Неясные огни - Марго Айсли

Злость вновь наполнила её, приказывая сделать хоть что-то, а не сидеть на месте. Хотелось голыми руками выдрать решетку и уйти, побив по пути всех стражников. Да только она уже пыталась, и дальше попыток сломать решетку дело не зашло. В конце концов, не помогла и магия, потому что решетки оказались зачарованы и просто отзеркалили заклинание в целительницу обратно.

— Присядь на минуту, — зевнула Ирмис с постучала по тонкому матрасу рядом с собой, — твой топот слышит весь этаж, лучше поспи.

— Нет, не могу я спать! Я в бешенстве!

— Понимаю, — понуро кивнула Ирмис, — но злостью ты себе не поможешь.

Ния с силой плюхнулась на край койки и сложила руки на груди, метая глазами молнии.

— Вот увидишь, Аарон выйдет сухим из воды, папаня его отмажет. Точнее, уже отмазал, а мы будем сидеть в казематах до конца жизни.

— Опять? Ну сколько можно-то? — донесся недовольный голос Джареда из соседней камеры, — я уже третий день это слушаю, надоело.

— Заткни уши пальцами, — рявкнула она.

— Пробовал, не помогло, — ответил парень, — может, поорешь в подушку?

— Я тебе потом поору в подушку, как выберемся!

— О, это можно организовать прямо в моей комнате, — съязвил Джаред, ещё сильнее разозлив девушку.

— Хватит уже, оба надоели, — вспыхнула Ирмис и посильнее завернулась в мантию, — мы и так в глубокой заднице, ещё ваши скандалы не хватало слушать. Дайте уже поспать.

Ния фыркнула, но не ответила.

Несколькими часами позже в коридоре раздались шаги, и за решеткой показалась фигура в тёмной мантии, скрывающей лицо. Рыжая уж было порадовалась, что их пришли вызволять, как человек скинул капюшон, и им оказался Аарон. Скорчив недовольную рожицу, целительница разве что не плюнула в его сторону.

— В общем, — тихо сказал он и посмотрел по сторонам, убеждаясь, что никто их не подслушивал, — отец не согласился приказывать начальнику стражи вас выпускать. Он сказал, что сначала будет расследование, и если вы окажитесь виновны, то…

— Ага, я так понимаю, — подлетела Ния к решетке, — что тебя расследование касаться не будет? Или почему тебя сразу выпустили?

Аарон немного покраснел, но не ответил.

— Так и знала, — оскалилась рыжая, — настоящий папенькин сынок!

— А тебе было бы легче, если бы я сидел рядом с вами в соседней камере?!

— По крайней мере это было бы справедливо! — закричала она в ответ, показав обидный жест.

Резко развернувшись, девушка вернулась к койкам и сделала вид, что Аарона не существует.

— Что у них на нас? — спросил Джаред, не желая тратить время на ругань.

— Почти ничего, — помотал Аарон головой, всё ещё бросая на Нию недовольные взгляды, — насколько я понял, кто-то из соседнего поместья видел, как мы перебирались через забор.

— Но там же такая темнота была, да и снег, — покачала головой обеспокоенная Ирмис.

— Знаю, вот и пытаюсь выяснить, кто это и что он видел.

С кровати раздалось фырканье.

— Может такое быть, что нас специально подставляют? — поразмыслил Джаред.

— А кому оно надо? — пожал плечами Аарон, — мы ни на что не влияем.

— Твоим папочке и мамочке, очевидно же, — не выдержала Ния, — пока мы будем сидеть в клетках, на тебя не будут оказывать влияние люди не столь высоких кровей.

— Заткнись! — зашипел Аарон, вскипая.

— Эй, ты как с девушкой говоришь? — осадил его Джаред жёстким тоном, — между прочим, она в чём-то права. Твой отец тебя отмазал, хотя ты был с нами.

— Мне сесть с вами рядом? Вам полегчает? — выпалил Аарон, уже сам не радуясь своему визиту.

— Нет, но лучше поговори с отцом ещё раз. В конце концов, особняк могла и Глория поджечь.

— Ладно, поговорю, но вряд ли это поможет. Я вам кое-что принёс.

С этими словами Аарон достал из кармана горсть амулетов и колец и протянул Джареду.

— Что это?

— Артефакты, которые я украл из дворца. У меня не было времени их изучить, может, тут что-то полезное окажется. Проверьте.

— Ладно, — согласился Джаред, забрав себе предложенное, — всё равно делать нечего.

— Я пойду, — шепнул Аарон, оглядываясь в конец коридора, — я заплатил стражнику за короткий визит, попробую как-то вас вытащить.

Парень накинул на голову капюшон и удалился, оставив ребят не в лучшем расположении духа. От очередной порции недовольств Нию отвлёк шелест крыльев.

— Смотри, — окликнула Ирмис подругу, указывая на маленькое решётчатое окошко под потолком.

Ния привстала и заметила птицу вроде сокола, к лапке которой был привязан пергамент. Спустя полчаса попыток они так и не смогли достать письмо, магия тоже не помогала, решетка и там оказалась зачарована. В коридоре опять послышались шаги, и птица, испугавшись, просто улетела.

— Прекрасно, — процедила Ния, облокачиваясь на холодную каменную стену.

Шаги приближались, и вскоре перед решеткой показался начальник стражи Гарольд.

— Ну-с, все в сборе, — заключил он, хмыкнув в усы, — собирайтесь, вы уезжаете.

— Куда же? — осведомился Джаред.

— На фронт, в лагерь Его Величества короля Эрика.

Глава 24

Вся жизнь в поместье теперь сводилась к главному правилу — не злить и никак не выводить из себя Амелию под страхом смерти. При этом сам Маркус выходил из себя по любому поводу, но только не при ней. Такая обстановка заставляла нервничать всех обитателей поместья ещё больше, а вампиры в городе и казармах и вовсе старались убраться с глаз долой, лишь завидев приближение своего лорда.

Фиби отправили жить в город, Син почти всё время сидела в библиотеке, а высшие старались лишний раз не показываться на глаза. Однако, несмотря на тревожную обстановку, многие порядком расслабились, обсуждая, как Деймор оказался обведён вокруг пальца. Один только Алистер оставался сосредоточен на войне, хотя все полагали, что так он глушит боль и тоску от потери любимой.

Позвав Амелию с собой, Маркус провел её в бывшую комнату и предложил зайти. Не понимая зачем, девушка переступила порог и с недоверием огляделась, но всё осталось таким же, как было в прошлый раз. Обернувшись к вампиру, она почуяла неладное, а попытавшись выйти, просто не смогла, барьер не выпускал её.

— Что происходит?! — в смятении воскликнула Амелия.

— Спокойно, — бархатным голосом проговорил Маркус, — мне нужно отойти по делам, я не хочу, чтобы ты шла следом и паниковала по любому поводу. Если ты опять перейдёшь черту,