Янтарь и Лазурит - Чайный Лис

До этого она находила цельные предметы или их осколки, вырывала из тел жертвы и очищала, помогала духу аккыма уйти с миром.

В этот раз же генерал Ю сообщил, что этот аккым был другим. Не сводя взгляда с Сюэжэня и стоя в боевой позиции, он ответил:

— Всё его тело оружие.

Осколок не подчинил человека. Аккым сам создал тело по его подобию.

— И что мне тогда делать?

Нуна старалась говорить внятно, но жезл в зубах немного мешал.

Чёрный лис не повернулся к ней, чтобы не подставлять спину врагу. Он сейчас не был человеком, способным улыбаться, но даже так в его голосе прозвучала насмешка:

— Представь, что он — просто большое оружие.

Несмотря на напряжённый момент, в котором Сюаньму и остальные попали в ловушку в логове врага, генерал Ю говорил расслабленно, отчего на душе стало спокойнее. Его тон прибавлял уверенности.

А вот нуне не понравились слова генерала, и она недовольно выпалила:

— Ты хочешь, чтобы я его всего попыталась очистить?!

Жезл едва не выпал из её зубов, но нуна вовремя перехватила его. Деревяшка чуть хрустнула.

— Эй, аккуратнее, это ценный артефакт, — возмутился генерал Ю, а аккымы воспользовались их болтовнёй.

Генерал повернул голову на хруст, и Сюэжэнь вновь бросился на него. Остальные, промокшие и сидевшие вдоль стен, засуетились и повскакивали с пола, подняли за собой брызги. Сюаньму отвлёкся на них и не заметил, что потерял Лицзяня из виду.

Нуна торопливо передвигалась по воде, запрыгнула на широкое драконье тело и собиралась перескочить к генералу с Сюэжэнем, однако Лицзянь оказался быстрее. Он проскользнул под животом Сюаньму и оказался за спиной нуны.

Никто его не заметил. А если и заметил, то слишком поздно.

Два кинжала проникли в её плоть в оба бока. Нуна взвыла от боли и выронила жезл, что с плеском приземлился в воду. Сюаньму и генерал Ю обернулись.

— Нуна! — воскликнул первый и перестал прижимать аккымов к стенам, а извернулся в воздухе и рванул в их сторону.

Враг воспользовался этим моментом: пока Лицзянь отвлекал на себя внимание, глава ордена продолжил наступать на генерала. Последний тоже устремился к нуне, но Сюэжэнь рубанул его мечом, как только лапы чёрного лиса оторвались от пола. Тот взвыл и приземлился, едва не упав. Несколько капель крови попали в воду и тут же окрасили её, генерал переключил внимание обратно на врага и зарычал. Кровавые разводы увеличивались под ним и нуной, оба были ранены, в то время как враг насмехался над ними. От ликующего лица Сюэжэня тело Сюаньму пронзила ярость, словно молния ударила в высокое дерево: он ощущал себя прожжённым и опустошённым, но оставался единственным без физических ран. На мгновение Сюаньму показалось, что в воде мелькнул мышиный хвост и исчез, как только дракон моргнул.

Лицзянь вмиг вырвал кинжалы из боков нуны, чья белая шерсть потемнела и окрасилась в красный, и отступил. Нуна рычала и поскуливала от боли, скалилась, словно собиралась напасть, угрожающе клацала зубами, однако нападать не спешила. Или не могла. Сюаньму не знал, насколько серьёзными были её раны, но от одного вида всё его тело сжималось от боли и ярости. Будь у него с собой талисманы, он мог бы остановить кровотечение и предотвратить заражение, хоть как-то смягчить боль. Даже если он будет продолжать бой, это никак не поможет ранам нуны и генерала, поэтому дракон набрал побольше воздуха, распахнул пасть и закричал:

— Братья по вере, помогите!

Его невероятно громкий голос пронёсся по всему монастырю и близлежащим лесам, прокрался во все углы и потайные ходы. Нуна прикрыла один глаз и опустила уши, сильно прижала их к голове.

— Какой ты шумный, Рури. Ай! — она пыталась посмеяться, но в итоге скорчилась от боли. Зубы непроизвольно сомкнулись, послышался хруст — по длине всего жезла прошла трещина. Нуна разомкнула пасть, и тот с плеском упал в окровавленную воду.

Сюаньму начал наклоняться, чтобы подобрать, но перед глазами мелькнул Лицзянь — он передвигался настолько быстро, словно молния в грозу рассекла небо — и выхватил жезл. В следующее мгновение он уже стоял у противоположной стены. Сюаньму задвигал своим массивным телом, целясь в Лицзяня, однако задел лишь неуклюжих аккымов, что только успели вылезти из-под него. Лицзянь же взобрался к нему на спину. Сюаньму изогнулся и попытался скинуть его, но тот удержал равновесие, пробежался вдоль позвоночника и прыгнул к Сюэжэню и раненому генералу Ю. С вежливо опущенной головой он вложил жезл в две руки и протянул главе ордена.

— Просто сломай его.

Нуна испуганно вскрикнула:

— Нет!

И попыталась рвануть к ним, но её лапы подкосились, от боли она не сумела удержать равновесие и упала носом в воду.

— Нуна!

Не помня себя от страха, Сюаньму отвернулся от врагов и кинулся на помощь. Он не был приучен к реальным сражениям, не обладал совсем никаким опытом, только путался под ногами и не находил себе места. В этот момент жезл треснул за его спиной и полетел в воду.

— Нет, только не гохэй!

Нуна вскочила на ноги и чуть не упала, но Сюаньму успел подставить своё тело в качестве опоры. Она прижалась к его боку и в ужасе взглянула на проплывающую мимо деревяшку, что совсем недавно являлась гохэем.

Писклявым голосом Сюэжэнь злорадно заявил:

— Победа за нами.

Он замахнулся мечом, чтобы покончить с мешавшимся генералом, однако в этот момент отворились двери, и в помещение вбежал Чуньли вместе с двумя монахинями. Не говоря ни слова, они вздрогнули и переглянулись, кивнули друг другу головами и помчались к белой лисе, истекающей кровью. В их руках светились талисманы, которые Сюаньму узнал с первого взгляда. Пусть монахи не умели полностью заживлять раны, они могли остановить кровотечение и облегчить боль. Нуна зарычала и спиной вжалась в бок Сюаньму, но он успокаивающе ответил:

— Они друзья.

— Что вы стоите? Остановите их, убейте! — испуганно закричал Сюэжэнь, чей голос начал срываться.

Сюаньму яростно оглядел всех аккымов, и те испуганно посмотрели в ответ. Возможно, они никогда не видели драконов ранее, поэтому он вселял страх в их души.

Монах Чуньли пробежал мимо нуны, Сюаньму заметил сидевшего на его голове Чжи — мышонок держал в руке светящийся талисман. Единственный символ, что удалось разглядеть, был связан с разрушением. Сюаньму напрягся, но не мог сдвинуться с места — нуна по-прежнему опиралась на него.

Мышонок спрыгнул с Чуньли на тело дракона, молниеносно пронёсся и прыгнул на меч, что Сюэжэнь держал возле генерала. Прилепив талисман, Чжи разжал лапки