде, могу я предложить тебе выпить? Для этой истории мне чертовски нужно выпить.

8

Деклан

Его человек выглядела такой неуверенной. Во всём на свете. И Деклан не мог винить её за это. После всего пережитого, он почти ожидал, что она будет вести себя… дико. Но она просто натянула одеяло до груди и принялась теребить его края, пока Деклан наливал виски в стакан со льдом.

— Выпьешь, Райли?

— Ты же видел меня в баре.

— Да, но две пинты пива за четыре часа — ничто по сравнению с лучшим ирландским виски.

— В медицинском колледже я пила даже тогда, когда все остальные ординаторы валялись под столами.

От её деловитого тона глубоко внутри Деклана — в том месте, о существовании которого он и не подозревал — зародился смех.

Схватив бутылку, он неторопливо подошёл к кровати, протянул ей стакан и наполнил его, после чего долил себе ещё. Чокнувшись с Райли, он отошёл и сел в кресло посередине комнаты, между кроватью и дверью. Если Райли хотя бы раз во время рассказа Деклана не попытается сбежать, он будет шокирован.

Первым глотком Райли осушила половину стакана.

— Вперёд, Деклан, рассказывай, — произнесла она хрипло. — Мне нужно знать.

— Мне триста двадцать лет, акушла. Я жил во время войн и голода. И никогда не умру. К тому же лишь пара вещей может меня убить.

— Например? — уточнила Райли.

Выгнув бровь, Деклан задумался, как много можно рассказать. Но уже пообещал не лгать. Так что… опустить некоторые факты было не лучше, чем солгать.

— Обезглавливание. Кол в сердце. Серебряные пули. И… солнечный свет.

Дрожащими руками Райли поднесла стакан ко рту. Отпив ещё виски, она поставила стакан на стол.

— Ты сгораешь на солнце, как… в книгах?

— Многие страшилки и сказки частично или полностью основаны на фактах. — Он небрежно пожал плечом, но тут же пожалел об этом жесте, вспомнив, что чувствовал, когда проснулся в первый раз и был поглощён ненасытной жаждой крови новообращённого. — Никто не знает когда и как появился первый вампир. На протяжении веков мы существовали, скрываясь ото всех.

— И ты… пьёшь кровь. — Она прижала пальцы к самой сладкой вене и вздрогнула, будто ещё чувствовала раны. — Ты… пил мою кровь.

— Да. — Он откинулся на спинку. — Туристическая компания каждый день приводит ко мне в подвал двадцать человек. Когда я голоден… зачаровываю одного из туристов, кормлюсь от него и отпускаю.

У Райли перехватило дыхание, и она не сводила с Деклана глаз. Она такая сильная.

Желание омыло тело, согревая кожу и наливая член кровью.

Нет, Райли слишком много пережила.

Если он не возьмёт себя в руки, она заметит его эрекцию. Отвернувшись от Райли, он включил экраны безопасности напротив кровати.

— Когда гид ведёт группу в подвал, я выхожу сюда, — он указал на дверь, ведущую на узкую лестницу, — и жду. Но никогда не беру больше, чем может дать человек. И отпускаю их с желанием вернуться в отель и отдохнуть.

— Ты их не убиваешь.

Деклан напрягся, но заставил себя успокоиться и повернулся к Райли.

— Я уже два столетия не убивал ради еды. И больше никогда не убью. В этом нет необходимости. Полпинты крови могут насытить на два-три дня. Большинство людей, от которых я питаюсь, даже ничего не замечают. Их преследует лишь усталость.

Райли прикусила губу и снова потянулась за виски.

— Ты только полпинты и берёшь?

— Это даже меньше, чем сдают в банк крови. — Он уставился на свои босые ноги. Весь день он проспал на полу. Прямо рядом с кроватью, чтобы слышать происходящее и, если Райли проснётся в ужасе, тут же оказаться рядом. Взять её за руку и нежно погладить по внутренней стороне запястья, если ей вдруг приснится кошмар. Так и случилось около трёх часов дня. — У тебя я взял больше… Не смог устоять, акушла. Твоя кровь — уникальна. Отличается от прочей. Она очень сильная.