Серый Волк для Снегурочки (СИ) - Милада Гренж

Если рассуждать здраво, то можно подумать, что это преднамеренное убийство.

— Я могу пойти с тобой, но совсем немного, это твоя стихия.

Ну, уж дудки, мазохизмом она не страдала.

Глава 8

Элька попятилась назад, но Иван преградил ей дорогу:

— Смелей, я с тобой — он скинул футболку и стал снимать кроссовки.

Внутренняя интуиция подсказывала, что ничего страшного с ней не случиться, а вот для него это может закончиться не очень хорошо.

Она подняла руку.

— Оденься, я сама. Только отвернись.

Иван улыбнулся, но все же отвёл взгляд от неё на вершину горы. Все что он слышал, это шорох одежды и легкий всплеск воды. Не выдержал и повернулся.

Элька стояла окутанная серебристыми каплями воды как ореолом. Они переливались на солнце и, словно пушинки, парили вокруг ее тела. Длинные белокурые волосы доставали до пояса и словно жили своей жизнью, пушились и раскидывались веером.

Он не мог отвести взгляда. Это было настолько волшебно и красиво, что хотелось задохнуться от восторга.

До него едва дошло, что Элька смеётся своим серебристым смехом и тихо повторяет:

— Отвернись, негодный мужчина. Ты обещал не подглядывать.

Смущение мелькнуло на его лице, и Иван, развернувшись на сто восемьдесят градусов, уставился в никуда. Вот только перед глазами так и стояла чудесная картина.

Узкая ладонь легла на его плечо.

— Поворачивайся.

Он осторожно поймал взгляд ее слегка раскосых огромных глаз. Что-то невидимо менялось в этой женщине, она словно наполнялась силой, красотой. Это уже совершенно не та испуганная девчонка, прилетевшая вчера с другого края страны.

Протянул к ней руку. Она без раздумий вложила в неё свою.

Словно под гипнозом, не отрывая взгляда, притянул ее к себе. Наклонился, коснулся поцелуем и растворился в ней.

Именно сейчас она смогла почувствовать их связь, единство, поняла почему не сможет жить без него. Вся прошлая жизнь ушла в небытие, словно ничего и не было. Она родилась здесь и сейчас.

Горячие пальцы срывали одежду, скользили по прохладной коже.

Под ладонями она чувствовала его упругие мышцы, жар…

Ради одного мига стоило пройти все километры и если бы ей предложили все вернуть на круги своя, она не согласилась бы.

Чувства, сплетенье тел, они не разрывали поцелуя, словно дыхание могло остановиться. Сердце выпрыгивало из груди. Протяжный стон, разорвавший тишину…

Иван очнулся первым, на его груди мирно дремала любимая. Нежно погладил ее по волосам:

— Нам пора домой, ты совсем замёрзла.

Улыбнувшись, Элька хитро посмотрела на него:

— О нет, один сумасшедший мужчина просто не допустит этого. Он слишком горяч. Но вот что-то съесть лишним бы не было. Я голодна как волк — она легко подскочила на ноги и потянула его за собой.

— Так, девушка, перестаньте распугивать местную живность. Сейчас же одевайтесь, а то мне придётся вызвать на дуэль любого, кто увидит вас в таком виде.

Они дурачились как дети и никто не заметил, что пара зелёных глаз наблюдает за ними из далека. Из горла рвался вой, но она сдержала его. Месть, это блюдо, которое подают холодным.

Они шли по тропинке к машине, Иван крепко обнимал ее за плечи, боясь выпустить даже на секунду. Вот сейчас жизнь стала полной. Все встало на свои места.

Непонятно откуда, над их головами сгустилась тьма, это была целая стая ворон. Они сбивались в кучи и при этом не просто каркали, они словно кричали. Элька вздрогнула и вся кожа покрылась мурашками.

— Чего это они? Что случилось? Я ещё ни разу не видела, чтобы птицы себя так вели. Мне страшно.

— Я с тобой — он и сам понимал, что происходит что-то ненормальное, нужно связаться с Авророй. Ей ещё нужна защита, она ещё не умеет пользоваться своей силой, а его сущности слишком мало, чтобы огородить от неприятностей.

Быстро подсадив ее в машину, он повернул к деревне, вороны так и не отставали пока они не въехали в защитный круг.

— Ваня, тебе не кажется, что пора и посмотреть дом бабушки, если он вообще существует.

— Хорошо, но может все же сначала перекусим?

— Нет, если мы сейчас уединимся, то до дома сегодня не доберёмся — она хитро посмотрела на него.

— Уговорила, поехали. Только предупреждаю сразу, там все не совсем так как ты привыкла.

— Это избушка на курьих ножках?

— Ну почти…

Они проехали через всю деревню и попали на узкую просёлочную дорогу ведущую в лес.

— Я думала, что бабушка жила в деревне.

— Нет, она не очень любила определенное соседство. Дело в том, что наши с тобой сущности разные. Мы входим в один орден, служим одной цели, но вот способности разные.

— В чем заключается моя, я пока ещё так и не поняла, но чувствую определённую силу. А ты? В чем твоё отличие от простых смертных? Когда ты говорил о людях, ты не относил себя к ним.

Он набрал в лёгкие воздух, было почему-то сложно сказать. А вдруг не поймёт, или ещё хуже — испугается.

— Ваня, уже поздно чего-то стесняться или недоговаривать. Меня сложно сейчас чем — то удивить. За сутки я столько всего прошла, начиная с домового, заканчивая тобой после купания в ледяном озере, где вода летала вокруг меня.

— Я волк — он сказал как выдохнул. Замер, ожидая ее реакции.

— В смысле? Ты превращаешься в волка в полнолуние и рыщешь в поисках жертвы?

— Нет, волк — это боевая форма, я сам решаю, какую ипостась принять и при этом не теряю разума.

Элька такого не ожидала. Сказка сказкой, но не до такой же степени. Она внутренне сжалась в комок, крепко зажмурила глаза и резко открыла — все осталось так же. Наверное, это все же не сон, а реальность. Придётся с ней мириться и как-то вливаться в новую жизнь.

Тем временем они подъехали к небольшому каменному дому. Он разительно отличался от тех, что были в деревне. Ни какой роскоши, ни балкона, ни огромных панорамных окон. Все наоборот, слишком неброско, но хорошо защищенно.

Вокруг был такой же каменный забор, словно это была больше крепость, чем жилое помещение.

На кованной железной калитке чернел огромный навесной замок. Иван вытащил из бардачка связку ключей и пошёл вперёд открывать. Элька застыла возле машины, почему-то стало страшно, что-то витало вокруг него тяжелое, вязкое, хотелось развернуться и бежать из этого места.

Он открыл замок и протянул ей ключи:

— Дальше ты должна идти сама, мне хода нет. Бабушка защиту поставила и от нас тоже,