Навеки оберегаемая (ЛП) - Эдди Патрисия Д.

— Как давно… ты здесь живёшь?

Взгляд Деклана стал холодным и жёстким.

— Я отнял замок у своего сира, когда его создания объединились и уничтожили его чуть больше двухсот лет назад.

— Что? — Райли взвизгнула и отдёрнула руку. — Ты… убил предыдущего владельца?

— Положил конец его существованию. «Убит» — неподходящий термин. — Указывая на древний стол в углу кухни, Деклан кивнул. — Садись. У меня есть кофе, вино и вода. Что предпочитаешь?

Судя по его тону, дальнейшее обсуждение этого вопроса закрыто, потому Райли, запинаясь, пробормотала:

— К-к-кофе, пожалуйста.

Обняв себя, она откинулась на спинку стула, пока Деклан беззвучно налил кофе в кружку, поставил перед ней и вытащил поднос из старинной духовки. На какое-то мгновение Райли показалось, что его веки затрепетали, когда он вдохнул пар, поднимающийся от еды, а когда переложил несколько кусочков жареной курицы, картофельное пюре и что-то похожее на шпинат на тарелку, походил на голодного человека, у которого текут слюнки. Но как только Деклан поставил перед ней тарелку и разложил столовое серебро, это ощущение пропало, а Деклан прислонился к огромному островку в нескольких футах от неё.

— Это… подойдёт? Ещё есть яблочный пирог.

— Так много я не съем, — сказала Райли, берясь за вилку. — Но выглядит великолепно.

Она немного поела под взглядом Деклана и нахмурилась.

— А ты не… ешь?

— Нет.

Расправив плечи, Райли посмотрела прямо в его тёмные глаза.

— Я сделала что-то не так? Ты злишься. И я не понимаю, почему ты злишься на меня, но говоришь остаться тут. Я лишь спала и душ приняла.

Казалось, Деклан сейчас упадёт под тяжестью её слов. Он снова повернулся к кофейнику на плите, наливая себе кофе.

— Нет, Райли, ты не сделала ничего плохого. Это я идиот.

— Это извинение? — Кофе взбодрил и придал сил, чтобы противостоять ему, хотя сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Держа кружку в руках, словно защищаясь, Деклан медленно приблизился.

— Можно присесть?

— Это твой дом. — От её ответа он вздрогнул, и она быстро добавила: — Садись, конечно.

Он уставился на дно кружки, будто в ней были ответы на все вопросы вселенной.

— На меня кофе действует не так, как на тебя. Но иногда я завариваю кофейник, чтобы попытаться вспомнить, каково… быть человеком.

— А он действует как-нибудь?

— Нет. Алкоголь — да, если много выпить. Но я не могу… — Он указал на тарелку, — ешь. Я скучаю по вкусу еды.

От стыда она покраснела и отложила приборы.

— Если хочешь, я могу поесть где-нибудь ещё. Или… просто подожди. Или… уйди.

— Нет. — Его ответ был больше похож на рычание, чем на слово, Райли дёрнулась и отодвинула стул. — Проклятье. Прости, Райли. Прошло уже много лет с тех пор, как мне пришлось столкнуться с последствиями своего решения. Я постараюсь держать себя в руках.

Казалось, он говорил искренне, Райли взяла вилку, когда он вытянул ноги, скрестив их в лодыжках.

— Неужели… все легенды правдивы?

— Легенды? — Деклан отпил кофе, закрыл глаза и тяжело вздохнул после того, как проглотил его.

— О… вампирах?

— Ты имеешь в виду всё, что написано в любовных романах и сказках, которые рассказывают детям, запугивая? — Он выгнул тёмную бровь и усмехнулся.

— Да. — Райли зачерпнула ложкой последний кусочек шпината и постаралась не застонать. Она была так голодна, что почти облизала тарелку меньше чем за пять минут.

— Большинство легенд, по крайней мере, частично, основаны на фактах, — просто ответил он.

— Значит, солнечный свет, чеснок, святая вода, кол в сердце?

— Святая вода мне не повредит. Чеснок… вызывает у меня сильное несварение желудка. Как и вся еда. А солнечный свет, серебро, обезглавливание, огонь — это всё правда. — Ещё один маленький глоток, и Деклан отодвинул кружку. — Мы проклятые создания, Райли, и должны вечно жить с последствиями наших действий. Легче просто ни о чём не волноваться, чем вечно жить и сожалеть.

— Сожалеть о чём? — Она не была уверена, что хочет это знать, но пообещала, что не уйдёт, пока не взойдёт солнце, а за окнами ещё темно. Что-то в этом вампире манило, но Райли не понимала, что именно. Он держал свои сожаления, — какими бы они ни были — как щит или, возможно, саван, и она жаждала иметь возможность забрать его боль.

Деклан не сводил с неё чёрных глаз, и Райли наклонилась ближе, рискуя накрыть его пальцы своими.

— Расскажи.

Деклан нахмурился, и мускул на его щеке дёрнулся.

— Гостиная через столовую, налево… иди… устраивайся удобнее. Я уберу посуду и вскоре приду туда.

Поднявшись на ноги, она пошатнулась, и он оказался рядом, крепко обхватив её за талию.

— Я в норме, — запротестовала он. — Такое иногда случается. Кровяное давление сильно скачет, а они… к-хм, взяли слишком много крови.

Целый ряд эмоций — ярость, печаль, возможно, даже жалость — отразились на его красивом лице, когда он несколько долгих мгновений смотрел на неё.

— Об этом мы тоже поговорим, акушла. Очень скоро.

10

Деклан

Он нашёл Райли на бархатной кушетке. Она накинула на хрупкие плечи шерстяное одеяло, которое Деклан хранил более трёхсот лет.

— Ты замёрзла?

Румянец на щеках делал Райли моложе двадцати девяти лет, и он находил смущение милым. Затем выругался себе под нос за то, что позволил себе чувствовать… что-то к человеку.

— Немного. В замке ведь нет центрального отопления?

— Нет. — Подойдя к большому камину в центре комнаты, он опустился на одно колено. — Но старые методы иногда лучше.

— Я думала, — она подалась вперёд, и одеяло сползло, — что огонь может убить тебя. Тебе не нужно…

— Огонь может и человека убить, Райли. Но вы на нём готовите, зажигаете свечи, как и… атмосферу. — Кинув четыре полена в очаг, он налил розжига и бросил спичку. Замечательное изобретение — жидкость для розжига. Одна из небольших современных роскошей, которые пришли по вкусу, вместе с машинами, техникой и натяжными простынями. — Я не боюсь закончить существование, — тихо добавил он, когда пламя начало потрескивать. — Иногда я думаю, что это стало бы облегчением.

— Почему?

Подойдя к бару, он налил себе щедрую порцию виски и выгнул бровь, смотря на Райли.

— Н-нет, спасибо. Вообще, сколько тебе нужно, чтобы напиться?

— Бутылка? Две? Зависит от того, как давно я питался. Сегодня, не уверен, что хватит всего виски в мире.

Хотя, когда он осушил половину стакана, начал чувствовать, как гул притупляет чувства. Прислонившись спиной к стойке бара, он наблюдал за Райли. Она так прекрасна. Такая… живая. Он не должен привносить свою тьму в её мир. И всё же желал рассказать всё… будто она очаровывала его, а не наоборот.

— Деклан, почему ты хочешь умереть? Или… покончить со своим существованием? — Она закуталась в одеяло и ждала, наблюдая за Декланом.

— Вампир, который создал меня, не оставил выбора, — ответил он, после того, как опустошил стакан и налил ещё. — Я учился в Тринити колледже и, как большинство молодых людей, был немного взбалмошный. Не приходил домой до глубокой ночи, пил, гулял с друзьями. — Боль той ночи затопила чувства, и Деклан ещё отпил виски. Если он не будет осторожен, то напьётся. — Его звали Ангус. Хищник и в человеческой жизни. Он зачаровал меня, затащил в тёмный переулок и осушил.

Райли на мгновение прикусила губу.

— Осушил?

— Чтобы создать другого вампира, нужно полностью осушить человека, а в последнюю секунду перед смертью, напоить кровью из своей вены.

— Фу, — сказала она, сморщив нос. — Зачем это кому-то?..

— Ты удивишься, насколько сильным может быть желание жить, акушла. Особенно когда не знаешь последствия действий. — Он поставил стакан и подбросил в огонь ещё полено. — На следующую ночь, я очнулся в этом самом замке. В одной из камер. Вместе с человеком. Испуганным беспризорником, который бился в истерике и кричал на языке, которого я никогда не слышал.